Читаем без скачивания Душевные болезни: православный взгляд. - Дмитрий Авдеев

Печаль – это всегда сожаление (о потерянном, неосуществившемся и т. п.). Унынию же зачастую предшествуют леность, праздность, чрезмерное любление комфорта, самовлюбленность.

Святитель Игнатий (Брянчанинов) в числе прочих определяет греховные страсти уныния и печали следующим образом.

ПЕЧАЛЬ – огорчение, тоска, отсечение надежды на Бога, сомнение во обетованиях Божиих, неблагодарение Богу за все случившееся, малодушие, нетерпеливость, несамоукорение, скорбь на ближнего, ропот, отречение от креста, покушение сойти с него.

УНЫНИЕ – леность ко всякому доброму делу, в особенности к молитвенному. Оставление церковного и келейного правил. Небрежение. Неблагоговение. Праздность. Излишнее успокоение сном, лежанием и всякого рода негою. Перехождение с места на место. Празднословие. Шутки. Кощунство. Забвение грехов своих. Забвение заповедей Христовых. Нерадение. Пленение. Лишение страха Божия. Ожесточение. Нечувствие. Отчаяние.

Печаль, по утверждению святых отцов приходит тогда, когда какая-либо страсть не нашла себе удовлетворения. К примеру, человек не получил ту сумму денег, какую хотел, или чувства были отвергнуты его избранницей, а может быть, давно не продвигали по службе и т.п.

Греховные страсти взаимосвязаны и находятся во взаимном влиянии друг на друга. Так, гордость и тщеславие «поддерживаются» чревоугодием и блудом, а все эти страсти связаны со сребролюбием. Результатом этого «содружества» являются гнев, печаль, уныние, образно говоря, синдром «разбитого корыта».

Уныние, печаль подстерегают того, кто не обрел крепкую веру в Бога. Эти страсти зачастую хозяйничают в душе тех, кто отвергая Небесное, накрепко прилепился к земному. В своей глубинной основе невротическая депрессия – следствие неверия в спасительный Промысл Божий. Скорби и страдания в этом случае для человека что-то отвратительное, совершенно ненужное. Собственно говоря, это закономерное следствие философии гедонизма, жизни «в свое удовольствие», к которой стремятся очень многие.

Преосвященный Варнава (Беляев) замечает по этому поводу: «Есть одно делание в науке о спасении, которое приводит человека к Богу кратчайшим путем. Это печаль о грехах, печаль по Богу… опыт и веяние благодати в сердце убеждают, что молитва с теплыми слезами раскаяния в одиночестве есть единственное средство утешения. Правда, вначале слезы горькие льются, едкие, но после чувствуется облегчение, отрада, просвет. Чем дальше он продвигается по пути спасения, тем на душе становится веселее; ты плачешь, слезы градом катятся, а на сердце яснее и теплее становится. Чудное дело! Непостижимое действие благодати!…

Но есть и другой плач, и иная печаль. Модница плачет о том, что у нее нет новой весенней шляпки и вышли из моды ботинки, что такой-то стал ухаживать за такой-то, а та более красива или счастлива, чем она; молодой человек печалится о малом количестве карманных денег, которые он может потратить на удовольствия; жена плачет из-за обиды, что изменяет муж, а муж, в свою очередь, что имеет неудачи по службе; врач, инженер, адвокат – все недовольны, что мало зарабатывают, все им мало; купец приходит в отчаяние от понесенного убытка, и так далее, и тому подобное. Все плачут и печалятся, даже живя в роскоши и богатстве, но сокрушаются о тленных вещах. Не имеют чего-либо или теряют что-то – вот и печалятся. Иногда от такой печали иссыхают, заболевают и даже умирают (2 Кор. 7, 10). Эта печаль бесовская. Враг рода человеческого навевает ее. Мучится, стонет человечество, пытается сделать жизнь беспечальной, но без Бога ничего не может».

При невротической форме депрессивных расстройств определяется ее самая непосредственная связь с морально-нравственным состоянием человека. Как врач я, конечно, облегчаю страдания пациентов медикаментами, беседами да и просто человеческим участием, но удовлетворение при приеме больного наступает лишь тогда, когда заходит разговор о душе, о вере, о покаянии. С согласия пациента и по его желанию мы пытаемся оценивать симптомы болезни с духовных позиций.

Истинная причина депрессивных расстройств, как правило, заключается в совершаемых человеком грехах. Святые отцы считали, что в основе всех душевных страданий лежит гордыня. Поэтому, чтобы избавиться от невротической депрессии, надо стремиться обрести смирение. Завышенный уровень притязаний человека, не осуществившихся в его жизни, конфликт между желаемым и действительным всегда оставляют в душе чувство неудовлетворенности, печали, горечи, досады.

Удержим в сердце своем дивные и великие слова святого апостолаПавла: Всегда радуйтесь. Непрестанно молитесь. За все благодарите: ибо такова о вас воля Божия во Христе Иисусе (1 Фес. 5, 16).

