бестактность Максима — это цветочки. А вот ягодки… Ягодки — это запах, который исходил от неформала. Господи… Задержала дыхание, когда в нос ударил смрад. Словно, не стирали носки несколько дней… Или не принимали душ пару недель… Или… Или он живет на улице? Бомжует? Черт… У меня уже, наверное, от этого запаха помутнело сознание. Иначе, чем ещё объяснить эти странные мысли. Ну, какой бомж? Что за бредовые мысли возникают в моей голове?
Неосознанно подвинулась ближе к Сафарову. От него не укрылось это движение. Взгляд его стал совсем даже не безразличным. В нем скользило непонимание, удивление. Чтобы как-то объясниться, открыла свой блокнот и стала быстро писать.
— «Извини. Я не могу дышать. Ужасный запах».
Прочитав, он взял свою ручку и уже через пару секунд подвинул блокнот мне обратно.
— «Я подумал, это от тебя».
Даже не сомневалась, что он прекрасно знал, от кого исходил смрад, и решил просто поиздеваться надо мной.
— «Козел».
Показав Сафарову свой ответ, правда, хотелось ещё и средний палец показать, закрыла блокнот и отодвинулась обратно. Браво, Богданова, — мысленно зааплодировала самой себе. Бесплатно попала в зоопарк. С одной стороны — петух, экзотический, с выраженным специфическим запахом, с другой стороны — козел, вид обыкновенный. И как в таком «интересном» окружении сосредоточиться на том, что что-то там шепчет преподаватель? Её хоть первый ряд слышит? А-а-а… Они сегодня все издеваются надо мной?
Не знаю, как я вытерпела первый урок пары. Это было сложно. И очень обидно от того, что все мучения зря, ведь я не слышала ни единого слова из этой лекции.
Когда начался небольшой перерывчик, я подорвалась со своего места и, злобно взглянув на Сафарова, чтоб дал пройти, понеслась в коридор. Не терпелось насытиться свежим воздухом. Жаль, нельзя положить его в карман и аккуратно доставать в течении следующих сорока пяти минут. Возвращаться за парту не хотелось, но я не их тех, кто отступал на полпути. Пошла обратно. Поднявшись на последний ряд, замерла. На моем месте сидел Сафаров, его же место с краю было занято моими вещами.
— Спасибо, — процедила сквозь зубы, не спеша присаживаться. Не понимала, в чем подвох. Кнопка? Не, банально. Не будет же он опускаться до такого? Или будет? Внимательно посмотрела на стул. Всё было чисто. Нахмурила брови, перевела напряженный взгляд на Максима.
— Могу передумать, если что-то опять не нравится, — хамовато заявил он.
Не мешкая больше ни секунды, опустилась на предложенный стул. Ничего не почувствовав пятой точкой, немного расслабилась. Неужели этот «красавчиг» всё же способен на добрые поступки? Всё-таки ему удалось удивить меня. Я уж думала, что он потерян для общества.
После культурологии было ещё две пары, но они, слава Богу, прошли без эксцессов. После занятий пошла в общагу.
— Уль, ты где? — нервно ворвалась в комнату Настя, когда я, переодевшись, уселась на кровать и принялась поглощать йогурт.
— Королева, инопланетяне в общагу прилетели? Что ты орешь?
— Я не ору. Это ты что расселась? — Настя едва не прыгала на месте. — Давай собирайся быстрее.
— Какое собирайся? Ещё только шесть вечера. Ты же сама говорила, что в бар пойдем не раньше десяти.
— Планы немного изменились, — она перевела взгляд на Аню и Лену, которые сидели за столом, что-то разглядывая в ноутбуке. — Так что бросай свой йогурт и бегом ко мне. Макияж тебе сделаю.
Она скрылась так же быстро, как и появилась. Под странные взгляды своих соседок по комнате я доела йогурт, достала ещё один, съела его и только потом, захватив свою косметичку, пошла в комнату к Королевой. Там было шумно. Громко играла музыка, к тому же все девчонки были сегодня в сборе и весело смеялись. Их я уже знала, поэтому, поздоровавшись, устроилась рядом с Настей.
— Что надевать будешь? — тут же атаковала Королева. Однако прежде, чем я успела ответить, она затараторила дальше. — Никаких джинсов, сразу предупреждаю.
— Для начала скажи, куда мы собираемся. Бар отменяется?
— У друга Игоря сегодня день рождения. Он не хотел отмечать, но неожиданно передумал. Нас пригласили.
— Нас?
— Меня с Игорем. Но ты тоже пойдешь.
— Неудобно, если честно, — сделала попытку запротестовать. На самом деле я хотела пойти. Сидеть в общаге совершенно не улыбалось.
— Перестань. Ты моя подруга. Меня пригласили. Я приглашаю тебя. Тема закрыта.
Глава 8.
Ульяна, 7сентября, понедельник
Сидя в наполовину заполненной аудитории, я едва дышала. Единственным моим желанием сейчас было собрать вещи и вернуться обратно в общагу, чтобы выпить ещё одну таблетку от головной боли и лечь спать. Сколько часов я поспала за последние двое суток? Ох, Настя… Знала бы, чем или, лучше сказать, когда закончится празднование дня рождения её с Игорем друга, не рискнула бы участвовать в этом сумасшествии. Только подумать… Все выходные только и делали, что развлекались. В пятницу клуб. В субботу пейнтбол, боулинг, затем снова клуб. В воскресенье дача, шашлыки, песни под гитару. В общагу я забежала только сегодня утром, чтобы переодеться в чистую одежду. Королева предлагала мне прогулять занятия, но я понимала, что если начну так делать, то это обязательно продолжится. И страшно подумать, какой финал тогда может быть у этой истории.
Положив голову на сложенные ладони, застыла, стараясь даже не дышать. Может, так головная боль станет меньше? Еще бы успокоить одногруппников, которые, казалось, кричат, как возбужденные бабуины.
— Живая? — раздался над головой вопрос. Затем чей-то палец толкнул меня в плечо.
Не спешила поднимать голову. Голос казался смутно знакомым, но точно не Коноплицкого.
— Эй, — снова толчок в плечо.
— Руки убери, — зашептала, приподнимаясь. Что за идиот? Нет, блин, не живая. Мертвая решила ещё раз умереть.
Едва не прикусила себе язык, когда увидела, что надо мной возвышается Сафаров. Уловив болезненное выражение моего лица, он улыбнулся. Пусть улыбка была издевательская, но это всё же точно была улыбка. Без сомнений.
— Посвящение в студенты?
— Не должно, — я опустила голову. Он, конечно, снова удивил своим участием, но сейчас откровенно не до него было. Лучше снова мертвой притворюсь.
Послышались отдаляющиеся шаги. С облегчением приняла тот факт, что меня оставили в покое. Только радовалась рано. Через несколько минут Максим вернулся, причем со своими вещами.
— Занято, — прошептала, не в силах говорить громче.
— Богданова, ты не в туалете. Там будешь кричать «занято».
— О, ты даже знаешь мою фамилию?
— Я вроде не имбецил.
— Ну, да, раз такие слова знаешь, то возможно. И, кстати, повторюсь, здесь занято.
— Кем? Веснушчатым? — у Женьки действительно было довольно много веснушек. — Другое место себе найдет.
— А тебе что здесь
