— Зачем тебе эта макулатура? — осведомился Рон.
— Теперь, когда «наши» люди ее читают и спонсируют, здесь можно найти кое‑что интересненькое, — спокойно ответила Джинни. — Вы трое наверняка ее не читаете?
— Я выписываю ее, — Гермиона слегка покраснела, — но у меня сейчас так мало времени для чтения, что просто руки не доходят до книг и газет.
Рон скептически фыркнул.
— Да что там может быть интересного?
— В каждом номере по–разному. В последнее время обсуждается только одна тема чуть ни не на всех страницах.
— Какая?
— Исчезновения в Восточной Англии.
— Что? — удивилась Гермиона. — А я и не знала. Совсем распустилась я что‑то. Ну, ладно, просвети нас: кто там исчезает?
— Ну, вы все, конечно, знаете, что один объект в Восточной Англии находится под постоянным наблюдением. Недавно охрана была усилена, и люди начали исчезать, причем в массовом порядке. Есть точка зрения, что на самом деле исчезновения начались давно, но это были единичные случаи, ведь все знают, что это место опасно. Вот никто и не беспокоился особо, нечего нежить тревожить. А теперь информация просочилась в широкую прессу, и ничего не поделаешь, пришлось газетчикам строчить репортажи. Исчезают, в основном, авроры. Министерство также обеспокоено концентрацией вампиров на юге. Известно, что нежить нельзя организовать в таком количестве, поэтому это выглядит подозрительно. На восток посылаются все новые группы авроров.
Гарри стало не по себе, когда он это услышал. Шрам вспыхнул, как по команде, и он потер его как можно небрежнее.
— А я не знаю, что там за место, — обратился он к Джинни.
— Ты что, не слышал? — Рон привычно округлил глаза, как всякий раз, когда Гарри показывал себя чайником. — Вообще‑то, это вроде как легенда, но Министерство все еще охраняет эти болота. Если верить преданию, там находится последнее пристанище Салазара Слизерина, где он схоронил свои несметные сокровища, которых, естественно, никто никогда не видел. Однако те, кто когда‑либо уходил на их поиски, обратно не возвращались. Ну, сказки, конечно.
— Сказки, говоришь? — усомнился Гарри. — Только не для Министерства. Люди там исчезают, а оно посылает туда все новые отряды. Нелогично, правда? Там ведь сейчас каждый специалист на счету. И Хольдер, конечно же, ответственен за все это.
— Постой! — остановила его Гермиона. — Ты уже начинаешь опять сочинять басню! Только фактов что‑то маловато.
— У нас будут факты, нам просто нужна библиотека, где можно поискать соответствующую литературу.
— Ты знаешь такую?
— Да, — ответил Гарри и улыбнулся.
Вечером Гарри пошел в Косой переулок, чтобы докупить кое–какие ингредиенты для зелий. Солнце висело низко и было яркого желто–оранжевого цвета. Его теплые лучи ласкали дома, людей, машины, водосточные трубы. Это был очень тихий вечер. Гарри едва уговорил Джинни остаться дома: она внезапно почувствовала себя плохо, а потом призналась, что чувствовала недомогание уже с утра. Гарри попросил Рона и Гермиону приглядеть за ней и заверил ее, что справиться один. Неприятным фактом оказался переезд аптеки в неизвестное место, и Гарри пришлось расспрашивать прохожих. Ему назвали одну улицу неподалеку, но посоветовали не ходить туда одному после заката солнца. Гарри поблагодарил и отправился по указанному адресу.
Все время у него было ощущение, что за ним кто‑то идет, причем человек шел неровно, как будто спотыкался. Гарри несколько раз оборачивался, но, кроме нескольких бродяг весьма потрепанного вида, никого не видел. На углу он еще раз обернулся и огляделся. Ничего подозрительного. Здесь уже начиналась нужная ему Пепельная улица. Она была довольно широкая, но пространства все равно было мало: дома были слишком высокими и, казалось, соединялись друг с другом где‑то в вышине. Неба почти не было видно, и поэтому на улице всегда царил полумрак. Здесь ошивалась публика вполне определенного типа, и Гарри захотелось поскорее покончить с покупками. Он увидел аптеку почти сразу и уже хотел войти, когда его внимание привлек один из нищих, который упал прямо у входа, вероятно, потеряв сознание. Гарри посмотрел на него и заколебался, стоило ли ему заходить в аптеку сейчас или сначала проверить, что там с этим товарищем. Возможно, парень был просто пьян, хотя его движения не походили на движения пьяного, так как попросту отсутствовали. Гарри выбрал аптеку. Когда он вышел, бродяга в поношенной мантии с капюшоном лежал на прежнем месте и не шевелился. Неожиданно Гарри понял, что это он за ним следил. Гарри нагнулся к нему и тихо спросил:
— Я могу Вам как‑нибудь помочь?
— Есть, — простонал человек, и его слабый и охрипший голос показался Гарри смутно знакомым. — Вы же обещали.
— Я… я Вам ничего не обещал, — растерялся Гарри.
— Нет? Но…, — голос из‑под капюшона затих на какое‑то время, затем вновь заговорил умоляюще: — Но я же сделал все, как вы велели! Вы обещали, и… моя мать… она больна, — человек окончательно потерял сознание.
Но Гарри уже узнал его и в изумлении застыл. Чтобы удостовериться, он осторожно стянул с незнакомца капюшон. Небритое, осунувшееся лицо, впалые от недоедания щеки, ввалившиеся глаза, спутанные светлые волосы. Гарри не верил своим глазам, но ему пришлось признаться себе в том, что он видел перед собой своего бывшего «однокашника» Дрейко Малфоя.
Через несколько минут в доме на площади Гриммо состоялся второй съезд партии за день. Гермиона и Джинни очень интересовались медицинской стороной вопроса, Рон же утверждал, что Гарри вообще поторопился с таким опрометчивым решением. Защищаясь, Гарри был вынужден несколько раз объяснить, что он просто не мог оставить человека лежать на улице в такую грязь и холод. Наконец, Рон уступил.
— Мать точно станет его разыскивать, — в конце концов, сказал он.
— Если она серьезно больна, то нет, — возразил Гарри. — Рон, ему приказали следить за мной, но от истощения он просто не смог справиться с заданием. Не знаю, кому он теперь служит, но было бы неразумно отпускать его.
— Но, Гарри, — засомневалась Гермиона, — нельзя, чтобы он сел нам на шею, а именно так это и будет! Завтра начинается учеба.
— Не знаю, вообще‑то я хотел немного отодвинуть учебу, сказаться больным, например.
— Ага, на всю голову! — Гермиона постепенно пришла в ярость. — Гарри, он того не стоит, поверь мне, и сейчас не время для благотворительности.
— Хорошо, что ты предлагаешь?
— Нужно допросить его сегодня же, а там… посмотрим.
Гарри оглянулся на Малфоя, который без чувств лежал на диване в грязной и порванной одежде, и в нем зашевелилось сомнение, которое было его главной проблемой всю жизнь. В это время верная интуиция подсказывала ему, что он должен был остаться в Лондоне, притворившись больным.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
