– Лучше, чем мой обычный хвост, ха?
Лоуренс выглядел так, будто родился для жизни в загородном клубе. Загорелый, подтянутый, с русыми волосами и сексуальными глазами. Ему было за сорок, но выглядел он моложе. Он любил гольф и теннис. Мэган нравился теннис, но на гольфе ей было скучно.
– Ты слишком много работаешь. Так было всегда, но по крайней мере, когда ты работала на меня, я мог приглядывать за тобой и отправлять тебя домой вовремя.
– Сейчас у меня есть причина идти домой, – произнесла она, думая о своём мальчике.
– Как Коул?
– Занят, – рассмеялась она. – Прямо как неугомонный щенок. Я не знаю, как мамы–собаки справляются с целым выводком щенков.
– Я тоже, – произнёс Лоуренс, уводя Мэган с пути рассеянной пары. – Я потратил много энергии, играя со своими братьями и сестрой, когда они росли.
– Что есть, то есть, – сказала она.
Он посмотрел на неё.
– Ты встречаешься с кем–нибудь?
– Встречаюсь? У меня нет на это времени, – рассмеялась она, поддерживая лёгкий разговор. Она точно не хотела говорить об Адаме. – Вы играли в гольф с Натаном МакКреем, верно?
Он остановился на секунду, а затем произнёс:
– Конечно. А что? Ты же не интересуешься им, а?
Она покачала головой из–за абсурдности вопроса.
– Но я хотела бы услышать ваше мнение кое о чём. – Она быстро пересказала инцидент с Натаном в её офисе и последующие извинения.
Лоуренс закатил глаза.
– Натан бывает вспыльчивым. Когда он участвовал в турнире профессиональных гольфистов, его характер был легендой.
– Мне стоит переживать?
Он вздохнул.
– Я пытался предупредить тебя, что открывать своё дело будет сложно. Это может навредить такому молодому бизнесу, как твой, – задумчиво произнёс он. – Я поговорю с Натаном.
– Ох, нет. Я не жду, что вы сделайте это. Я просто хотела услышать ваше мнение.
– Как всегда независима, да, Мэган? Но это действительно не сложно. Я лечил Кельтик Фаер несколько лет. Поговорить с Натаном будет не проблематично.
По её телу распространилась настоящая любовь. Иногда он был ей как отец.
– Спасибо вам. За разговор с Натаном, конечно же. Но ещё и за поддержание решения Дебби привезти Кельтик Фаер ко мне.
– Эй, я тебя всему научил, помнишь? Это просто значит, что я очень хорош.
Усмехнувшись ему, она произнесла:
– И очень скромен.
Музыка закончилась. Положив руку ей на спину, он увёл её с танцпола.
– Ну разве я только что танцевал не с самой красивой женщиной в зале?
Довольная, она открыла рот, чтобы ответить, но её прервал новый голос.
– Мэган.
Она повернула голову налево и увидела Адама. В смокинге. Таком, который едва подходил под его широкие плечи. Он носил его с лёгкой непринуждённостью, но его золотисто–карие глаза опасно сверкали при взгляде на неё.
– Адам, что ты здесь делаешь? – Она не могла ничего понять.
– Кто это, Мэган? – резким тоном спросил Лоуренс.
В её грудной клетке забурлила настоящая паника. Она не хотела, чтобы Лоуренс упомянул её сына. Она быстро познакомила двух мужчин, но её мысли были смешанными. Что, если кто–нибудь упомянет Коула? Её желудок сжался. Это могло стать катастрофой. Для начала ей нужно было избавиться от Лоуренса.
– Ещё раз спасибо за танец.
Он взглянул на Адама, а затем поцеловал её в щёку, и прежде чем уйти, сказал:
– Поговорим позже.
– Кто этот парень?
Аромат Адама мучил её чувства.
– Лоуренс мой наставник. Я работала с ним в больнице для животных, когда только начинала заниматься этим.
Он взглянул в сторону Лоуренса, который стоял возле бара с Натаном и ещё несколькими мужчинами.
– Он хочет быть для тебя кем–то большим, чем наставником.
– Ты ревнуешь?
– Видимо, – произнёс он, тихо усмехнувшись. – И мне это не нравится. – Его взгляд смягчился, пока он смотрел на неё. Он протянул руку и провёл пальцами по её обнажённому плечу и вниз по руке. – Ты выглядишь потрясающе, Мэг. – Он взял её за руку. – Не знаю, потанцевать мне с тобой или увести в первую попавшуюся комнату с закрывающейся на замок дверью.
Его голос стал ниже, а пальцы оставляли тёплый след, заставляя её дрожать.
– Адам, я... что ты здесь делаешь?
– Разбираюсь с охраной. У меня есть график клуба, и я увидел, что сегодня сбор средств. Я знал, что ты будешь здесь.
Она старалась игнорировать трепет, охватывающий её при мысли о том, что он искал её.
– Мы договорились не видеться друг с другом вот так.
Он притянул её ближе.
– Я думал, что смогу контролировать себя, но прошлой ночью... этого было недостаточно. Я всё ещё чувствую твой вкус, Мэг. И технически, я здесь по делу.
В её груди расцвело тепло. Всё её тело сжалось при воспоминаниях. Она так быстро теряла контроль над всем её окружающем. Катастрофа маячила как угрожающие чёрные тучи, двигающиеся со стороны океана. И всё же её груди набухли, а трусики намокли.
– Адам? Это ты? – Рядом с ними оказалась её мама. – Это ты.
Он отпустил руку Мэган, и на его лице появилась расслабленная улыбка.
– Здравствуйте, Кэтрин. – Он поцеловал её в щёку. – Вы прекрасно выглядите.
– Мэган не говорила мне, что ты в городе.
Они оба повернулись, чтобы посмотреть на неё. У неё было такое чувство, что на неё направлены сотни прожекторов. Она знала, что покраснела.
– Я... мы не говорили на эту тему.
Кэтрин коснулась его руки.
– Я рада видеть тебя целым и невредимым. Нужно будет поговорить после ужина. – Она посмотрела на Мэган. – Нам пора идти на сцену, – произнесла она, прежде чем уйти.
Мэган застыла. Она видела, что Натан смотрит на неё со своего места у бара. Переведя взгляд на Адама, она выпалила:
– Мне нужно идти. – Её желудок скрутило от переживаний. Она должна была убедить Кэтрин не говорить ничего о Коуле. По крайней мере, пока она сама не будет готова рассказать Адаму о том, что у них есть сын.
Глава 7
Он нуждался в ней. В его груди было пульсирующее жжение, которое соответствовало его болезненному возбуждению. Но было нечто большее, чем это. Это было чувство, что она скрывает что–то от него. Когда–то она была как открытая книга. А теперь? Тайна. Из–за чего в её глазах появился этот панический взгляд, когда она увидела его?
Мэган Янг сводила его с ума. Он хотел видеть её в своей кровати, но обнаружил, что ещё больше ему нужно её доверие. Ему нужна была... вся она, что было чертовски иронично, так как он сам скрывал от неё частички себя.
Два часа он смотрел на неё в этом платье. Цвет напоминал ему о последней вспышке кораллового цвета, когда солнце садится за океан. А силуэт? Как будто мужские руки скользили по её изгибам.
