Читаем без скачивания Ожерелье из крокодильих зубов - Александр Зеленский

Оказавшись в воде, Американцу и его бойцам буквально сразу пришлось столкнуться с хищными рептилиями. Несколько потревоженных ящеров размером от полутора до двух метров, находившихся на «лежке» на берегу, ринулись в воду по направлению к проплывающей группе боевых пловцов. Бойцы знали, что крокодил очень коварен, но охотится обычно с «воды на берег». В течение многих часов рептилия способна лежать неподвижно, выставив на поверхность воды только глаза и ноздри. Как только антилопа или буйвол, пришедшие на водопой, приблизятся на расстояние броска, крокодил стремительно хватает жертву и утаскивает ее на дно, удерживая там до тех пор, пока та не захлебнется. В воде у хищника соперников нет: мощные челюсти с пилообразными зубами и огромный хвост, один удар которого способен оглушить буйвола, ставят его вне всякой конкуренции. Коммандос же рассчитывали на то, что появление в реке «большой стаи» испугает рептилий, или по крайней мере введет их в замешательство. Если же крокодилы все же надумают приблизиться к пловцам, то их отпугнет тот самый репеллент, которым так хвастался его создатель с псевдонимом Тринадцатый. На крайний случай у бойцов оставались пистолеты и ножи, им было хорошо известно, в какие места нужно наносить удар, чтобы убить крокодила. Ну а если сделать это не удастся, то... У любого человека остается надежда на Господа Бога и на то, что прочная ткань гидрокостюма выдержит хватку крокодильих челюстей.

После очередного авиационного налета противника хирургам из кубинского госпиталя работы прибавилось. У моста была разбомблена автотранспортная колонна, доставлявшая боеприпасы передовым правительственным частям, наступавшим на позиции отрядов УНИТА. Раненых на этот раз привезли довольно много, и капитан медицинской службы Стрешнев не отходил от операционного стола до того момента, пока его срочно не вызвали к начальнику госпиталя.

Оставив дела в операционной на пришедшего подменить его кубинского коллегу, Аркадий поспешил в «штабную палатку», где располагался и «отдельный кабинет» полковника Хуана Ринареса. Но его на месте не оказалось.

– Он отправился в приемный покой, – пояснила главная медицинская сестра Розалия Аттис. – Просил вас срочно туда прибыть. Но, пожалуйста, смените халат, ваш весь в крови...

– Зачем это я ему так срочно понадобился? – поинтересовался Стрешнев, переодеваясь с помощью все той же Розалии в девственно-белый халат – необходимый атрибут своей профессии.

Главная медсестра недоуменно развела руками:

– Знаю только, что с ним находится подполковник Санчес.

Полковника Ринареса вместе с подполковником Санчесом-Романтеевым Аркадий увидел сразу, как только откинул полог палатки приемного покоя. Оба понуро стояли у носилок с погибшим ангольцем, чье лицо было прикрыто полотенцем.

– Жаль компаньеро Антуана, – глухо произнес начальник госпиталя, смахнув набежавшие на глаза слезы. – Я знал его с давних пор, когда все мы еще находились на нашем родном острове. Он приезжал к нам в составе правительственной делегации. А еще он учился в Гаване. Добрый был товарищ!..

– Компаньеро Антуан в последнее время возглавлял один из важных отделов штаба ФАПЛА, на нем практически лежала основная тяжесть по организации борьбы со шпионами и диверсантами, – вполголоса пояснил Аркадию Романтеев. – А еще он лично готовил группу боевых пловцов, набранных из простых ангольских рыбаков, был их инструктором. Вместе с ними он, того-самого, направлялся к нам в этой злополучной автоколонне, которую разбомбили недалеко от моста. Осколок попал ему прямо в голову... Короче, капитан! Придется тебе взять на себе это дело.

– Какое? – не понял Аркадий.

– Ты же в прошлом спортсмен-подводник? Вот ты, того-самого, и займешься с рыбаками... э-э, – поправился Федор Аверьянович, – с пловцами из отряда Компаньероса и доведешь их до ума... В смысле, станешь их новым инструктором.

– Но... – попытался отказаться Стрешнев.

– Никаких «но», это приказ! – было ему ответом.

«Какой из меня инструктор? – подумалось Стрешневу. – Я и сам-то уже давно дисквалифицировался как спортсмен-подводник. Если только... попробовать применить опыт Александра Максимовича. А что? Тренер Турин был выдающимся воспитателем. На своем веку он подготовил более десяти чемпионов мира и Европы. И кое-какие из его воспитательных приемов я хорошо помню...»

В учебном подразделении Компаньероса оказалось всего пятнадцать человек, горделиво называвших себя «ловцами морских дьяволов». Все пятнадцать были совсем еще зелеными юнцами, которым, как подумалось Стрешневу при первой с ними встрече, надо сидеть за школьными партами, а не заниматься столь опасными играми для взрослых, как борьба с подводными диверсантами.