Старинная французская пословица гласит: «Каждый стареет так, как он жил». В этих словах заложен глубокий смысл. Тело с каждым годом стареет, но душа… Душа нематериальна, и если она пребывает с Богом, то к старости приносит обильный плод. Святитель Феофан Затворник, говоря о возрастах добродетельной жизни христианской, так описывает возраст мужеский (то есть зрелый, совершенный): «Это время, когда внутренняя борьба утихает и человек начинает вкушать покой и сладость духовных благ. Земледелец, после жатвы вкушающий плоды трудов, также тесто, заквашенное и вскисшее, вполне образовавшееся – это образы совершенного возраста.

Премудрый Сирах изображает действование премудрости, как она сначала мучит и испытывает любимца своего, потом обращается к нему, возвеселяет его и открывает ему тайны свои (Сир. 4, 18 и далее). Это последнее – характер духовного мужа. Мужу мы приписываем твердость, степенность, непоколебимость, опытность».

Священник и врач о. Валентин Жохов о зрелом христианине пишет: «Перед нами не старик, а старец, вызывающий благочестивые чувства. Таких христиан с иконописным ликом можно встретить именно среди православных. Благообразие не приходит само собой, а является следствием их трудов и терпеливо понесенных болезней».

Один мой давний приятель рассказывал, что он долго искал Истину, размышлял о вечности, но окончательно утвердился в Православии после того, как встретился взглядом с пожилой женщиной, возвращавшейся с церковной службы. «Сколько простоты, скромности, благородства было в ее внешности, походке. А в глазах было столько доброты!» – вспоминал он.

Наверное, многим православным знакомо то волнительно-благоговейное чувство, которое испытываешь, общаясь с опытным старцем, духовником. На сердце после таких встреч сладость, мир, покой. Однако большинство теперешних пожилых людей – дети тридцатых-сороковых годов. Год за годом, десятилетие за десятилетием в их душах наводили атеистический «порядок». Партия, комсомол прививали им свои ценности.

Переосмыслив жизнь с течением времени, особенно в последние годы, кто-то из них пришел в храм, покаялся, обрел Бога, а иные продолжают быть верными идеалам юности, тратят время и увядающие силы на митингах, клеймят последними словами власть, полны обиды и разочарования. Еще бы, по-человечески их можно понять: жизнь прошла, а справедливость так и не найдена. Должности и заслуги – в прошлом, деньги обесценились в ходе реформ. Душа скорбит, тревожится; ощущение надвигающейся немощности, страх и горечь от реального или воображаемого одиночества лишают ее мира. Бывает, что старики накладывают на себя руки, и случаев таких, к великой скорби, становится все больше.

Страдает, мучается человек от печали, тоски, душа его томится. И вот он идет к врачу, который выписывает ему успокаивающие и улучшающие настроение препараты для искусственного облегчения страдания, уменьшения душевной боли. Но при этом, как справедливо замечает православный врач В. К. Невярович, часто совершенно не лечится больная душа и человек лишь уводится в сторону от страданий, имеющих почти всегда врачующий смысл. Подчеркиваем, что здесь речь идет о невротической депрессии. При эндогенной депрессии тактика иная.

При невротической форме депрессивных расстройств определяется ее самая непосредственная связь с морально-нравственным состоянием человека. Как врач, я, конечно, облегчаю страдания пациентов медикаментами, беседами, да и просто человеческим участием, но удовлетворение при приеме больного наступает лишь тогда, когда заходит разговор о душе, о вере, о покаянии. С согласия пациента и по его желанию мы пытаемся оценивать симптомы болезни с духовных позиций.

Самоубийство – тягчайший грех

Суицид есть добровольное лишение себя жизни. Печальная статистика самоубийств в нашей стране долгое время была закрытой. В начале 1989, года впервые за последние 60 лет, были обнародованы ошеломляющие цифры, за каждой из которых – безысходное отчаяние, утрата смысла жизни.

Ежегодно накладывают на себя руки более 60 тысяч россиян – это целый город самоубийц. И что особенно трагично, более всего (в 2,9 раза) выросли самоубийства среди молодых людей в возрасте 20-24 года. В остальных возрастных группах взрослого населения этот прирост составил 1,6-1,8 раза. Вот еще один красноречивый факт: уровень самоубийств в России в 1915 году равнялся 3,4 человека на 100 тысяч населения, в 1985 году он составлял 24,5, в 1991 году – 31, а в 1993 году уже 38,7 человека. 1999 год отмечен еще более высокими суицидальными показателями – 39,3 человека на 100 тысяч человек. 20% общего числа всех самоубийств совершают дети и подростки. Приведем статистику за 1996 год: в возрасте 5-14 лет совершено 2756 самоубийств; в возрасте 14-19 лет – 2358, то есть 5114 детей, юношей и девушек совершили этот страшный, непоправимый шаг, и это только учтенные случаи. В 92% случаев самоубийства совершались детьми из неблагоприятных семей.