Реальность оказалось не такой уж радужной, и прогулки были отложены до лучших времен. Насладиться любимым городом удалось только на третьем курсе, вместе с обожаемым и ненаглядным Дьюриттом. Они бродили дни напролет, безбожно прогуливая лекции, покупали горячие пирожки с ягодами, жадно ели на бегу и сладко целовались в портовых переулках, вдыхая запахи моря и сырого дерева.
Как, как Дьюритт мог все это бросить, предать и наложить на нее проклятие? Неужели утерянный магический дар был для него важнее их любви? Неужели все эти пассы руками имели значение, когда у них на двоих было самое большое и важное в жизни – любовь? Беата не поняла это тогда и не понимала сейчас. От этого желание напиться и забыть обо всем только усиливалось.
Таверна у Ратуши не закрывалась ни днем, ни ночью. Днем там обедали достопочтенные горожане с женами и детьми, вечером – стражи Дозора отдыхали от трудов праведных, ночью бывала публика разного пошиба. Но двум девицам – магистрам магии беспокоиться было не о чем – хозяин заведения высоко ценил возможность господ магов спокойно отдыхать именно в его таверне, поэтому порядок и спокойствие обеспечивал на высшем уровне.
Но не мог предусмотреть одного – девицы, вследствие неожиданных новостей, так напились, что впору было спасать гостей от них, чем наоборот. Та, что повыше и черненькая, громко декламировала частушки с обилием матерной и половой лексики, а что пониже и русоволосая – всю таверну пыталась убедить, что мужчины сволочи и добра от них не жди. Пикантность ситуации была в том, что аудитория ее моральных сентенций была исключительно мужской. И если матерные частушки они слушали с удовольствием и даже подпевали, то быть «последними крэговыми детьми», которым «надо обрезать все хозяйство, чтобы не болталось», – не желали. Наконец, светленькая на середине особо заковыристой угрозы мужскому достоинству, вырубилась, и черненькая с удивлением уставилась на подругу.
– Беата? Крэг тебя возьми, как я тебя до дома донесу, а?
– Вы позволите вам помочь, леди? – неожиданно раздался приятный голос. Инесс подняла глаза, но единственное, на чем смогла сфокусировать свой взгляд, – это высокий рост и мужской пол говорящего.
– Позволяю! – величаво махнула она рукой и вырубилась сама.
Утром Беата проснулась с больной головой и гудящими мышцами. Поспала она на удивление хорошо – в этот раз возлюбленный-предатель ей не снился. Однако как она вернулась домой из развеселого кабацкого угара, девушка не помнила напрочь! Сначала они с Инесс выпили легкого «дамского» игристого вина, потом догнались крепленым красным, потом какие-то добрые мужички предложили им пива. Беата застонала и повалилась на подушку. Вот пиво точно не надо было мешать с вином!
Сверху раздались медленные шаги. – Инесс также маялась похмельем. Подруга спустилась по лестнице, прошла через общий коридор и появилась в проеме дверей убежища Беаты. Выглядела она соответственно вчерашним событиям – с бледно-зеленым лицом и взлохмаченными волосами.
– Зачем мы вчера пили пиво? – был ее первый вопрос. – И где у тебя кофе?
Несмотря на плохое самочувствие, Беата рассмеялась – подруга помнила то же, что и она. – Ты лучше скажи, как мы попали домой?
– А разве не ты нас привела? Я после пятой кружки пива ничего не помню. – Инесс безуспешно шарила по маленькой полочке подруги в поисках мешочка с зернами.
– Память мне отказала уже на второй, – в легком замешательстве ответила Беата. Она отправила девушку на диван и вытащила мешочек с кофе из жестяной банки с надписью «сахар».
Инесс на секунду задумалась, гадая, откуда у нее в голове возник образ высокой мужской фигуры с обманчиво мягким обращением «леди». Она пожала плечами и легкомысленно подвела итоги бесплодным попыткам вспомнить все:
– Значит, дошли сами, на остатках магической энергии.
Беата с сомнением покачала головой, но не стала мучить себя дальнейшими воспоминаниями. Она не видела этот сон! Все остальное – не важно. Может, когда она узнала о проклятье, сон отпустит ее?
Она прокрутила зерна в старой, еще отцовской меленке и засыпала в кастрюльку, тщательно соблюдая пропорции: несколько ложек кофе, одна – соли и щепотка перца.
Теперь было самое сложное. Поместив кастрюльку на специальный лист железа, она щелчком пальцев вызвала маленький огонек. Совсем крохотный, однако достаточный для того, чтобы сварить кофе. Инесс скептически смотрела на действия соседки и в который раз прокомментировала:
– Ужас! До чего докатился маг огня!
– Бывший маг огня, – напомнила Беата, не обращая на язвительность подруги никакого внимания.
Когда варево было готово, она налила одну порцию в крохотную фарфоровую чашечку и подала Инесс. Подруга вздохнула, подула на кофе, закрыла глаза и залпом выпила зелье.
– Какая гадость! – раздался предсказуемый ответ.
Беата удовлетворенно улыбнулась – этот кофе она могла сварить с закрытыми глазами. После продолжительных загулов Инесс требовала варить только его. Она сама пить кофе не стала, согрев себе таким же способом чашку чая.
– Чем займешься?
Соседка, уже порозовевшая и похорошевшая, допивала кофе, вольготно устроившись на диване. Этот диван выбрала сама Инесс. Он так понравился своей буйной расцветкой – золотые цветы на темно-вишневом фоне, что она, не задумываясь, его купила. К сожалению, своими габаритами новая мебель не вписалась в объем лестницы, и это великолепие было вынуждено прозябать у соседки, не привыкшей к роскоши.
– Как обычно – бумаги, отчеты и каталог. – Беата смотрела на себя в большое зеркало над туалетным столиком, тщетно пытаясь прогнать бледность путем пощипывания щек.
– О! Этот твой знаменитый каталог! Зачем ты тратишь на него время и силы, да еще и используешь магию, копируя все из книг на отдельные листочки? – Инесс почувствовала себя значительно лучше и, подложив под голову несколько подушек, присланных Беате заботливыми сестрами, удобно легла на бок.
– Потому что в книгах искать информацию очень долго, а на листочках – очень быстро, – терпеливо, в который раз объяснила девушке подруга. – И это удобно. Именно по этим листочкам мы можем своевременно проверять и возобновлять лицензии всем желающим магам.
– За это тебе присвоили магистра по созидающей магии? – иронично спросила Инесс.
– Мне присвоили магистра за большой Каталог!
– Большой? Это меняет дело, – смеялась над девушкой соседка.
– Ты можешь смеяться, но мое предложение сильно упростило всю работу Хранилища древних актов и юридических документов. Служба дворца заплатила большие деньги Академии за эту систему и ее ежегодное обслуживание.
