– Не спеши, мой ангел! Как насчет моего предложения? Я уеду в Англию со своей очаровательной женой. О тебе позаботятся, я за этим прослежу. Ты будешь жить в роскоши, в окружении толпы слуг. Красивые платья, любые побрякушки – все в твоем распоряжении. Для таких, как ты, это предел мечтаний, верно? Тебе больше не придется красть: у тебя будет сколько угодно денег. Но… – тут его голос стал грубее, а хватка еще жестче и больнее, – через полгода – adiós. Ты уберешься от меня к чертовой матери. Я выделю тебе приличную сумму, чтобы ты подольше не возвращалась к своему ремеслу. Мы разведемся как порядочные люди, а потом ты исчезнешь – из Англии и из моей жизни. Навсегда.
– Очень романтично, – невольно съязвила Джози и смолкла, пытаясь потянуть время, чтобы обдумать более чем странную ситуацию.
Конечно же, все это пьяный бред. Да разве человек в здравом уме захочет жениться на какой-то танцовщице из паршивого салуна, которая к тому же его обворовала?
– Романтично? – ухмыльнулся Итэн. – Я так не думаю. Это просто сделка. И что-то подсказывает мне: романтизма в тебе – ни на грош. Ты любишь деньги. У меня они есть, и я заплачу за то, что ты шесть месяцев будешь играть роль моей жены. Да или нет?
Тут Итэн покачнулся, и Джози с трудом помогла ему удержать равновесие.
– Вы сами не верите тому, о чем говорите, – выдавила она с полуистерическим смешком. – И тому, что делаете.
– Черта с два! Мне сейчас очень нужна жена, и я выбрал тебя. Я привезу в Англию жалкую, вульгарную, вороватую девку и введу ее в лондонский свет. Господи, вот это будет круто, лучше не придумаешь! – Итэн расхохотался. – Я готов вернуться домой только на таком условии. Я поклялся, что никогда не женюсь и ноги моей не будет в Англии, но если уж теперь приходится…
Итэн внезапно умолк, и Джози поняла, что он не собирается раскрывать свои секреты.
– Значит, если вам приходится нарушить клятву, то обязательно надо жениться на вульгарной воровке? Что вы хотите этим сказать? И кому? – в отчаянии спросила Джози.
– Не твое дело! Или ты сегодня выходишь за меня замуж… прямо сейчас, или я тотчас же сдам тебя шерифу. Остаток ночи проведешь в камере. Черт, да ты сгниешь там. – Он уставился на девушку взглядом, полным презрения и торжества. – Итак, леди, выбор за вами. Или я – или камера.
Не успела Джози открыть рот, как к ним подошел Миллс с искаженным от гнева лицом.
– Ну?
– Оставьте ее в покое, шериф. Эта леди, возможно, окажет мне честь стать моей женой. – Итэн вновь разразился таким диким смехом, что у Джози мурашки побежали по коже.
– Я не говорила… – начала она, но лишь только Итэн устремил на Джози свой пронизывающий ледяной взгляд, все возражения замерли у нее на устах.
– Так отвечай же, чертова потаскушка, – нетерпеливо произнес он тихим угрожающим голосом. – И отвечай побыстрее.
Разумеется, этот парень безумец. Но надо решаться, пока Миллс не защелкнул на ней наручники.
– Да. Конечно, да, – пробормотала Джози. – Я согласна выйти за вас замуж.
«Не важно, что я уже замужем и Змей преследует меня, как кролика. Теперь вот появился второй муж, но оба они и гроша ломаного не стоят», – мелькнуло в ее сознании.
Шериф уставился на Итэна и Джози с яростью, смешанной с презрением.
– Будь я проклят, если понимаю, что здесь происходит, Сэвидж… В общем, я иду домой. Или… – добавил он саркастически, метнув злобный взгляд на рослого Итэна, – или я могу сделать для вас, сэр, что-то еще?
– Кстати, да, – ответил Итэн и, пошатываясь, двинулся вперед по переулку, волоча за собой Джози. По дороге он ухитрился, не замедляя шагов, прихватить ее саквояж. – Скажите, где тут живет мировой судья?
Жених ухмылялся, а невеста была совсем не в подвенечном наряде, а в брюках и рубахе. Мировой судья, спросонья кое-как натянувший на себя одежду прямо поверх ночной рубашки, торопливо бормотал наизусть слова брачных обетов. Его жена, выполнявшая роль свидетельницы, в последнюю минуту вытащила из вазы, стоявшей на этажерке, несколько увядших лилий и вручила этот импровизированный букет новобрачной.
Джози тупо смотрела на увядшие цветы и на дряблый подбородок Джеймса Изекииля Коллинза – мирового судьи. Его монотонный голос неприятно гудел в ушах. Джози казалось, что все происходящее с ней сейчас – какой-то страшный смутный сон. В маленькой гостиной было очень душно, особенно после холодного ночного воздуха. Повсюду множество салфеток: на пианино, на столах, на этажерке. На софе – горы подушек аляповатых расцветок. Узорчатые обои почти не видны из-за обилия дешевых картин с морскими пейзажами в позолоченных и посеребренных рамах. На туалетном столике с зеркалом и на этажерке – вазочки с сухими цветами, маленькие резные фигурки зверей и животных и всякого рода фарфоровые тарелочки.
Джози задыхалась в этой душной, тесной, заставленной мебелью комнате, пропитанной запахом жаркого с луком, которое миссис Коллинз, очевидно, готовила на ужин.
Одно утешение, что где-где, а в доме судьи Змей искать Джози не будет. Если он вообще занят ее поисками. Сейчас она в безопасности.
Золотистый свет лампы подчеркивал суровые линии лица жениха. Огонь в его глазах угас, мускулы расслабились, но ощущение исходящей от него глухой, с трудом сдерживаемой злобы не исчезало, оно ощущалось даже сильнее, чем днем. Правда, тогда Итэн не был пьян, его лицо не покрывали синяки, рубашка не была заляпана кровью. Он сердился, но не так, как сейчас. Совсем не так. Не чувствовалось в нем этого пьяного бешенства.
Джози уже начала строить планы. Конечно же, Итэн скоро свалится с ног, тогда она сбежит. Стоит ли вести себя честно с человеком, который, как Змей, силой принудил ее к замужеству?
И вообще, поскольку у Джози уже есть законный муж, этот парень понятия не имеет, что сегодняшняя церемония бракосочетания всего лишь бессмысленный фарс.
«Когда он заснет, я исчезну. Только меня и видели!»
Судья Коллинз обратился к Джози с вопросом, хочет ли она взять в мужья Итэна, но его монотонный речитатив прервал яростный стук в дверь. У невесты бешено забилось сердце. Миссис Коллинз впустила в комнату суетливого маленького человечка с большим синяком на челюсти.
– Вас сюда никто не приглашал! – взорвался Итэн.
– Ради Бога, милорд, постарайтесь, пока можно, одуматься.
– Черта с два! Ты сказал, что я должен жениться, и я нашел себе жену по вкусу. – Итэн с мрачным видом повернулся к судье. – Давай заканчивай эту дребедень.
Бедный судья Коллинз с ужасом и омерзением вновь взглянул на бледную растрепанную Джози, одетую в брюки и фланелевую рубаху, и на высокого угрюмого парня, стоявшего рядом с ней. У судьи был такой растерянный вид, что Джози почувствовала к нему нечто похожее на жалость.
