Макар бессмысленно моргал. Весь его вид говорил о том, что, явись перед ним сейчас снежный человек, реакция была бы примерно аналогичной.
— А ты спи дальше, — предложила ему Элис, спокойно рассудив, что внятной речи она от напарника сейчас вряд ли дождётся.
Что и произошло.
Скорее всего, Макар так и не смог окончательно проснуться, а пребывал сейчас в некоем сомнамбулическом состоянии.
— А это не ты храпела? — спросил он несвойственным ему высоким голосом.
— Нет, — сказала Элис, и это было правдой.
— А, ну ладно тогда, — «успокоился» Макар, мигнул ещё пару раз и отвернулся к стенке, натянув повыше одеяло.
Глава 7
Полноценно поспать оставшуюся часть ночи Эле так и не удалось. Тахта-раскладушка оказалась старой и неудобной: матерчатое дно провисало, и Элис всё время казалось, что ещё чуть-чуть — и её зад коснётся пола. Кроме этого, она непроизвольно продолжала вслушиваться в ночную тишину, ожидая новых призрачных голосов. Несколько раз уже на грани дремоты она отчётливо улавливала чьи-то лёгкие шаги, будто кто-то ходил туда-сюда прямо за дверью (она, конечно же, заперлась изнутри). Походит и перестанет. Походит и перестанет. В такие моменты Эля просыпалась и, оцепенев, ждала какого-то деятельного продолжения. Но ничего такого не происходило. Лишь Макар время от времени начинал шумно дышать, словно в своём сне принимал участие в каком-то эротическом аттракционе.
Короче говоря, если даже Элис до утра пару раз и отрубалась, то на ограниченный период; полноценным ночным отдыхом такое нитевидное забытьё назвать, разумеется, было нельзя.
В итоге проснулась Эля с тяжёлой и мутной головой. Где-то в деревне звонко прокукарекал петух, и за окном потихоньку стал расползаться матовый предрассветный туман. Светало летом довольно рано.
Поняв, что больше ей уснуть не удастся, Эля, кряхтя, как старуха, села на раскладушке.
Петух пропел ещё раз. Впрочем, может, это был другой.
Элис вздохнула, достала свой смартфон, чтобы посмотреть, который час (на экране высветилось 5:47), и зачем-то ткнула в иконку Всемирной сети. Гаджет предсказуемо оповестил её о том, что связи с внешним миром нет. Ида Марковна в своё время постаралась на славу.
* * *
Где-то через полчаса Эля привела себя в относительный порядок: умылась, причесалась (жёлтые пакли на её голове раскорячились в стороны, как никогда воинственно), даже немного накрасилась. Макар, как ни странно, к этому моменту тоже оказался на ногах. И даже успел сбегать во двор проверить и разогреть развалюху — он ещё не отказался от своего намерения слинять поутру в Город.
По большому счёту, «обычность» разгорающегося дня как-то приглушила ночные страхи Элис. Сейчас они уже не казались какими-то невозможно жуткими. А скорее напоминали о себе, словно кошмарный сон, который быстро забывается. Сейчас в доме при дневном свете всё выглядело вполне себе естественно и даже мило; как-то нелепо было думать о призраках и тому подобной ерунде.
Габи услужливо пригласил гостей на завтрак. К столу вышла и Клариса, улыбающаяся и приветливая.
«Скорее бы уже начать работу», — подумала Эля, прихлёбывая чай. Ей почему-то представлялось, что, стоит ей углубиться в исследования коллекции, странные записки, чужие голоса и вся остальная фантасмагория исчезнут сами собой.
— Ты меня бросаешь, я так понимаю? — выговорила она после завтрака Макару, который неубедительно делал вид, что никуда не торопится.
— Так ты ж описывать тут всё будешь, — развёл руками «напарничек», — а мне что, груши околачивать? Я за тобой через пару дней заскочу. Ну, или через тройку.
— А если меня тут к этому времени уконтра-пупят?
— Уконтра… что?
— Я фигурально.
— Да прекрати, серьёзные же люди, сразу видно. В крайнем случае на рейсовом автобусе доедешь, мы же остановку видели в центре.
— Ну спасибо!
— Ну пожалуйста, и потом, чё за наезды-то, Эля? Ты попросила довезти до Кочек, и всё. Подмастерьем твоим работать уговора не было. Чё за обиды-то?
— Ладно, ладно, проваливай уже. Как говорит Клариса, свою часть контракта ты выполнил.
— Вот все вы, женщины, такие, — заявил ни к селу ни к городу Макар, обиженно оттопырив нижнюю губу. — Ладно, салют… — Он махнул рукой и направился на выход, пряча взгляд.
Эля тряхнула головой, как бы отгоняя от себя тревожные мысли, и пошла в противоположную часть «замка», где её уже поджидала Клариса. По пути она решила заглянуть в гостевую комнатку, чтобы захватить свой блокнот.
Хотя хозяйка предупредила её, что никакие записывающие, фотографирующие устройства (например, смартфон) с собой в подземелье брать категорически воспрещается, Элис полагала, что на блокноты такой запрет не распространяется, а с родной записной книжкой ей было бы как-то спокойнее. Однако блокнот на месте отсутствовал. Эля отчётливо помнила, что положила его каких-то двадцать минут назад рядом со своей сумочкой на низенькую тумбу. Но сейчас там находилась только сумочка.
Элис недоверчиво заглянула в неё — блокнота там не было, потом посмотрела за тумбу, открыла ящики (пустые) и зачем-то потрясла простыню на раскладушке.
Что ещё за новости?
Кому понадобился её блокнот? И главное — зачем?!
Озадаченная и обескураженная, она доплелась до залы, где её ожидала Клариса. Впрочем, Габриэль тоже находился поблизости: используя стремянки, поливал из большого кувшина по очереди цветы в горшках.
— Вы готовы? — сразу же поинтересовалась хозяйка, энергично приподнимаясь с кресла навстречу гостье.
— В принципе да, но я хотела захватить с собой блокнот для заметок…
— Нет-нет, — перебила её Клариса. — Никаких блокнотов, никаких айфонов и так далее!
В хранилище есть мощный стационарный компьютер, с которым вам предстоит работать. Вся информация будет заноситься на его жёсткий диск. И только. Вы входите в хранилище без всего и выходите оттуда без всего. Всё, что находится в подземелье, остаётся в подземелье. И физическое, и интеллектуальное.
— Понятно, просто я привыкла делать какие-то вспомогательные заметки…
— Нет-нет-нет. Без всяких исключений, — отрезала Клариса. — Пойдёмте уже в хранилище.
Она легко и деликатно взяла Элю под руку и повела к дверям.
— Дело в том, что я только что не смогла найти в комнате свой
