Закончив дела, она легла спать.
* * *
Утром, когда Стейси проснулась, ее автомобиль уже стоял на улице перед воротами. На ветровом стекле она нашла записку с техническим описанием неполадок, из которого мало что поняла. В любом случае в последней строчке говорилось, что Трой устранил неисправность.
Должно быть, он встал очень рано и отправился чинить ее машину, не побеспокоившись обратиться к ней за ключом. В спецназе его, вероятно, научили открывать любые замки, отключать любые сигнализации и заводить любой транспорт без ключа. А еще привили упорство, решимость, умение достичь цели. Как жаль, что этот мир потерян для Троя навсегда!
Он сказал, что не способен испытывать к кому-то сильные чувства. Что это — особенность характера, темперамента или последствие ранения, которое отняло у Троя дело жизни и, как показалось Стейси, ее смысл?
Все выходные Стейси стригла газон, на что раньше никогда не находилось времени. Теперь нашлось — так было удобнее наблюдать, как Трой, стоя на складной лестнице, обрезает деревья в своем саду. В какой-то момент он оступился — Стейси чуть было не бросилась ему на выручку, но он чудом удержался на верхней ступеньке. Даже издалека она разглядела выражение мрачного отчаяния на его лице. Девушка была не в силах как-то ему помочь, да и не решилась бы предложить. Но, когда Трой ушел в сарайчик к тренажерам, быстро отнесла ему на крыльцо корзинку с кексами собственной выпечки и записку с благодарностью за ремонт машины.
Этот поступок наполнил ее сердце теплом и радостью. Захотелось как-то отразить легкое солнечное настроение — например, покрасить ногти светло-зеленым лаком и прилепить поверх крохотные наклейки с изображением фруктов. Что она и сделала перед тем, как усесться за швейную машинку.
В понедельник, когда Трой приехал на фабрику для плановой инспекции, Стейси поздоровалась, не выдавая волнения. Она разволновалась, потому что в ожидании начальника замучила себя вопросом: вспоминал ли он их поцелуй, о котором она думала постоянно?
К счастью, Трой с Карлом почти сразу спустились в цех. Стейси приклеилась к своему рабочему месту и приказала себе сосредоточиться на работе. Мало того что она допустила непростительную слабость в отношении Троя, не хватало еще, думая о нем, наделать ошибок в документах!
Когда мужчины вернулись, у нее на столе трещал телефон. Стейси позволила себе бросить один быстрый взгляд в сторону Троя, прежде чем взяла трубку:
— Фабрика переработки миндаля. Стейси Уэйкфилд слушает.
Звонили Карлу. Закончив разговор, управляющий сообщил Трою, что местный бизнесмен хочет заключить сделку и предлагает обсудить условия вечером за ужином.
— К сожалению, я не смогу пойти, — огорченно заметил Карл. — После работы забираю жену из больницы после небольшой операции.
— Хотите завтра взять выходной… — начал было Трой.
Карл покачал головой:
— Нет, спасибо. Утром прилетает дочь из Сиднея. Она посидит с матерью неделю.
— Приятно слышать, что все устраивается. Мы со Стейси разберемся с ужином, — принял решение Трой. — Вы свободны вечером, Стейси? Думаю, будет лучше, если мы будем представлять фабрику вдвоем.
— Если надо, я готова. — Сердце дрогнуло при мысли, что она проведет вечер в компании Троя. Однако они уже прошли через искушение и негласно договорились не повторять ошибку. Уж Стейси точно не хотела повторения — конечно нет. Она вздохнула.
— Спасибо, — сказал Трой, поднимаясь. — До семи тридцати еще есть время. Поезжайте домой, накормите собак. Я заеду за вами.
— Мне надо идти, мама. Босс уже подъехал, — быстро проговорила Стейси в трубку телефона.
— Отлично, дорогая. — Помехи на линии немного заглушали слова матери. — Я так рада, что у вас свидание.
— У нас деловая встреча. — Стейси гасила искры раздражения, которые раздувало неуместное и бестактное оживление в голосе на том конце провода.
Мама продолжала:
— Хочу, чтобы ты заехала к нам, повидалась с Джеммой и Эндрю. У них новость…
— Извини, меня ждут, — оборвала Стейси.
Она не желала ничего слышать о Джемме и Эндрю. Родители требовали от нее слишком много, слишком быстро.
Стейси мечтала о том, чтобы в семье воцарился мир, не меньше папы с мамой, но, в отличие от них, понимала, что такая перспектива — вопрос далекого будущего. Надо же было маме взвинтить ей нервы, когда на улице дожидалось испытание выдержки — Трой! Сердце торопливо застучало, стоило ей взглянуть в окно на его машину.
Ну почему она не может воспринимать Троя просто как соседа и босса, который платит ей зарплату? Да потому, что успела почувствовать вкус его поцелуя, потому, что он притягивал, интриговал, восхищал ее. Этого набора хватит, чтобы попасть в беду!
— Пока, мам. — Стейси положила трубку, распрямила плечи и сказала вслух: — Я встречусь с Троем, мы будем говорить только об орехах — и никаких посторонних мыслей!
С этими словами она, напоследок оглядев себя в зеркале, вышла на крыльцо. Не хватало только страдать из-за того, что мужчина не хочет отношений, которые ей тоже не нужны. Конец истории!
Трой уже шел по дорожке к ее дому, но, увидев Стейси, встал как вкопанный.
— Привет. Надеюсь, не задержала вас. Мама позвонила. — И мысленно продолжила: «Она надеялась, что у нас свидание».
Как будто у Стейси были какие-то шансы. А если и были, зачем ей роман на неравных условиях? Ведь у них с Троем совершенно разные планы на жизнь. То есть, наоборот, совершенно одинаковые — они оба стремились к одиночеству. Наверное, поэтому так тщательно вымеряли каждый шаг навстречу друг другу…
— Тебе идет этот цвет, Стейси. — Низкий голос Троя дрогнул от волнения. — Хорошо выглядишь. — Он перевел взгляд на ее руки с бледно-розовым маникюром, сверкающим алмазными блестками. — Мне нравятся, что ты все время меняешь цвет ногтей. Очень красиво.
— Приятно слышать. — Стейси никогда не умела оригинально отвечать на комплименты. Ей не хватало практики.
Сестры, бывало, посмеивались, когда она говорила банальные фразы. Однако похвала Троя доставила ей удовольствие, тем более его глаза подтверждали, что это не простая вежливость, а знак искреннего восхищения. Стейси выбрала для вечера юбку и жакет персикового цвета и туфли более темного оттенка. Волосы убрала наверх в свободный узел и закрепила жемчужной заколкой, подаренной родителями на последний день рожденья. Светлая блузка из мягкого шелка также отливала жемчугом.
— Спасибо, ты тоже выглядишь прекрасно, Трой. — Стейси старалась дышать ровно.
Это еще слабо сказано. Серые брюки ладно сидели на узких бедрах, черный свитер подчеркивал рельефную мускулатуру груди. А главным его украшением была выработанная годами службы военная выправка, ставшая второй натурой. Стейси безуспешно запрещала себе замечать такие вещи.
