Читаем без скачивания Ответный удар - Илья Рясной

- Хороши, - вздохнул Голубев. - Плюнуть, что ли, в телевизор?

- Без толку, - возразил Алексеев. - Самому вытирать придется.

- Смотри, информационная акция достигла пика. Обработка мозгов вступает в заключительную стадию. Людей приводят во взвинченное состояние. Они пропитываются теми идеями, которые пытаются в них вбить. Но долго такое состояние продолжаться не может. Янки - не дураки и знают эти тонкости отлично.

- Значит, скоро заключительный этап операции?

- Точно. Четвертая модель находит еще одно подтверждение.

"Кто такие "социал-дворники"? - очаровательно улыбаясь, произнесла шлюшного вида дикторша. - Новое явление или порождение отживающей системы? Фанатики? Провокаторы? Об этом наш сегодняшний специальный репортаж..."

* * *

Юсуп лопал за обе щеки. Он любил хорошо поесть. Он считал, что настоящий мужчина должен быть сыт и с женщиной. Настоящий мужчина должен быть хозяином жизни.

В уютном, небольшом и дорогом кабаке находилось немного народу. И кормили вполне прилично. В углу сидели две скучающие девушки. Кто сказал, что Юсупу двоих много? Интересно, сколько запросят? А, сколько бы ни запросили. Он хочет двоих. У него праздник. Он приехал ставить Россию на колени и неизвестно, останется ли жив. Но сейчас хочет этих двоих, и они будут его!

Блондинка пронзила Юсупа острым, как стрела, взором и поразила его в самое сердце. Он понял, что если не затащит сегодня эту женщину в постель, то умрет.

Он поправил галстук, отхлебнул коньяку и подошел к их столику.

- Здравствуйте, девушки, - просто бухнул он. - Присяду?

- Садись, мальчик, - процедила блондинка.

- Мне так хочется, чтобы вы показали мне Москву. Я здесь проездом, - завел он разговор.

- Короче, мальчик, ближе к телу. Двести пятьдесят - за ночь. И выпивка за тобой.

- Четыреста, - сглотнув, произнес Юсуп. У блондинки глаза поползли на лоб.

- А где смеяться? - спросила ее подружка.

- Четыреста - за обоих.

- Четыреста пятьдесят.

- Тридцать.

Торговался он по привычке.

- Ладно.

- Не разочарую. Может, так понравится, что сами мне доплатите, - засмеялся Юсуп.

- Ха, Натаха, смотри, еще один конь. И не таких видали, - блондинка провела рукой по щеке Юсупа.

Юсуп, распрямив плечи, гордо направился к собственному столу. И едва не впечатался лицом в покрытый ковром пол, но удержался на ногах. Угрожающе обернулся. За столиком сидел в дугу пьяный здоровяк, безуспешно пытавшийся подцепить вилкой огурчик. Перед ним стоял опорожненный графин с водкой. Впрочем, ловкости у него еще хватало на то, чтобы сделать Юсупу подножку.

- Э, ты чего, друг?

- Горный баран тебе друг, - незатейливо ответил пьяный.

- Что ты сказал?

- Что... - пьяный запнулся и все-таки поймал огурчик. - Что слышал, черножопый.

Юсуп примерился, чтобы звездануть негодяю в ухо, благо бить он умел недаром был мастером спорта по вольной борьбе. Он знал, что может раздавить негодяя, как надоедливую муху... Но вовремя взял себя в руки. Сейчас он не может завязывать площадные драки.

- Извинись.

- Ща... Че те в России надо, чернож... - пьяный икнул. - Черножопый.

- Вас в белые жопы иметь, - наклонившись над ним, прошептал Юсуп. Пьяный хотел схватить его за ворот, но Юсуп уклонился, ударил его по руке и спокойно прошествовал к своему столику. Пьяный пожал плечами, дохрумкал свой огурец.

Оставлять это так Юсуп не собирался. Мужчины не терпят обид. Мужчины убивают обидчиков.

Вскоре пьяный проорал:

- Официант.

Он сунул официанту кипу мятых купюр. Видимо, чаевые были неплохие, поскольку официант чрезвычайно бережно проводил клиента.

Юсуп, видя, что обидчик собирается уходить, кинул на стол деньги, подошел к девахам.

- Подождите, сейчас приду.

На улице было темно. Пьяный вышел из ресторана и, проходя через тесный дворик, отправился к автомобильной стоянке. Юсуп, подумав, решил, что убивать русского сегодня не будет - незачем лишний раз светиться. Но на лекарства всю оставшуюся жизнь работать его заставит.

- Подожди, друг, - закричал Юсуп. Пьяный обернулся и проворчал:

- А, черножопый, напроситься решил?

На Юсупа нашло привычное яростное веселье. Он наслаждался предчувствием того, как будут хрустеть кости под его ударами, а сопли будут смешиваться с кровью.

- Заплатишь, - Юсуп направился к нему.

