не причиняли ему никаких неудобств, он вел себя спокойно и уравновешенно как во время, так и после совершения жесточайших преступлений. Он их совершал так, как будто бы занимался каким-нибудь ремеслом, и страшен именно по этой причине. Хотя элементы садизма в его действиях есть, он все-таки не только садист, поскольку не любовался содеянным, оставаясь таким же уравновешенным и спокойным, как и но вечерам, когда попивал чаек. Однако у нас и за рубежом некоторые люди выступают за отмену смертной казни. И это тогда, когда на свете есть котовы, когда есть мерзавцы, убившие детей в станице Кущевская Краснодарского края в 2010 г. Очень опасно, что есть и такие с позволения сказать «гуманисты», которые и пожизненное лишение свободы считают чрезмерно суровым.
Познышев утверждает, что Котов был цельной личностью, сдержанной, малоразговорчивой, холодной и несколько суровой, неспособной ни на какие отступления или колебания ради каких-либо сентиментальных побуждений. Его кровавые дела в его глазах действительно были чем-то обыкновенным и не производили на него никакого впечатления. Стоны, мольбы и просьбы жертв лишь злили его и вызывали с его стороны только грубую брань. На него картина убийства не производила смущающего, способного хоть сколько-нибудь поколебать, впечатления. Он убил многих тех, которые не могли ему помешать или сообщить о нем, например прохожих, младенцев 2-3 лет, в одном случае — 9 месяцев. Однажды он убил даже кошку. Но ему, как и его сообщникам, убивать было приятно[15]. Добавлю, что все они были врагами жизни.
По данным С. П. Вайле, с начала 1990‑х годов бандитизм стал представлять собой качественно новый уровень деятельности вооруженных организованных преступных групп. Изменились сами банды и характер их преступной деятельности. В активе банд появились новые, не характерные для традиционного бандитизма преступления: заказные убийства, вымогательства. Целью нападений стало завладение крупными денежными суммами. В это время отмечается резкое возрастание количества фактов бандитизма в России. Так, к 1999 г. по сравнению с 1992 г. оно возросло более чем в 50 раз.
Массовую эскалацию бандитизма в конце XX в. сменила явная тенденция к снижению числа выявленных фактов рассматриваемого преступления. В 2007 г. по сравнению с 2000 г. их число уменьшилось на 32% (с 513 в 2000 г. до 348 в 2007 г.), раскрытых — на 31,5% (с 466 в 2000 г. до 319 в 2007 г.), число выявленных по ним лиц снизилось на 37% (с 884 в 2000 г. до 593 в 2007 г.).
На протяжении последних лет происходит снижение числа регистрируемых фактов бандитизма. Так. в период с 2005 по 2009 г. число зарегистрированных фактов бандитизма снизилось на 51,2%, а за весь рассматриваемый период с 1997 по 2009 г. снижение регистрируемых фактов бандитизма составило 38,2%. Учитывая сравнительно невысокие показатели абсолютного значения преступлений, зарегистрированных по ст. 209 УК РФ (максимальное количество — 523 в 1999 г.), колебания фактов бандитизма в некоторые периоды имеют значительный характер (до 37,2% в 1998 г.).
В подавляющем большинстве изученных К. А. Красновой случаев банда создавалась для совершения корыстно-насильственных преступлений, в основном разбойных нападений на граждан и организации (91,1%), и преследовала цель хищения чужою имущества. Около 50% случаев бандитизма сопряжено с убийствами, в том числе двух и более лиц.
Нападения на граждан и организации совершаются участниками банды после предварительной разведки, направленной на выбор объекта нападения и приискания орудий совершения преступления. Проведенное исследование позволило установить сопряженность бандитизма с незаконным оборотом оружия (78,9%), хищением либо вымогательством огнестрельного оружия (21%), незаконным изготовлением оружия (13%), угонами автотранспорта (10,5%). Как правило, участниками банды использовалось огнестрельное оружие (92%), в том числе обрезы (39,5%). Исследование материалов уголовных дел позволило Красновой установить следующие пути приобретения оружия участниками банды: хищение оружия из войсковых частей, магазинов оружия, домовладений частных лиц (21%); незаконное изготовление обрезов, переделывание газовых пистолетов для стрельбы боевыми патронами (13%). Иными словами, в орудиях, избираемых для совершения нападений, участники банды проявляют разборчивость. Это свидетельствует о том, что подавляющая масса нападений готовится участниками банды заранее.
Исследования К. А. Красновой показали, что чаще всего встречаются банды, состоящие из 4-6 (60%), реже — из 2-3 (22,5%) и свыше 7 (17,5%) человек. В современных условиях для банд характерен смешанный состав участников, включающий как судимых, так и ранее не судимых лиц (47,3%); реже выявляются банды, в которые входят ранее несудимые лица (36,9); и банды, состоящие только из ранее судимых лиц (15,8%).
В ходе исследования были выявлены случаи совершения более тяжкого преступления (бандитизма) лицами, осужденными ранее за разбои, кражи и освобожденными условно-досрочно. Как правило, совершение новых хищений происходит уже в группе и с применением оружия в течение года после освобождения. Число нападений, совершенных одной бандой, в среднем составляет 2-4 (39,5%), реже 5-7 (18,4%) и одно (13%). Однако наибольшую опасность представляют банды, совершающие 8 и более нападений в течение непродолжительного периода времени (26,3%), что свидетельствует о совместной преступной деятельности и отношении к полученным в ходе нападений денежным средствам и имуществу как постоянному источнику дохода, промыслу.
К. А. Красновой была выявлена зависимость числа нападений от количественного состава банды: чем больше в ее составе участников, тем чаще они совершают нападения, при этом состав нападавших лиц зачастую меняется. Как правило, функционирование банды прекращается лишь с вмешательством правоохранительных органов, хотя есть случаи, когда оно приостанавливается в связи с осуждением одного иди нескольких участников за менее тяжкие преступления.
Механизм преступного поведения характеризуется действиями, направленными на скрытие внешности, демонстрацией оружия, его заряженности в подтверждение реальности угроз, высказываемых в адрес потерпевших, а в некоторых случаях использованием документов, формы и атрибутов сотрудников органов внутренних дел[16].
Основное отличие банды от преступного сообщества состоит в том, что она не обладает коррумпированными связями в политических структурах и правоохранительных органах. Банда может действовать, где угодно: в городе, пригороде, лесу, и, как правило, отличается высоким уровнем жестокости и большим, в сравнении с преступными организациями, числом насильственных нападений. В современном глобализированном и, главное, урбанизированном мире наибольшую опасность представляют городские банды, но лишь отдельные из них приобретают необходимые контакты в тех учреждениях, которые могли бы им помочь. В этом случае они вплотную приближаются к преступным сообществам и при соблюдении необходимых условий сами становятся ими. Банды склонны совершать убийства, в том числе множественные, в рамках конфликтов с другими бандами и при нападениях на граждан.
Банда может быть должным образом организована и структурирована, может тщательно готовиться к совершению преступлений, иметь надежные каналы сбыта похищенного, в случае необходимости нужные контакты с другими преступными образованиями, но это не делает ее частью организованной преступности. Иными словами, совокупность
