завтра тоже ничего не расскажешь. А вот, допустим, послезавтра — можешь и рассказать… А потому ты — потенциальная опасность для тех, кто выше тебя в вашей цепочке. Этакий источник сведений… И самое простое — заткнуть этот источник. Нет источника, нет и опасности.
— И молчал ли ты перед нами как герой-подпольщик, или все нам поведал сразу и во всех подробностях — никого это интересовать не будет. В любом случае им без фонтана проще и надежнее, чем с фонтаном. Ты уясняешь такое иносказание? — дополнил слова Мешалкина Лосенок.
— Но только не говори нам, что наркотик, который мы у тебя изъяли при твоем задержании, тебе подбросили или ты нашел его на улице! — усмехнулся Железняк. — Все равно не поверим, да еще и обидимся. Вот тебе еще одно иносказание.
— Хорошо, — угрюмо произнес Акробат. — Спрашивайте…
* * *
Перво-наперво оперативники пожелали узнать, кто поставляет в город «тоннель» и в каком количестве.
— Откуда мне знать, — пожал плечами Акробат. — Вы правильно сказали: я — бригадир. Я имел дело с одним поставщиком. Мое дело распространить наркотик и отдать поставщику деньги. Конечно, за вычетом моего гонорара, — усмехнулся Акробат.
— А что, большой гонорар? — уточнил Железняк.
— Десять процентов от суммы, — ответил Акробат.
— Это много или мало? — спросил Герасимов.
— Мне хватало, — Акробат еще раз мрачно усмехнулся.
— Сколько людей работает на тебя? — спросил Мешалкин.
— Шестеро, — сказал Акробат, помолчал и добавил: — Хотел завербовать еще двоих, да вот…
— Мопсика и Ливерпуля? — спросил Лосенок.
— Их…
— Тебе придется всех их назвать, — напомнил Мешалкин.
На это Акробат ничего не ответил, лишь скривился.
— Впрочем, об этом потом, — сказал Мешалкин. — Сейчас нас интересует тот человек, кто поставлял тебе наркотики.
— Только не убеждай нас, что ты о нем ничего не знаешь и что является он к тебе на встречу в маске летучей мыши! — усмехнулся Лосенок, и усмешка получилась жесткой и холодной, равно как и тон, которым были сказаны эти слова. — Не поверим…
Непонятно было — то ли усмешка, то ли слова, то ли все вместе подействовало на Акробата, но он с испугом взглянул на Лосенка, мотнул головой и ответил:
— Ну да, летучая мышь… Конечно… Елизаветой ее зовут. А фамилия — Матвеева. Она и поставляла.
— Вот так дела! — присвистнул Лосенок. — Поставщик женского пола! Дама!
— Дама, — подтвердил Акробат. — Моя любовница…
— Ну да? — не поверил Лосенок, но в голосе его слышалась ирония. — И поставщик, и по совместительству любовница. Или, может, наоборот?.. Ну, да неважно. Но только вот чего я не пойму. Что ж ты ее так легко обозначил, коль она, так сказать, предмет твоей душевной и разной прочей страсти? Уж не врешь ли ты?
— А почему я должен был молчать? — со злостью ответил Акробат. — Пускай и она ответит, коль уж втравила меня в это дело! — Он помолчал и добавил нецензурное ругательство.
— Ого! — воскликнул Лосенок. — Да тут, похоже, целый сценарий для стотридцатисерийного сериала! Роковая женщина и доверчивый юноша! Домохозяйки обрыдаются! А только для чего же ты встрял в такое нехорошее дело? Ведь не силком же она тебя вынудила!
— Думаю, что и ты встрял бы, как и я, коль увидел бы ее, — усмехнулся Акробат. — Не устоял бы…
— Что, такая раскрасавица? — усмехнулся в ответ и Лосенок.
— Познакомишься — оценишь, — сказал Акробат. — К тому же нужны были деньги… Которые я в основном тратил на нее.
— А что, ей было мало своих денег? — спросил Железняк. — Небось, от этого дела она имела больше твоего.
— Таким всегда мало! — буркнул Акробат.
— Ну, ты вообще! — покрутил головой Лосенок. — Идти на такое паскудное дело из-за бабы, которая, насколько я понял, стерва стервой! Ведь она же стерва, я правильно уразумел? Ну, вот… Я даже начинаю тебе сочувствовать как мужчина мужчине…
— Ладно! — прервал всю эту лирику Мешалкин. — Адрес ее ты знаешь?
— Если я там ночую… вернее, ночевал, то, конечно, знаю, — ответил Акробат. — Записывайте или запоминайте…
— Еще один вопрос, — сказал Мешалкин после того, как адрес был назван и записан. — Почему наркотик называется «тоннель»?
— Ну, надо же его как-то назвать, — пожал плечами Акробат. — А вообще-то… Помню, Лизка как-то обмолвилась… Говорила, будто поставляют его к нам через какой-то тоннель. Оттого и название…
— Тоннель? — переспросил Мешалкин. — Какой тоннель?
— Не знаю… — дернул плечом Акробат. — Тоннель… Лизка говорила, что он где-то в горах. На границе. Таинственный тоннель, о котором никто не знает. Кроме тех, кто через него поставляет наркотики. А где именно он находится, того она не говорила. Да я и не спрашивал…
— Тоннель, — задумчиво произнес Мешалкин. — Таинственный тоннель в горах. На границе… Ну-ну…
Глава 7
После того как Акробата отвели в камеру, оперативники устроили небольшое совещание. Нужно было решать, что делать дальше.
— А что делать? — пожал плечами Железняк. — Понятно что — брать за жабры эту самую Елизавету.
— У таких женщин, помимо жабр, имеется еще и хвост! — хмыкнул Лосенок.
— А ты откуда знаешь? — хохотнул в ответ Железняк.
— Знаю! — вздохнул Лосенок. — Натерпелся я от таких-то за всю свою скорбную жизнь! Ученый… Вот увидишь, когда мы ее возьмем, с хвостом она будет. Гарантирую.
— Самолично, что ли, проверять будешь? — заинтересованно спросил Железняк.
— А и проверю для всеобщей пользы дела! — махнул рукой Лосенок. — Потому что одно дело, когда женщина с хвостом! И совсем другое дело, когда она без хвоста! Так что если наш начальник даст такую команду… — Лосенок озорными глазами посмотрел на Мешалкина.
— Обязательно дам, — сказал майор. — Как не дать… Вот только возьмем ее и… Тут весь вопрос в том, как бы ее половчее взять. Когда именно, каким способом…
— Да что тут думать! — махнул рукой Лосенок. — Чем быстрее, тем лучше! Вот что я предлагаю. А давай-ка мы с Серегой организуем наблюдение за ее квартиркой. Примем какой-нибудь образ, обоснуемся… А вы, шеф и Архип будете на подхвате. Словом, сделаем так, как и в первый раз, когда брали Акробата. Повезло с Акробатом — повезет и с его Марусей…
— С Елизаветой, — поправил Герасимов.
— Да какая разница? — поморщился Лосенок. — Маруся, Елизавета… Главное — сделать дело. Ну, так как же? А то ведь уже вечереет!
На этот раз Лосенок и Герасимов решили принять образ слесарей-газовщиков. Необходимое снаряжение и соответствующие костюмы у них имелись. Сыщик — он должен уметь маскироваться и принимать какой угодно образ, а как его примешь, если у тебя нет подходящего антуража? Переоделись в оранжевые костюмы, Лосенок прихватил с собой сумку с инструментами, сели на «жигуленок» и поехали. А Мешалкин и Железняк на другой машине
