В 1941 г., по мере приближения боевых действий на Тихом океане, сравнительно монотонный образ жизни начал меняться. Расписание тренировочных полетов становилось все более напряженным.
Из еженедельных расписаний исчезли субботы и воскресенья. Вместо них дважды ставили распорядок дня, приходившийся на понедельник и пятницу. «Понедельник, понедельник, вторник, среда, четверг, пятница, пятница» стало классическим рефреном в ВМС, обратившихся к интенсивной подготовке к боям.
Торпедоносцы наземного базирования Тип 96 (G3M) в строю во время глубокого проникновения на территорию Китая. Такие дальние вылеты без прикрытия приводили к большим потерям среди «Рикко» от огня китайских истребителей до тех пор, пока у японцев не появился палубный истребитель Тип О (А6М). (Эдвард М. Йонг)
ТАКТИКА
Истребители
22 февраля 1932 г., во время недолгого «Первого шанхайского инцидента», морская авиация Японии одержала свою первую воздушную победу. Японские самолеты-истребители, принимавшие участие в этом бою, выдерживали классический плотный строй из трех машин в виде очень широко раскрытой буквы V, перенятый из британских летных боевых уставов межвоенного периода.
Однако с началом войны в Китае в 1937 г. японцы обнаружили, что плотное и раскрытое V-образное построение не обеспечивает необходимой в воздушном бою гибкости, и вскоре приняли более свободный строй, при котором два ведомых находились позади ведущего. Это обеспечивало большую свободу маневра и способствовало более быстрой реакции на изменившуюся боевую обстановку. Основной тактической единицей, тем не менее, оставалось звено из трех машин (сотай), хотя главной предпосылкой, положенной в основу обучения воздушному бою, считался поединок двух противников. В этом случае маневр хинери-коми, или «внутренний переворот», впервые продемонстрированный налетной базе Йокосука в 1934 г., становился грозным боевым приемом. Маневр, представлявший собой сочетание мертвой петли со штопором, позволял преследуемому уменьшить радиус выполняемой петли и быстро занять позицию для атаки выше и позади противника, выполнявшего стандартную петлю. В период войны в Китае этот прием выполняли часто, оставался он в арсенале японских летчиков и в первые месяцы боев на Тихом океане. «Внутренний переворот», повышавший маневренность машины, принес японским истребителям славу отчаянных воздушных бойцов. Хотя другие приемы японского воздушного боя, такие как горка, разворот иммельманом и восьмерки, были в целом общими с пилотами других стран, хинери-коми был уникален именно для истребителей-японцев того времени.
Во время Китайской войны, несмотря на тренировки, направленные на поддержание боевого построения, воздушные бои обычно превращались в дикую мешанину из отдельных машин.
В преддверии войны на Тихом океане, осенью 1941 г., основное внимание стали уделять отработке боевого взаимодействия на уровнях от сотой (звена) до путай (группы) и дайтай (эскадрильи). К началу Тихоокеанской войны летчики Императорской морской авиации значительно повысили свои навыки в боевом взаимодействии, особенно на уровнях сотай и путай.
Однако выдерживать строй звеньев и групп могли только достаточно опытные пилоты, постоянно тренировавшиеся в отработке совместных действий. По мере развития войны на Тихом океане и замены выбывавших из строя ветеранов молодежью, способность к координации в бою постоянно снижалась. Японцы, не имевшие наводимых с помощью радаров истребителей-перехватчиков и не обладавшие хорошей коротковолновой радиоаппаратурой, так и не смогли достичь уровня взаимодействия, сравнимого с тем, которым обладали их противники.
Чутай (группа) истребителей Тип 96 «Кансен» в полете, период войны в Китае. Сотай (звено) в отдалении, похоже, недосчиталось одного самолета. (Эдвард М. Йонг)
Достигнув в первый год войны на Тихом океане больших успехов в применении стандартного построения звена из трех самолетов (сотай), японцы не стали экспериментировать с внедрением боевых пар и четверок, которые уже применялись в ВВС ведущих государств. На авиабазе Йокосука пары и четверки опробовали во второй половине 1942 г., а в первой половине следующего года эти боевые построения ограниченно применяли и во фронтовых условиях. Парные группы, получившие в японских ВВС наименование ротте (использовалась терминология люфтваффе), до второй половины 1943 г. в истребительной авиации Императорского флота широко не применялись. В июне 1943 г. их начали регулярно применять в 204 Кокутай в районе Соломоновых островов. За ними последовали другие авиационные соединения, и к концу 1943 г. пары как основной вариант боевого построения истребителей морской авиации сменили прежние тройки-сотай.
