же это дерево завалят! Оно и так наклонилось, а эти, - она махнула рукой в сторону очередного буха, - играют, кто страшней заорет и больше брызг поднимет, когда в воду грохнется!
- А куда твой дядюшка смотрит?! - удивилась Марья.
- Туда! Он это все и придумал! - девушка развела руками. - Это ж он орал, как будто коту, эммм… - девушка покосилась на гостя, - хвост отрывают!
Ящеры тем временем подобрались к столу, сели на хвосты и, умильно сложив лапки на груди, стали гипнотизировать пироги.
- Ты это не шутишь? - женщина была изумлена до предела. - Наш правильный дядюшка Ник?!
- А я что, не человек?! Мне уже и расслабиться нельзя?! - возмущенный вопль по связи слегка оглушил. - И сами же просили ошеломить противника! ШО, не ошеломили?!
- Вы, ребята, всех поголовно ошеломили, даже Невса...
- Какие, шуточки! Хотя, я бы с удовольствием тоже попрыгала, - и без перехода напустилась на ящериц: - Вот обжоры ненасытные, как прыгать - так лениво, а лопать - так за троих.
Рептилии пригнулись и жалобно засвистели, вызвав у всех улыбки.
- Так, мисс Эни, убирайте своих питомцев в клетку, - распорядился Федор. - Не место им за столом, особенно когда у нас гости.
Девушка взяла пирожков и, посвистывая, ушла к фургону с террариумом, ящерки радостно кинулись следом. А гость машинально отпил чая, не чувствуя его вкуса. Он вдруг отчетливо вспомнил свой детский восторг от короткого полета, замирающее в груди сердце и упругий удар воды по пяткам. А потом суровую нотацию отца о том, что прыгать со склонившегося над водой дерева опасно. И вдруг так захотелось туда, где смеются незнакомые мужчины. Им не нужно соблюдать правила приличия и оглядываться на чопорных соседей, думая, что они скажут…
Понимающая улыбка скользнула по губам сидящей напротив него женщины. Глаза миссис Ротрок, правда, без грима ее трудно узнать, искрились смехом...
- Еще чаю? - как положено хозяйке предложила женщина.
- И нам! – из прохода между фургонов вышли мужчины. Все обнаженные до пояса, мокрые, с полотенцами на плечах.
- О! Мистер Шварц, какими судьбами? - Ник улыбался немцу, как родному брату. - Или мы устроили лагерь на территории вашего ранчо?
- Нет, эта земля не принадлежит никому, - гость нахмурился, вспомнив, зачем он приехал сюда. Хотя уверенность в вине циркачей дала заметную трещину. Ну не могли виновные в обмане вести себя так спокойно, хотя, возможно, они и не знают о поступке своего начальства. - Но приехали мы именно к вам, по не очень приятному делу.
Ковбой, до этого молча пивший чай и, не стесняясь, лопавший плюшки, насмешливо хмыкнул.
- Тогда погодите еще пару минут, я приведу себя в надлежащий вид, - Ник слегка поклонился, сразу превратившись из праздно отдыхающего в лицо при исполнении. Это ему великолепно удалось, несмотря на мокрый вид и недоукомплектованность одеждой.
Мужчины привели себя в порядок очень быстро, правда, за стол сели только трое: сам Ник и Робин с Джонатаном. Шварц смотрел на садящихся с явным недоумением, двое черных к двум уже имеющимся китайцам. Нет, он видел всех этих людей на сцене, когда смотрел представление вместе с семьей, но вот так запросто... Сопровождавший его самого отряд состоял исключительно из белых.
- Итак, мы вас внимательно слушаем, - Ник обнял ладонями чашку и вдохнул терпкий запах свежезаваренного чая, чуть приправленный дымком.
- Я хотел бы узнать, почему вы отказались выступать на свадьбе моей дочери? - в голосе Шварца прорезалась сталь, еще спрятанная в ножны, но уже звенящая.
- Ни один цирк не откажется выступить на таком торжестве, - хмыкнул Федор, качая головой, - если, конечно, его хозяин в своем уме... Вот месье Мориа был весьма рад предложению, а мы, увы, лишились общества таких прекрасных музыкантов.
- Мы бы тоже не отказались от такого ангажемента, - поддержал его Ник. - Но, к сожалению, не получили приглашения.
Шварц демонстративно сложил руки на груди:
- А вот помощник моего управляющего утверждает, что и согласились, и взяли у него задаток, а потом очень быстро сбежали.
Ковбой, имя которого так и не назвали, напрягся, внимательно следя за сидящими напротив него людьми.
- И, отъехав десять миль от города, устроили двухдневный отдых... - насмешливо фыркнула миссис Ротрок. Шварц ожидал, что ее родственник прикажет женщине замолчать, или вообще отошлет из-за стола, но тот лишь кивнул головой, соглашаясь с ее высказыванием.
- В этой ситуации, надо сказать весьма неприятной, сложно что-либо доказать, - начал рассудительно Джонатан. - Его слово против нашего.
- Это почему это? - возмутился Федор. - У меня расходные книги все в полном порядке. Приход, расход, все расписки подшиты. Если ваш враль-управляющий, - Шварц набычился, а Марье очень захотелось покусать старого придурка, ну вот зачем обзываться? - может предъявить мою расписку в получении денег, то я балерина!
- Он утверждает, что передал вам деньги в присутствии двух свидетелей, без каких-либо расписок с вашей стороны, - уже заканчивая фразу, гость вдруг понял всю ее несуразность, почему же раньше это не казалось непонятным.
- Я деньги просто так, без расписки, не беру, никогда! Я что, первый год живу и таких хитрованов не встречал?!
- Ну, что сказать, он у вас, наверное, очень молодой? - Ник нацепил на лицо невозмутимость. - Потому как опытный управляющий таких глупостей не делает. Это с одной стороны, а с другой - посмотрите вокруг.
Шварц автоматически обвел глазами лагерь. Добротные, хотя и слегка облезлые фургоны. С явными следами некоторой конструктивной деятельности, по их обновлению. Табун необычайно красивых, ухоженных лошадей в пределах видимости. Явно благополучные, сытые люди.
- Как со всем этим хозяйством можно куда-то сбегать? - закончил свою мысль вопросом Ник.
- Да еще предварительно рассказав уважаемому мистеру Тейлору...
- …и его другу мистеру полицмейстеру, - ехидно добавила Марья.
- ...наши планы на будущие гастроли, а также маршрут до самого Сиэтла, - все же ухитрился закончить Ник, жестко взглянув на Марью, и та опустила глаза, что явно понравилось гостю.
- А, может, вы и рассчитываете на то, что вот, все так пристойно кажется, а сами денежки и припрятали... - неожиданно высказался молчаливый ковбой.
- Ну да, ну да! Задаток тридцать процентов мы припрятали, а еще семьдесят потеряли, из-за того, что мы жадные и ленивые! -
