– Иду я значит, никого не трогаю, в город на свидание с молоденьким водником, – начала Инесс, сделав крошечный глоток обжигающего варева. – И вдруг останавливает меня ваш декан и так хитренько упрашивает открыть и «просто посмотреть» Черную башню. Якобы ты посоветовала обратиться ко мне.
– Вранье, – возмутилась Беата. Кофе пить она не стала – не хватало еще бессонницы.
– Не важно, – отмахнулась Инесс. – Все равно я повелась, как маленькая девочка, да и самой любопытно стало – что в этой закрытой башне происходит.
– Вот! – Беата свернулась клубочком на кровати. – Любопытство тебя погубит!
– В общем, ничего интересного. Наверное, темные колдовали, следы боевой и огневой магии я почувствовала. Ну а потом наш героический завхоз с грацией жаброхвоста вляпался в Черную сетку.
– Остаточные заклинания? – Беата поежилась, представляя состояние Ширука.
– Они самые. Громыхнуло, будь здоров! Его, конечно, подпалило знатно, но, хвала хранителям, ваша водница его вовремя водичкой окропила. Ну и всем остальным досталось. В том числе и мне. Называется, здравствуй ночь воздержания!
Инесс так искренне и неподдельно расстроилась из-за пропущенного свидания, что Беате стало смешно.
– Неужели это так важно – каждую ночь проводить не одной?
– Ну, во-первых, далеко не каждую.
– Ага, рассказывай. Я, между прочим, твоя соседка и все слышу! – многозначительно намекнула девушка.
– Неважно, – отмахнулась подруга. – Беата, у вас, светлых, все по-другому. А нам, темным, ежедневно требуется обмен энергией для поддержания равновесия и гармонии! – произнося последнюю фразу, Инесс вдруг поморщилась и схватилась за спину. – А, крэгова кровь!
– Что, болит?
– Да, чтобы его трижды крэги взяли! Совсем забыла, что на спину нельзя ложиться после воздействия огня.
Инесс, при всей своей утонченной внешности – роскошной гриве черных волос, больших серых глазах и стройной фигурке, была настоящим ветераном борьбы с нежитью. Во время одного из прорывов враждебной реальности ей довелось столкнуться с огнедышащей салапеей – тварью размером с быка, изрыгающей огонь при помощи длинного шипастого хвоста. Вот этим самым хвостом Инесс и попало по спине. С тех пор она три года лечилась у целительниц Академии, попутно натаскивая схоларов в боевой магии.
– Пойдешь к целителям? – сочувственно спросила Беата.
– Пойду. Поможешь?
– Конечно.
В лечебном корпусе целителей спину Инесс внимательно осмотрели, покачали головой, намазали пахучей дрянью и отправили принимать ванну.
Целебные ванны были гордостью не только Коллегии целителей, но и всей Академии. Поправлять здоровье купанием в смеси отваров трав, солей и грязи обожали все придворные Императорского дворца, приезжавшие в город. Деньги от лечебных ванн лились рекой, что было весьма кстати для дырявого бюджета ученых магов.
В оформлении купален, конечно же, участвовали и созидающие маги. Поэтому обстановка была роскошной: выложенный плиткой пол, ванны из разноцветного сплава стекла и керамики, прозрачные скаты крыши над головой, сквозь которые по ночам было видно звездное небо, всюду лежанки для полного расслабления тел.
Позже, когда Инесс лежала обмазанная лечебной грязью, а Беата отдыхала после простого купания, к ним подошла знакомая целительница – светлый магистр Трейси Дикус. Одетая в бежевую мантию, стандартную форму целителей, она как никто другой демонстрировала образец пышущего здоровьем и жизнелюбием мага.
– Ну что, девочки, все хорошо?
Беата, прикрытая только полотенцем и разморенная жаркими ваннами, смогла только простонать.
– Я вас посмотрю мастер Беатрикс, если вы не против? Давненько вы у нас не были.
– Она все работает, ей не до здоровья! – съязвила подруга.
– Здоровье надо беречь. Работы будет много всегда, а мы у себя одни, – назидательно проговорила Трейси, аккуратно сдвинула полотенце на бедра девушки, намазала руки чем-то приятно пахнущим и приступила. Тщательно массируя все тело, она дошла до бедер и замерла, снова и снова проводя руками по низу живота.
– Я ощущаю что-то непонятное, – озабоченно проговорила она. – Что-то тонкое и необычное, помимо чудовищного застоя энергии и крови.
Она закрыла глаза и снова поводила рукой.
– Не могу понять. Извините за вопрос, но это очень важно. Вы давно спали с мужчиной, мастер Беатрикс?
Беата вспыхнула.
– Давно, – ответила за нее Инесс. – Очень давно.
– Это все равно не объясняет… – бормотала целительница себе под нос, нажимая на разные участки тела и прислушиваясь к своим ощущениям. – Если вы не возражаете, дамы, я приглашу нашего главного магистра!
– Стоит ли беспокоить магистра ради моих женских проблем? – неуверенно произнесла Беата.
– Мастер Тирлилия Рлит уходит домой лишь поздно вечером! – торжественно известила их Трейси и удалилась.
Подруги растерянно переглянулись.
Через полчаса над обнаженным телом Беаты стояли уже два магистра-целителя и водили руками по телу. Глава Коллегии исцеления Тирлилия Рлит была мощной женщиной с запасом неисчерпаемого оптимизма и здоровым лекарским цинизмом. Беата уже не стыдилась и только вопросительно поглядывала на Инесс. Та в ответ пожимала плечами.
Магистр лечебной магии выпрямилась:
– Поздравляю вас, душенька! На вас проклятие.
– Этого не может быть! – синхронно возразили подруги, а Беата почему-то подумала о декане.
– Может, дорогие мои, может, – уверила их магистр. – Проклятие давнее, хорошо наведенное, но редкое. Такие на моей практике встречались лишь несколько раз.
Она выпрямилась, навела руки на тело Беаты, закрыла глаза, и между бедрами девушки и ее руками возник белый дымок с черными всполохами искр. Визуализация проклятия выглядела эффектно, и подруги разом утратили скепсис.
– Но его можно снять? – Беата вопросительно посмотрела на Тирлилию. Еще со времен учебы она твердо усвоила – на каждый яд есть противоядие, на каждое заклятие есть условие его отмены.
– Все возможно, если вы будете честно отвечать на мои вопросы, мастер Беата.
Тирлилия устроилась поудобнее на широкой скамье перед девушками.
Беата не сомневалась ни минуты:
– Конечно, магистр. Только можно я что-нибудь накину?
После того как она укуталась в большую простыню, магистр лечебной магии приступила к допросу.
– Проклятие наложено давно – примерно лет пять назад. Вас любил кто-нибудь очень сильно, мастер Беатрикс?
– Да, – глухо ответила она.
– А вы его?
– И я… сильно.
Беата с трудом выдавливала из себя ответы, уже смутно догадываясь о конечной цели разговора. Но ее разум пока был не готов принять те страшные выводы, которые следовали за этой странной беседой.
