– Вот почему я не узнал её имя, когда проверял график клуба. Она сегодня собирает средства на праздник в клубе.
– Да. Я уже купила тебе билет. Для бизнеса, конечно же. Тебе нужно проверить, как всё устроено, найти недостатки в организации безопасности. В конце концов, в клубе после "Золотого турнира" будет мясорубка.
Адам вздохнул.
– Почему ты так управляешь мной?
– Будь милым, иначе я пришлю тебе смокинг из местного магазина обезьяньих костюмов.
– Да, – сухо произнёс он, – это разобьёт мне сердце.
– Сарказм услышан. Ещё я забронировала для тебя один из гостевых коттеджей в загородном клубе. Его ты тоже захочешь проверить.
Адам знал, что делает Сиенна. Он рассказал ей о Мэган, что она была той женщиной, которую он не мог забыть. Что он не рассказал Сиенне, так это то, что никогда не станет тем мужчиной, которого она хотела. В Адаме были скрыты, заперты те вещи, о которых он не мог говорить. Он на самом деле не мог произнести эти слова. У него перехватывало дыхание, его душило чувство вины, когда он пытался что–то сказать. Он сильно напортачил. Единственное время, когда это выходило наружу, было в его ночных кошмарах.
Но Сиенна не знала этого, никто не знал. И оглядывая дом, он понимал, что не хотел заниматься любовью с Мэган здесь, где его преследовали призраки и чувство вины.
***
Мэган проскользнула через стеклянные двери загородного клуба, ведущие на задний двор, чтобы позвонить Бриджет, своей лучшей подруге, которая также исполняла роль няни, когда её мама была занята. Она вдохнула свежий воздух с оттенком хлора от освещаемого пруда. Люди стояли вокруг нагревателей, держа напитки и болтая.
Она быстро прошла по каменным плиткам к причудливому кованому железному забору. Она достала свой телефон и сделала звонок. Через пару минут она разговаривала с Коулом, говоря, что любит его. Бриджет читала ему его любимые книги. У них всё было в порядке. Она оставалась на ночь, так что Мэган не нужно было переживать о том, во сколько приходить домой.
Мэган убрала телефон. Мгновение она стояла на месте, опираясь руками на забор, который был высотой до её талии. Лёгкий ветерок развевал подол её длинного платья с разрезом. Луна освещала сочную зелёную траву на поле для гольфа. Она думала об Адаме. О том, как он целовал её, прикасался к ней... его нежность пробивалась через её старый гнев. В первый раз она поняла, что он дал ей то, что должен был дать, со сладкой энергией, которая потрясла её до глубины души.
Она сделала глубокий вдох. Его по–настоящему преследовали, и этот город... она... это причиняло ему боль, которую она не могла понять. Он вернулся с войны новым, более жестоким, более хрупким. Что она должна была делать? Отпустить его, ничего не рассказав? Дать ему свободу от прошлого, в которой он нуждался? Она знала, что он ненавидит Рэйвенс Коув и всегда хотел сбежать отсюда. Теперь он продавал дом, последнее, что удерживало его. Если бы он не узнал о Коуле, то был бы наконец свободен от города. Но это было несправедливо по отношению к Адаму и к Коулу, и она знала это. Но если бы она рассказала, что тогда?
Она знала, что он не останется в Рэйвенс Коув. Коул будет метаться между ними, переживая долгие поездки на машине или перелёты. Будет расти в двух разных домах.
Её горло сжалось. Она так сильно любила своего ребёнка, она хотела защитить его от любой возможной боли. Но это было нереально, ведь так?
– Доктор Янг.
Она опешила, услышав голос позади себя, её желудок сжался. Натан МакКрей. На нём был смокинг, и в нём было слишком много высокомерия, чтобы соответствовать ей. Он был совладельцем загородного клуба и поля для гольфа, которое было названо в честь него.
– Мистер МакКрей, с вашей стороны было очень мило здесь появиться.
– Мне понравились идеи вашей матери для города. Я поддерживаю её кампанию.
Мэган не знала, к чему он ведёт. Он думал, что сможет использовать свою поддержку в качестве нового шантажа?
– Спасибо вам. Я знаю, моя мама это ценит.
Он огляделся вокруг, а затем снова посмотрел на неё.
– Послушайте, доктор Янг, на прошлой неделе в вашем офисе я был зол. Я сказал то, чего не должен был говорить, и я приношу свои извинения.
– За взятку или за угрозы? – Эти слова сорвались с её губ, прежде чем она подумала о них.
– Это была не взятка. – Он нахмурился, глядя на неё, будто она была ребёнком. – Это была плата за ваши свидетельские показания эксперта. Вы неправильно меня поняли.
– Хорошо. – Она не доверяла этому мужчине, но и в качестве врага он был ей не нужен.
– Я всё ещё не согласен с вашим мнением о Кельтик Фаер, но я допустил ошибку, потеряв самообладание таким образом. Надеюсь, вы примете мои извинения.
– Конечно. – Она не знала, говорит ли он искренне, или это его новая тактика. – Пока вы понимаете, что я не стану лгать под присягой.
Он на секунду втянул губы.
– Это хорошо, потому что ложь под присягой – это лжесвидетельство. Наслаждайтесь вечером. – Он развернулся и ушёл прочь.
Мэган смотрела ему вслед. Что это было? Сначала он пришёл в её офис и пытался дать ей взятку, а теперь извинился? Который из них был настоящим Натаном МакКреем?
Взрыв смеха в танцевальном зале напомнил ей, где она была – на сборе средств для торжества. Это был вечер её мамы. Она направилась в сверкающий большой танцевальный зал. На одной стороне зала стояли круглые столы, накрытые для ужина, а за ними находилась сцена с предвыборным фото её мамы и слоганом на стене.
Слева от неё была музыкальная группа и танцпол. В дальнем углу зала располагался бар, рядом с которым люди окружили её маму. Мэган улыбнулась, радуясь тому, что всё идёт так хорошо. Она шла к своей маме, когда увидела своего наставника, Лоуренса Гамильтона.
– Лоуренс! – Она вытянула руки, искренне радуясь его присутствию. Она работала на доктора Гамильтона в больнице для животных Рэйвенс Коув, пока не решила открыть своё дело.
Взяв её за руки, Лоуренс улыбнулся, демонстрируя идеальные белые зубы.
– Мэган, ты выглядишь прекрасно. – Он наклонился, чтобы поцеловать её в щёку. – Ты припасла для меня танец?
– Естественно. – Она позволила ему вывести себя на танцпол. Она положила руку ему на плечо, и они стали двигаться под музыку. – Для меня многое значит ваше появление здесь сегодня.
– Я бы это не пропустил. – Он сосредоточил на ней взгляд своих карих глаз. – Ты действительно выглядишь потрясающе. Шикарно, когда твои волосы убраны с лица и струятся вниз по спине.
– Лучше, чем мой обычный хвост, ха?
Лоуренс выглядел так, будто родился для жизни в загородном клубе. Загорелый, подтянутый, с русыми волосами и сексуальными глазами. Ему было за сорок, но выглядел он моложе. Он любил гольф и теннис. Мэган нравился теннис, но на гольфе ей было скучно.
