Читаем без скачивания Блажий Омут - Вадим Фарг

— Нет.

— Ну, Лех, — Кот фыркнул. — Давай купим!

— На какие такие деньги? Да и содержать его потом на что? Седло надобно. За постой в конюшнях платить. Подковы справлять у кузнеца. Нет, Кот. Не будет тебе коня. Топай ножками.

Варгин снова фыркнул и умолк, точно оскорблённая невинность. А я лишь тихо посмеялся.

— Накануне ты говорил, что баба мне нужна хорошая. А теперь вот о коне справляешься. Зачем же мне баба, Кот, если ты капризнее любой женщины? Я двоих вас не потяну. Да ещё и с мерином буланым в придачу.

Варгин недовольно заворчал. А мой смех сделался громче.

Впрочем, долгим веселье не оказалось.

Дорога вскоре обогнула раскидистый ракитовый куст и вывела нас прямиком к нужному месту. Меж березняком и вспаханными полями раскинулось село за невысоким, замшелым тыном. Звалось оно незамысловато. Имя отражало суть местечка — село Берёзовое. Туда-то мы и держали путь. По слухам, местный трактирщик искал человека, который совладает с нечистью, что завелась в окрестностях и теперь убивает людей по ночам так, что из дому выйти страшно.

День близился к закату. Солнце на западе уже коснулось краем древесных верхушек, раскрашивая небосклон брусничным цветом. Тварей, которые вылезали с приходом темноты, я не боялся, но вот местных жителей своим поздним появлением испугать бы мог. Потому предпочёл поспешить.

Мы с варгином чуть замедлили шаг лишь когда проходили под аркой ворот. На перекладине над нашими головами позвякивали обереги. Целая гроздь. Всё сплошь защита от нечисти. Но настолько неумелая и пустая, что у моего друга даже усы не дрогнули. Он лишь переглянулся со мной.

Трактир обнаружился прямо здесь же, у ворот. Им оказалась обыкновенная изба с двумя входами. В окнах одной половины горел свет и звучали голоса, а другая половина смотрела дверьми на двор. Вероятно, там жила семья трактирщика. О том, что это трактир, можно было лишь догадаться по тому, как шумно там было. А ещё по тем перевёрнутым глиняным горшкам, которые были надеты на жерди плетня у входа в маленький дворик. Никаких тебе вывесок.

Я толкнул плечом низенькую дверь, пригнулся, чтобы не зашибить голову и вошёл внутрь. А Кот проворной тенью прошмыгнул следом.

Внутри было чисто, но так же просто, как и снаружи. Всего пять столов с лавками. На каждом коптили старые лампы, заправленные жиром. Большая печь в центре комнаты была расписана яркими алыми маками. Белёные стены украшали вырезанные из дерева картины с изображением богов и духов. На окошках висели ажурные шторки, пожелтевшие от времени. Меж столов вместо половичков лежала свежая солома, которую было легче убирать, дабы поддерживать полы в чистоте.

В помещении обнаружилось ещё три двери. Одна из них оказалась приоткрыта и, судя по звукам и запахам, вела в кухню.

Пахло квашнёй и свежим хлебом.

Вечерние сумерки охотно забрались внутрь скудно освещённого помещения. Тени клубились по углам, скрадывали очертания предметов. Закатное солнце смотрело сквозь мутноватые окошки, бросая внутрь трактира мерно тающие дорожки золотистого света.

В этот час все столы, кроме одного в дальнем углу, оказались заняты. Туда я и прошёл, чтобы усесться под бородатый лик Перуна, вырезанного из потемневшей дубовой доски. Покровитель воинов смотрел на меня сурово из-под строгих кустистых бровей.

Варгин юркнул под лавку и сел, прижавшись к моим сапогам. Навострил уши. Прислушался.

— Ловчий! — из кухоньки вышел высокий мужчина лет сорока на вид. Трактирщик, судя по всему.

Не слишком толстый, но слегка упитанный. В простых домотканых штанах, лаптях и полинялой серой рубахе. Он вытер руки о свой потёртый фартук, пригладил густую седеющую бороду и направился прямиком ко мне с вполне приветливым выражением лица. На диво. А раз Ловчего привечали с радостью, как дорогого гостя, значить это могло только одно — дела в селе Берёзовое и вправду идут хуже не придумаешь.

Собравшиеся за трапезой люди проводили его пристальными взглядами, однако, потеряли интерес быстрее, чем мужчина добрёл до моего угла под ликом Перуна. Застучали ложки, а беседы продолжились. Будто всем действительно было важнее поскорее завершить ужин и разойтись по домам, пока не стемнело, нежели глазеть на пришлого незнакомца, да внимать чужим беседам.

Трактирщик опустился на лавку напротив меня. Протянул руку для приветствия. И я после секундного колебания пожал её в ответ. Ладонь мужчины оказалась тёплой и чуть липковатой.

— Добро пожаловать в наше село, — трактирщик улыбался, разглядывая мой наряд не без восхищения. — Уже ли вправду Ловчий?

— Ловчий, — я кивнул. — Зовут меня Лех. А ты, вероятно, Найдён, который по соседним деревням кидал клич в поисках моего брата по оружию?

— Верно, — трактирщик сплёл пальцы пред собой на столе, улыбка на его лице угасла. Он подался вперёд и понизил голос: — Слыхал про наш заказ? Нечисть у нас завелась. Ночами по улицам бродит. Под дверями скребётся. В окошки стучит, точно вызывает выйти во двор. А кто выйдет, тех убивает.

— Видел кто-нибудь эту нечисть? — на всякий случай уточнил я.

Трактирщик Найдён покачал головой. Почесал бороду. И вкрадчиво прошептал:

— Говорят, колдунья воротилась.

Тень её видели. Как шныряет она промеж домами. Жертву себе выискивает.

— Тень колдуньи, говоришь? — я старался сохранить серьёзное лицо, несмотря на всю нелепость слов мужчины.

Найдён открыл было рот, но не успел проронить ни звука, потому как дверь в кухню распахнулась, и в трапезную влетел маленький мальчонка лет шести. Вертлявый, чумазый и озорной, он со всех ног улепётывал от женщины, которая старалась не отстать. В руке мальчишка сжимал добротный кусок солонины, которым можно было накормить троих взрослых мужиков.

— Тиша, сынок! Отдай! Сказала же, не бери всю! — женщина догнала его у самой входной двери и поймала за руку.

Вид у Тишиной матушки был весьма измученный хозяйскими делами. Она была худа. Тёмно-русая косица растрепалась. На бледном лице остались белые следы муки. Такие же следы украшали цветастый передник и синюю юбку в пол. Рукава рубахи были закатаны весьма небрежно, а вышивка на вороте засалилась от пота. Точно несчастной хозяюшке и вовсе не было дела до того, как выглядит она. Похоже, непоседливый сорванец и труды в трактире мужа занимали всё её внимание. В том, что предо мной семейство Найдёна, я нисколько не сомневался. Уж очень по-отечески рассердился он, глядя на то, как Тиша удирал от матери с куском