– Они уже многое умеют, – заметил подполковник Романтеев, знакомивший Стрешнева с его новыми подопечными. – Особенно здорово кувыркается в воде вон тот паренек с хитрованским взглядом. Это Тонго. Он может поймать самую увертливую рыбу голыми руками.

Аркадий смерил недоверчивым взглядом малорослого чернокожего паренька, больше похожего на девчонку из-за узких плечей и широкого таза. Да и остальные «ловцы» выглядели не слишком внушительно.

– Доходяги, – только и сказал Стрешнев, безнадежно махнув рукой.

– Да, они не обладают атлетическими фигурами, зато в воде очень даже шустрые, – заметил Федор Аверьянович.

– Как мне с вами разговаривать? Кто-нибудь из вас владеет английским? – спросил он, оглядывая «ловцов» одного за другим.

– Я немного говорю по-английски, – ответил Тонго, подняв руку вверх, как прилежный школьник.

– Придется нам с вами начинать все заново, – вздохнув, произнес Стрешнев. – Вам необходимо набрать мускульной силы, чтобы стать настоящей грозой для врагов, будь они хоть сухопутными, хоть водяными. А еще научиться рукопашному бою. Ну, и многому другому. Сможешь это перевести, Тонго?

– Смогу. Только я не знаю, как переводятся слова: «мускульная сила», «стать настоящей грозой» и «хоть сухопутными, хоть водяными». Я им просто скажу, что надо много трудиться. Так можно?

– Валяй! – разрешил Аркадий.

Плавали «ловцы» действительно неплохо. Они могли довольно долго находиться под водой, задерживая дыхание. В этом Аркадий сумел убедиться при проведении первых же тренировок, проходивших в одном из «тихих местечек» – небольшом озерце, окруженном со всех сторон буйной тропической растительностью. Здесь было сумрачно и прохладно из-за зеленых крон деревьев, шатром разросшихся над гладью озера.

– Тут прямо как в крытом плавательном бассейне, – удовлетворенно констатировал Аркадий, спустившись из кабины мощного «Урала», принадлежавшего его группе.

– Что такое «крытый бассейн»? – не понял Тонго, помогавший своим друзьям спрыгнуть на землю из кузова.

– Долго объяснять, – отмахнулся Стрешнев. – Скажи ребятам, сегодня я покажу им, как правильно надевать гидрокостюм и как пользоваться подводным ружьем.

Он сноровисто снял с себя форму и облачился в доспехи боевого пловца. Затем, прихватив с собой ружье для подводной охоты, произнес только одно слово: «Поплаваем!» и спиной вперед плюхнулся с берега в воду. За ним без всякого приказа тут же устремились «ловцы», которые сильно взбаламутили воду.

Аркадий для примера собирался подстрелить первую же попавшуюся на глаза рыбину, которая отличалась бы более-менее достойными размерами, но мелькавшие то там, то здесь обнаженные темнокожие тела ребят, резвившихся в воде, как морские котики, мешали ему сосредоточиться, сбивали с прицела. Стрешнев опасался, выстрелив, попасть в кого-то из них. И все же ему удалось высмотреть на самом дне ленивую толстобрюхую рыбу, чем-то напоминавшую непременного обитателя большинства российских рек, сома, которая и стала его трофеем.

Выбравшись на берег, Стрешнев только раскрыл рот от удивления: его «ловцы» успели уже развести костер, выпотрошить-вычистить десяток рыбин, размерами значительно превышавших его добычу, и теперь собирались зажарить их на углях.

– Это весьма впечатляет, – заметил Аркадий, снимая с кукана свою рыбу и протягивая ее Тонго, который только брезгливо поморщился, отворачиваясь в сторону.

– Это рыба-«вонючка», – сказал он. – У нее слишком много костей. Мы такую не ловим. Лучше попробуйте наш улов.

Но только-только поспело «фирменное блюдо», и Тонго и Стрешневу подали целую рыбину на большом листе банановой пальмы, похожем чем-то на огромный лопух, как рядом с лагерем «ловцов» остановилась машина подполковника Романтеева. Выйдя из кабины «уазика», он, вытирая платком пот с лица, поспешил к Аркадию.

– У вас тут что, пикник? – спросил он. – Не время закусывать. Хватит отдыхать! Пора приниматься за дело. Наши наблюдательные посты выше по реке обнаружили группу вражеских боевых пловцов. Наверняка это те, кого мы ждем. Все по машинам! Да, капитан, а рыбу не выбрасывайте... У меня, к вашему сведению, со вчерашнего дня, того-самого, маковой росинки во рту не было... Отобедаем в машине.