— Тем же насилием, к примеру? — бросил Гарри.
— Зачем Вы такое говорите? — Хольдер жестко рассмеялся. — Процедура допроса не предполагает ничего подобного. Но Вы же понимаете, есть особые случаи, когда это совершенно не противоречит закону, знаете ли. Это Вы можете уточнить сами, чрезвычайное положение, между прочим, еще никто не отменял. На самом деле, оно больше и не нужно, но кто знает?
— Все ясно. Можно мне хотя бы увидеть его? Один раз? — Гарри понял, что битва была безнадежно проиграна.
— Ну, и упрямый же Вы человек, мистер Поттер, — больше Хольдер не улыбался. — Что это Вам пришло в голову? Вы никогда не были в хороших отношениях, насколько мне известно, а мне известно многое. Будете и это отрицать?
— Не буду, но …, — Гарри запнулся.
— Для Вас произошло какое‑то открытие, я имею в виду, какое‑то экстраординарное открытие? — резко спросил Хольдер.
— Это к делу не относится, — Гарри опустил глаза.
— Стало быть, что‑то личное? Да, да.
Гарри пытался угадать, о чем думает Хольдер. Теоретически он не мог думать ни о чем таком, что оказалось бы близко к истине. Хотя ничего криминального в этой истине не было и, возможно, Хольдер переменил бы свое мнение, узнав правду, Гарри считал своим долгом молчать об этом.
— В законе также сказано, что таких преступников посещать не разрешено, мистер Поттер. Ни в коем случае.
— А после судебного заседания?
— Тем более. Слушание состоится в ноябре. Я мог бы организовать свидание чуточку раньше…
— Вы могли бы? — не удержался от удивления Гарри.
— Конечно, я имею все полномочия для этого.
— Зачем? То есть…
— Вы ожидали отрицательный ответ? Да, для всех остальных он был бы отрицательным. Но для Вас министр наверняка сделает исключение, и никто не будет протестовать против этого. Ну, что скажете? Как насчет двадцатого октября, например?
— Да, пожалуйста! — Гарри все еще не мог поверить.
— Хорошо, я вскоре проинформирую Вас подробнее о сроках и условиях, идет?
— Большое спасибо.
— Не за что, мистер Поттер. Я сказал Вам: никто не будет протестовать. Никто, кроме меня, конечно. Но с моей стороны это было бы неразумно. Итак, до встречи.
Они пожали руки на прощание, и Гарри покинул кабинет. Верзила в очках сопроводил его аж до самого фонтана, где Гарри шепотом рассказал все друзьям.
— Он действительно ничего не потребовал взамен? — спросила Гермиона в третий раз.
— Действительно, а что?
— Странно. Очень. Как‑то легко он согласился. Помяни мое слово, это что‑нибудь да значит.
— Кто ж его знает? Ну, с чего начнем? Невыносимо сидеть и ждать.
— У тебя с Джинни договоренность! — напомнил ему Рон.
— Да, верно! Она ждет снаружи. Надо просто спокойно посидеть и подумать, — Гарри поднялся, и они все втроем поспешили к одному из волшебных каминов.
Сюрпризы
«Я человек, и ничто человеческое мне не чуждо»
(Теренций)
Джинни действительно ждала снаружи и поприветствовала их хмурым кивком. Из записки Гарри она толком ничего не поняла и теперь очень нуждалась в объяснении, с чего это он отправился в Министерство. Гарри подчеркнул важность, и одновременно безнадежность своего предприятия, и Джинни сменила гнев на милость. Правда, она еще некоторое время ворчала, что ей все время приходится о нем волноваться.
Гарри предложил отправиться на площадь Гриммо, 12, чтобы все обсудить. Колебания были только у Гермионы, из‑за домашних заданий, но и она в итоге согласилась. Старый дом встретил их целой симфонией различных звуков: шорохов, скрипов, шепотов занавешенных портретов и прочей музыкой. Гарри воспринял это как хороший знак, так как в последнее время он старался везде видеть только благоприятные знаки, и вовсе не из суеверия. Когда все с удобством разместились в гостиной, Гермиона тут же начала доказывать, что Хольдер что‑то затевает, и Гарри не следует идти одному. Гарри же считал, что Хольдер в любом случае позаботится о том, чтобы никто больше не вмешался.
— Я не понимаю его, как и ты, Гермиона, но мне думается, что он все же несколько остерегается Кингсли. А я пошел бы именно к нему, если бы сегодня ничего не вышло.
— Гарри, дело не в этом, — покачала головой Гермиона. — Его слова противоречат друг другу. Все, что он сказал, перед тем как согласиться, говорит напрямую о том, что Министром его не запугать. А потом он намекает на совершенно противоположное. Тебя это не настораживает?
— Слегка, но я все равно не могу понять его намерения. Он хочет отправить меня за решетку? Не вижу ни поводов, ни причин. И потом, если бы он это планировал, он мог бы сделать это сегодня.
— Сегодня мы были с тобой, он бы не смог навредить тебе, так чтобы никто об этом не узнал.
— А как он сможет это сделать двадцатого октября?
— Я не знаю, Гарри, но у меня скверное предчувствие, — Гермиона посмотрела на него трагическим взглядом, жутко напоминавшим профессора Трелони.
— Не беспокойся, — попросил он, косясь на Джинни, — Я же должен попытаться как‑то помочь.
— И я так считаю, — сказала Джинни. — Только смотри, не осложни все дело.
— Куда мне там, если такие «мозги» против меня играют?
— Я не думаю, что профессор против тебя играет.
— Да, но…, — Гарри снова замолчал, сжав мешочек на груди.
Внезапно послышался шорох крыльев, и из камина вылетела гигантская сова, вся покрытая пеплом.
— Это моя! — восторженно закричала Джинни. — Надо же, как быстро она меня нашла. Ну, что у тебя тут? Ага, — Джинни отвязала от лапы совы большую газету и развернула ее: это был вечерний номер «Ежедневного пророка».
— Зачем тебе эта макулатура? — осведомился Рон.
— Теперь, когда «наши» люди ее читают и спонсируют, здесь можно найти кое‑что интересненькое, — спокойно ответила Джинни. — Вы трое наверняка ее не читаете?
— Я выписываю ее, — Гермиона слегка покраснела, — но у меня сейчас так мало времени для чтения, что просто руки не доходят до книг и газет.
Рон скептически фыркнул.
— Да что там может быть интересного?
— В каждом номере по–разному. В последнее время обсуждается только одна тема чуть ни не на всех страницах.
— Какая?
— Исчезновения в Восточной Англии.
— Что? — удивилась Гермиона. — А я и не знала. Совсем распустилась я что‑то. Ну, ладно, просвети нас: кто там исчезает?
— Ну, вы все, конечно, знаете, что один объект в Восточной Англии находится под постоянным наблюдением. Недавно охрана была усилена, и люди начали исчезать, причем в массовом порядке. Есть точка зрения, что на самом деле исчезновения начались давно, но это были единичные случаи, ведь все знают, что это место опасно. Вот никто и не беспокоился особо, нечего нежить тревожить. А теперь информация просочилась в широкую прессу, и ничего не поделаешь, пришлось газетчикам строчить репортажи. Исчезают, в основном, авроры. Министерство также обеспокоено концентрацией вампиров на юге. Известно, что нежить нельзя организовать в таком количестве, поэтому это выглядит подозрительно. На восток посылаются все новые группы авроров.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
