– Все-таки угрожаете.
Лина поднесла к глазам письмо, но без очков ей было плохо видно. Она повернулась и, не приглашая Климова, прошла в первую комнату, ту, что напротив входной двери. Он последовал за ней без приглашения. И обувь не снял, хотя надо было, наверное, снять. Ничего, не у матери дома. Правда, тут дети… Вот уж кому-кому, а им сильно не повезло с матерью.
– Ну? – спросил он нетерпеливо.
Но Лина все тянула время. Надела очки, прочитала письмо… Потом взяла сотовый телефончик, набрала номер…
– Кому звонишь? – Климов схватил ее за запястье.
– Вы с ума сошли! – Лина высвободила руку. – У меня двое детей, их кормить надо! Спать укладывать! Нет, это я не тебе, – заговорила она в телефон. – Галюся, ты можешь прямо сейчас спуститься? Ребят надо покормить и вообще… посидеть с ними. Да брось ты эту краску, потом докрасишь! Ну и пускай засохнет… Новую купим, – сердито закончила Лина.
Интересно, кто это к ней спустится? Карлсон с крыши, что ли? И что это за имя такое – «Галюся»?
Ответа пришлось ждать недолго. Щелкнул замок входной двери и в прихожей, а потом и в комнате появилась небольшого роста женщина – коренастая, некрасивая, кургузенькая такая, но удивительно милая. Трудно было сказать, сколько ей лет. От тридцати до сорока, но с таким же успехом ей можно было дать и двадцать, и даже еще меньше. В ее добром простодушном лице сохранилось что-то подростковое. Она была в трикотажных шароварах и фуфайке. И то, и другое со следами побелки.
– Галюсенька, милая, – обратилась к ней Лина, – посиди с ребятами. Покорми их, я все приготовила, займи их чем-нибудь. Я скоро приду.
– Так я ж даже не переодевшись… – начала Галюся.
– Ничего, не страшно. Посиди с ними.
Галюся покосилась на Климова, которого Лина так и не представила, и ушла во вторую комнату.
– Ну теперь, когда с домашними делами разобрались, может, ответишь на пару вопросов? – осведомился он со всем возможным сарказмом.
– Я не знаю, что это такое. – Голос Лины звучал холодно и бесстрастно. – Впервые вижу.
– Значит, решила играть в долгую. И имя Pauline Polonsky тебе ничего не говорит?
– Нет. Это не я писала.
– А кто? Пушкин?
– Не хамите мне.
– Девочка, ты еще хамства не видела. Ничего, в камере насмотришься.
– Перестаньте мне угрожать. – Она держалась с редкостным самообладанием, пришлось отдать ей должное. – Повторяю: я этого не писала. Понятия не имею ни о какой фирме «Ансти».
– И об институте в Троицке? По адресу улица Солнечная, двенадцать? Тоже не имеешь?
– Этот адрес стоял в бумагах. Мне их давали на перевод. По вашему заказу.
– И ты решила толкнуть технологию другой фирме как бы уже от себя, верно?
– Ничего я не решала! Сколько раз повторять, это не я писала!
– А кто писал?
– Не знаю, – уже усталым, севшим голосом проговорила Лина, – но точно не я. Тут слишком много ошибок.
– Чего? – растерялся Климов.
– Ошибок. Я таких не делаю. Я не пишу «Дорогие сэры», это неграмотно. Так можно только в единственном числе. Я пишу «Джентльмены», когда во множественном. Тут и других ошибок полно. Это писал кто-то учившийся «по Бонку».
– Ну… а может, ты нарочно.
– А зачем?
– Ну мало ли… Чтобы нас запутать. Как же это не ты писала, когда тут твой мейл остался? Давай-ка проверим. – И Климов двинул прямиком к компьютеру.
– Минутку. – Лина заступила ему дорогу. – Комп трогать не дам.
– Ну еще бы! – зловеще ухмыльнулся Климов. – На что спорим, я найду там это письмо?
– Ничего вы там не найдете. Идите-ка лучше отсюда, я ведь могу и милицию вызвать.
– Милицию? – обрадовался Климов. – Давай, вызывай. Спорим, тебе слабо́?
Лина демонстративно сняла с гнезда телефонную трубку:
– На что спорим?
Надо же, храбрая какая! В душу Климова впервые закралось сомнение. Нет, впервые еще тогда, когда он увидел ее семейные обстоятельства. Не может женщина с двумя такими хорошими, чистенькими, послушными детьми быть аферисткой. Да нет, если уж совсем честно, он с самого начала никак не мог поверить… Климов прогнал эти малодушные мысли.
– Давай так, – предложил он, – ты сама включай, и мы проверим почту. Но только так, чтоб я видел. Если ты ни в чем не виновата, я извинюсь и уйду. Но если письмо там есть, я тебе не милицию, я тебе сразу прокуратуру обеспечу. Идет?
– Идет.
Она была уверена в себе! Значит, успела уничтожить письмо в своем компьютере. Ничего, след всегда остается. Ему в голову пришла идея.
– Погоди, – снова заговорил Климов. – Лучше пригласим третейского судью. Специалиста, лицо незаинтересованное. У меня есть знакомый – ас по компам.
– А почему я должна доверять вашему асу? Может, вы с ним заранее сговорились? У меня тоже есть знакомый ас.
– Ладно, – уступил Климов. – Ты зови своего, а я своего.
Лина опустила городской телефон на базу и взяла сотовый. Проработав несколько лет в переводческом агентстве Карины Агаджановой, она познакомилась с очаровательной женщиной – Эллой Абрамовной Королевой, переводчицей, как и она сама. По возрасту Элла Абрамовна годилась ей матери, но была милой, душевной, умной и обаятельной.
Они однажды встретились в агентстве, случайно разговорились и подружились. Это была странная дружба. Элла Абрамовна не приглашала Лину к себе домой, у нее была проблемная дочка годами чуть помладше Лины. Лине долгое время тоже некуда было приглашать. У нее своих проблем хватало. Но они обменялись телефонами, перезванивались, пару раз выручали друг дружку: если одна не успевала или просто по каким-то причинам не могла сделать заказанный перевод, отдавала его другой. Главное – не отказать заказчику, а то можно всех клиентов растерять.
Изредка встречаясь у Карины, Элла Абрамовна и Лина шли в кафе, угощали друг друга по очереди, обменивались новостями. Так Лина узнала, что у проблемной дочки жизнь наконец-то наладилась, она вышла замуж за компьютерного аса.
Вот к Королевой Лина и решила обратиться.
– Элла Абрамовна, – заговорила она в трубку, – добрый день. Вы не могли бы мне помочь? У меня неприятности.
– Что случилось, Линочка? – встревожилась Элла Абрамовна.
– Вы говорили, у вас зять – ас по компьютерам. Мне надо проверить компьютер.
– Сломался? – участливо спросила Элла Абрамовна.
– Нет, надо кое-что проверить. Меня обвиняют в мошенничестве.
– Вас? Линочка, но это же нелепость! Это полный абсурд! Хорошо, вам нужен Даня? Я сейчас же ему позвоню.
– Передайте ему, пожалуйста, что он нужен мне срочно. У меня дома. Вы ему дайте мой сотовый, у нас тут коды…
– Как и везде.
– Но чем записывать, – продолжала Лина, – лучше я ему прямо на месте продиктую. Пусть он мне сам позвонит, когда подъедет. Это на Ордынке, запишите адрес. Он сможет приехать сегодня? Прямо сейчас?