Пьяный затравленно огляделся, и вдруг его лицо просветлело.

- Э, Леха, тут один черножопый напрашивается! Около автомобильной стоянки маячили две фигуры. Они сорвались с места и угрожающе остановились около Юсупа.

- Отоварим, - кивнул Леха.

Юсуп оценивающе рассматривал их. Жарко - пиджак не напялишь, и огнестрельного оружия не спрячешь. Нет пистолетов у них. А что есть? Ножи перочинные? Не проблема. А по комплекции противники уважения не вызывали щупловатые. Самый здоровый из них - тот самый пьяный буян, но он в таком состоянии не боец. Юсуп хищно осклабился. Он знал, что проблем не будет. Просто придется вместо одного шайтана сделать троих.

Юсуп пошел на сближение. Пьяный, поняв, что ему врежут первому, в страхе отпрянул назад. Юсуп ударил кулаком от души. Он прекрасно знал, что от его кулака передние зубы вылетают и крошатся, кровь захлестывает рот и этот мерзавец ахнется на землю и долго не поднимется. Настолько долго, что Юсупу хватит времени отоварить его приятелей, а потом вернуться к главному обидчику и поработать с ним как надо.

Но Юсуп промахнулся. Ударил небрежно, недостаточно точно. Пьяный плаксиво всхлипнул, а с боку возник другой нападавший. Ударом по ногам Юсупа завалили на землю, начали охаживать по ребрам и куда придется. Били крепко.

- Получи, сука черная... Будешь знать, как к нашим марухам клеиться! На!!!

Вдалеке взвыла милицейская сирена.

- Хватит ему! - заорал Леха. - Рвем когти!

В московском дворе лежал Юсуп - "серый волк", прошедший через горнило войны, участвовавший в самых отчаянных терактах последних лет.

- Приложили абрека, - сказал сержант-патрульный, нагибаясь над телом главного подрывника группы Муссы.

- Думаю, слезы лить не будем, - хмыкнул лейтенант.

* * *

- Война идет, - сказал Жаров. - И мы ничего не можем противопоставить террору.

- ФСБ и МВД накрыли бригаду террористов, - произнес Алексеев, устраиваясь на диване. - Собираются устроить показательный процесс.

- Собираются они. "Нохчи" еще нескольких тележурналистов украдут и обменяют на своих. Не в первый раз. Без толку по хвостам бить.

- Оперработа по этой линии у внутренних ведомств, мягко говоря, хреновая, - устало махнул рукой Алексеев. - С какой радостью разваливали КГБ. Развалили. И что сегодня? Антитеррористический центр, у которого ни людей, ни денег, ни агентуры.

- Молодцы. Враги.

- Враги... Руоповцы прибрали склад со взрывчатыми веществами. И хозяев хохлов с Западной Украины, которым заказали теракт в Питере. И еще по нашей информации уничтожили диверсионную группу на выходе из Чечни. Взяли склад в Ростове. Так что работаем.

- А я сижу, протираю штаны.

- Вы же знаете, майор, какая у вас задача. Вы на самом острие удара.

- Знаю. Но накал нарастает, - Жаров замялся, потом сказал: - У меня есть источник в Москве, среди криминала. У него были проблемы с чеченцами. Счеты у него с ними кровные. И насколько я его знаю, он надыбал на них достаточно информации.

- Что за источник? Жаров объяснил. Алексеев задумался.

- Ладно, даю добро на встречу...

Жаров набрал контактный телефон. Он не думал, что он ему когда-то понадобится.

Воспоминания накатили на Жарова. Было что вспомнить. Особенно ту встречу в новогодний штурм Грозного, когда армию бросили в укрепленный город без организации единого боевого управления, без должного взаимодействия. Кидали в ад необученные подразделения, некоторые солдаты узнавали своих командиров уже на месте. Военные не имели даже нормальных карт - пользовались теми, которые купили в киоске, да и те оказались неверными. Военнослужащим внутренних войск вообще поначалу выдавали "черемуху" и щиты для разгона демонстраций, которые выглядели в той обстановке так же, как зонтики для подводного плавания. Колонны бронетехники двигались вперед порой без разведки и боевого охранения. Давно известно, что танк в городе - отличная мишень. Но военачальники, по-революционному ставшие за пару лет из майоров-десантников генералами благодаря мудрой кадровой политике министра, будто позабыли все уроки Афганистана и других войн. Счастливые боевики пропускали колонны и лупили из всех видов оружия, а потом радостно сообщали корреспондентам телевидения, что осталось еще несколько русских солдат, которые почему-то не сдаются, но это уже не проблема.

Группа Жарова уже успела немножко повоевать. При продвижении к Грозному спецназовцы уничтожили засаду боевиков, ночью сняли охрану моста, пустив в расход около двадцати душманов и не потеряв ни одного человека. В самом Грозном выполняя обязанности войсковой разведки, попали в самый центр боев.