К 1944 году, под влиянием новой тактики истребительной авиации, изменилась и соответствующая терминология ВВС Императорского флота. Звено из двух самолетов стало называться хентай. Два хентай составляли группу из четырех машин — кутай. Термин сотай стал применяться для обозначения эскадрильи из восьми машин (двух кутай), тогда как в чутай стало насчитываться шестнадцать истребителей (два сотай).
Самолеты Tun 96 «Рикко» в классическом строю сотай (звеньев из трех машин). (Эдвард М. Йонг)
Бомбардировщики
В межвоенный период в авиации большинства государств оборонительные возможности многомоторных бомбардировщиков явно переоценивались — считалось, что бомбардировщик «всегда сможет пробиться» через заслон истребителей противника. В этом отношении японцы не были исключением. В начале войны в Китае наставления Императорского военно-морского флота требовали от нового «Рикко» Тип 96 (G3M1 «Нейл») прорываться в воздушное пространство неприятеля небольшими группами (сотай из трех машин) и наносить удар на средних высотах (от 3000 до 5000 м). Тяжелые потери, понесенные в результате действий китайских истребителей в начальной фазе войны в августе 1937 г., оказались для японцев полной неожиданностью. Пришлось перейти к действиям в более крупных группах и на небольших высотах. Основными боевыми построениями стали путай из девяти машин, располагавшихся по принципу «V из V» (три тройки-сотям, каждая из которых построена в виде буквы V, расположены как V большего размера). Более крупный строй бомбардировщиков, дайтай из 27 самолетов, также сохранял принцип «V из V». В предвидении серьезного противодействия неприятеля бомбардировщики должны были действовать на высоте 7000 метров и более. Иногда бомбардировщики выстраивались эшелонами по высоте (до пяти уровней), чтобы осложнить прицеливание вражеских зениток.
Необходимость противодействия вражеским перехватчикам привела ко все большему растягиванию V-образного строя в линию, образуемую ведомыми каждого из сотай. При этом все больше растягивались в линию и крупные построения: угол, образованный их ведущим и ведомыми, становился более тупым. Это увеличивало концентрацию оборонительного огня, который можно было обрушить на атакующие истребители. При этом, однако, наиболее уязвимыми оказывались самолеты на самых удаленных от центра позициях; как показывал опыт, именно они несли самые тяжелые потери. Именно на периферию строя ставили самые молодые экипажи — на сленге японских летчиков, крайние места в строю занимали камо — «подсадные утки».
Во второй половине 1942 г. и начале 1943 г. потери бомбардировочной авиации возрастали из-за все более эффективных действий противника. В конечном итоге это привело к отказу от построения крупных «V из V» при выполнении дневных рейдов. Этот строй продолжали применять только при ночных вылетах, совершавшихся сравнительно небольшими группами на средних и малых высотах.
Низкая точность бомбометания «классических» бомбардировщиков, по сравнению с пикирующими и торпедоносцами, была постоянной проблемой, досаждавшей японской морской авиации в предвоенные годы и в период Китайской войны. Решение было найдено в 1940–1941 гг., когда стали назначать главных бомбардиров. Все самолеты строя бомбардировщиков сбрасывали бомбовый груз одновременно, по сигналу ведущей машины. Первоначально главным бомбардиром группы назначался старший по званию или должности. Теперь же наиболее способные штурманы-бомбардиры направлялись на специальные курсы по прицельному бомбометанию, а по возвращении в часть они назначались лидерами.
В дальние вылеты обычно брали с собой еду. На фото: младший штурман в кабине Тип 96 «Рикко» наслаждается рисом, упакованным в алюминиевую коробку для завтраков. Кабины Тип 96 были гораздо теснее, чем в торпедоносцах следующей модели, Тип 1 «Рикко» (G4M). (Эдвард М. Йонг)
