Сейчас она дипломированный специалист, магистр созидания, уверена в себе… но в душе ее было живо воспоминание о той девочке, которой так не хватало уважения и опыта. Несколько месяцев ушло только на то, чтобы доказать всем схоларам, что она имеет право их учить! Ну а потом, на практических занятиях они сами убедились – с мастером Беатрикс шутки плохи. Всех любителей безделья она на дух не переносила и выгоняла без права пересдачи.
С тех пор метод преподавания у Беаты был один – гонять схоларов до седьмого пота, добиваясь безукоризненного знания магических заклинаний и такого же безупречного исполнения их на деле.
Сейчас же ей очень хотелось есть, пить и спать. В желудке ворчало так, как будто она не ела сутки. Девушка отправилась прямиком в таверну Академии. Перейдя из главного корпуса Коллегии созидания, она прошла несколько кривых улочек и легко нашла хозяйственный корпус.
Несмотря на все ее усилия, главная повариха Берта так и не разглядела в ней серьезного и мудрого магистра, а продолжала относиться как к маленькой первокурснице, только что приехавшей из Нижних Кобылок.
– Беаточка, – расплылась в улыбке Берта. – Уже нагнала жуткой жути на молоденьких перваков? Иди, покушай вон рядом с тем схоларчиком. Симпатичный, сил нет.
И она подала целый поднос еды: тушеная капуста с мясной подливой и ее любимый яблочный пирог с морсом!
Разумеется, присаживаться рядом со схоларом она не собиралась, но он сам увидел ее первым и встал. И конечно, это был Дан Глас. Ей сегодня везет как никогда. Святые Хранители, дай ей терпения. Она плавно повернула налево, но увидела, что облюбованный ею столик ловко заняли коллеги с темного факультета, подмигнув ей при этом. Танцевать с подносом не входило в ее планы, поэтому она села рядом с Даном и стала сосредоточенно разворачивать полотняную салфетку.
– Добрый день, мастер Беатрикс, – лучезарно улыбнулся Дан.
– Виделись уже, – холодно ответила девушка и не удержалась: – Вы вроде бы должны были быть на занятиях. Ваше персональное расписание заполнено до отказа. Прогул это…
– Знаю, знаю, первое замечание. Дело в том, что я, несмотря на все ваши усилия, сумел еще в том году добрать часть нужных мне курсов, к сожалению, без вашего непосредственного участия, мастер.
– По-моему, в прошлом году определенные усилия предпринимали вы, а не я, – как можно тактичнее возразила Беата.
Этот паршивец улыбнулся особо интимной улыбкой, наклонился к ней и проговорил, понизив голос:
– Не слишком ли строгим было наказание за то, что я пригласил вас разделить со мной постель?
– Вы были исключены совершенно не за это! – тут же возмутилась Беата, но увидев довольную улыбку схолара, поняла, что опять повелась на провокацию, и уже спокойнее добавила: – Мне не хотелось бы обсуждать этот вопрос. Вы были наказаны за несоблюдение правил общежития. Как я уже говорила на первой лекции – безопасность прежде всего. А вы умудрились привести обычных девушек без капли магических способностей к себе в комнату практически в первый месяц!
– Согласитесь, мастер, если бы не ваша реакция, о моем несоблюдении правил никто бы не узнал.
– Дело не во мне, а в вас! И если вы опять собираетесь вести себя неподобающим образом, вам опять придется доучиваться через год! Всего хорошего.
И Беата, подхватив поднос, гордо удалилась в противоположный угол столовой. Но кусок уже в горло не лез. Перед глазами стояла сцена, которую она лицезрела год назад. Сама виновата! Какие Хранители понесли ее в мужское крыло общежития, да еще и в десять часов вечера. Слишком серьезно отнеслась к своим новым обязанностям куратора первого курса и получила. Услышала девичье хихиканье, толкнулась в дверь и увидела то, что не предназначалось для чужих глаз. Две девицы – одна в белье, другая совершенно голая барахтались в постели с каким-то парнем. Пока Беата остолбенев, рассматривала анатомические подробности девушек, мужчина, разглядев ее, прервался (целуя перед этим грудь одной из них), улыбнулся и сказал:
– Извини, крошка, уже занято.
И пока Беата судорожно придумывала достойный ответ, он осмотрел ее с ног до головы и добавил:
– Хотя… если хочешь – присоединяйся. Рыженьких у меня еще не было.
Эта злосчастная сцена стала достоянием общественности на следующий же день. Хотя Беата доложила об инциденте только декану светлых. Но, похоже, парень сам разболтал о ночном казусе, сочтя все это забавным случаем. Узнав, что зашедшая на огонек девушка была магистром созидания, а по правилам общежития посторонних девиц без магического дара нельзя было приглашать категорически, он растерялся. Поступив в Академию, он, как и многие схолары до него, не удосужился внимательно прочитать правила, думая, что ему все позволено. Получив первое замечание, он удивительно быстро заработал еще два и исчез из поля зрения Беаты. Как выяснилось – ненадолго.
На следующий день все было еще хуже, чем в первый. Беата видела, что почти все схолары пытались выучить те прописные истины, о которых она рассказывала вчера. Но косность языка, нетренированная память и отсутствие системы в запоминании материала сослужили большинству из них плохую службу. Вздохнув, она сделал пометку в уме дополнить индивидуальную нагрузку каждого курсом развития памяти и мышления.
Порадовали только ее любимые бывшие школяры, которые четко и без запинки рассказали все то, чему она их учила еще в Школе магии.
После лекции они окружили ее и стали засыпать вопросами. Беата рассмеялась и воскликнула:
– Не все сразу, мои хорошие! Как я рада видеть вас всех, вы даже не представляете! Вам уже восемнадцать и я надеюсь, что вы выдержите все нагрузки и закончите Академию лицензированными магами. Школяры переглянулись, и за всех ответила девушка-водница:
– Мы тоже очень рады учиться у вас, мастер Беатрикс. Здорово, что именно вы будете у нас куратором.
И дальше Беата свободно общалась, смеялась и отвечала на многочисленные вопросы, которые возникли у бывших школяров.
Какие они еще юные, с тревогой думала она. Не рано ли Орден Магистров решил, что им пора учиться в Академии? Им всем по восемнадцать-девятнадцать лет и после окончания будет только двадцать один – двадцать два. В этом возрасте даже на южную границу не берут, предпочитая более взрослых и опытных магов. Как и где они будут обучаться и практиковаться в дальнейшей магии? И как к ним отнесутся остальные, взрослые схолары, которые уже хлебнули жизни и пришли в Академию за конкретными знаниями, чтобы делать карьеру магов, а не перебиваться случайными заработками?
С такими сомнениями в душе она медленно шла через главную площадь Академии, где всегда было полно народу. Площадь была со всех сторон окружена зданиями разных Коллегий и немудрено, что во время перерывов большинство схоларов проводили время здесь. Милый фонтанчик, изображающий магический источник, бьющий из разломанного камня, несомненно, очень оживлял атмосферу. А многочисленные каменные скамьи позволяли отдохнуть не только душе, но и уставшему телу.
