— Ты должен мне тысячу долларов! — завозмущалась Светлана, обтирая телефон бумажным полотенцем.
— Э-э-э… что? — не понял тот, и вот уже вторая бровь поднялась на уровень первой.
— Этот телефон стоит тысячу долларов, а твоя кошка залила его вином! Она — сущий дьявол, тырит еду со стола, троллит меня…
— Что делает? — не понял Богдан и обернулся к кошке.
Бажена продолжала лежать на подушке, не обращая ни на кого внимания, растеклась пушистой лужицей, будто спала, сквозь полузакрытые веки поглядывая на Изверга.
— Она лежала на подушке и тебя не трогала! — вдруг возмутился он.
— Я, по-твоему, сама залила свой телефон и просто так кинула подушку?! — заголосила Светлана.
— Я просил тебя ничего в нее не швырять, — процедил Богдан, сузив глаза.
— Ты вообще за кого?! — захлопала ресницами девица.
Бажена приподняла голову, посмотрела на Богдана с самым невозмутимым видом, на какой только была способна, и издала вопросительное «мяу?».
Это «мяу» можно было трактовать однозначно: «Кто тырил рыбу? Я тырила рыбу?! Да ты что? Разве рыжие пушистые ангелочки вроде меня могут что-нибудь стырить? И вино я не разливала…»
— Может, еще скажешь, я сама испортила свой телефон, чтобы стрясти с тебя компенсацию? — возмутилась девица.
Богдан отшатнулся от нее, и ведьма заметила, как его передернуло.
— Я разные способы развода видел, но чтобы такое… Я не буду покупать тебе телефон, Светлана.
— Как это не будешь?! — Девица мгновенно вышла из себя, уперла руки в боки и пошла на Богдана: — Еще как будешь! Это твоя кошка его вином залила!
— На выход! — гаркнул он так громко, что даже Бажене стало не по себе.
— Жлоб! — фыркнула девица.
Схватила сумочку и была такова.
Ведьма вздохнула с облегчением. А Изверг тем временем плюхнулся на диван.
— Что же мне так везет на всяких дур… — пробурчал он, разминая виски.
«Потому что сам дур выбираешь!» — фыркнула про себя Бажена.
Немного подождала для проформы, а потом ринулась к Извергу. Осторожно потерлась о полу его халата, тихонько запрыгнула на диван. Заметила — сопротивления никакого. Богдан слишком расстроен для того, чтобы заметить ее манипуляции. И тогда она осмелела. Взяла да и положила голову ему на колено, осторожно, ласково замурлыкала. И, о чудо, блаженство повторилось. Богдан накрыл ее спину рукой, погладил, почесал за ухом, а потом сгреб в охапку и на несколько коротких секунд прижал к груди.
— Кошара, ну хоть ты у меня телефонов не требуешь…
Когда он ее отпустил, Бажена буквально шаталась от счастья.
***
«Не спать… Главное — не спать…» — убеждала она себя.
Как только наступит рассвет, Бажена преобразится, схватит халат Богдана, оставленный на диване, и убежит.
«Может, подремать хоть несколько часочков?» — просило ее измученное тело.
Посмотрела на часы: два ночи. Повернула в сторону спальни Богдана, заглянула и залюбовалась вкусным врагом в свете желтого ночника.
Хорош, чертяка. Всё при нем: плечи широкие, спина крепкая, мускулистая, ноги длинные, даже мягкое место — и то привлекательное. Спит на животе, и такое ощущение, будто пихнул две маленькие подушки в свои черные трусы. Да, спит почти голый, из одежды, кроме трусов, ничего.
Бажена сама не заметила, как забралась на кровать. Пустила коготки в мягкое одеяло, покрутилась волчком и улеглась.
Она чуть-чуть полежит, пока он спит, и уйдет… Только один раз глаза закроет и…
***
— Священная ведьма-матерь… — простонала она человеческим голосом, просыпаясь в чужой постели. Резко захлопнула себе рот рукой, чтобы еще что не ляпнуть и не разбудить лежащего рядом мужчину.
За окном светлым-светло. Проспала. Лежит себе рядом с Извергом голая, спасибо хоть на животе лежит, только белыми булочками сверкает, а могло быть и хуже. Всё равно стыдно до жути. Щеки ее мгновенно окрасились румянцем. Кинула взгляд на Богдана — спит.
Бажена зажмурилась, чтобы было меньше стыдно, подхватила под грудь одеяло и поползла с кровати по-пластунски. Но уползти далеко не успела, через несколько секунд почувствовала у себя на шее крепкую мужскую руку. Его пальцы больно впились в нежную кожу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Кто ты и как оказалась в моей постели?! Я полицию вызову! — зарычал Богдан.
Глава 13. Откуда взялась
Спросонья ему показалось, что это Светлана… Но ведь выставил же вчера вон.
Или вернул? Переспал с ней после того, как она попыталась развести его на новый iPhone? Какая глупость. Он что, напился до чертиков? Зачем это сделал?
Открыл глаза шире, понял: всё же не Светлана.
Та, конечно, девушка красивая, фигуристая, но с этой милашкой не сравнится. Из похожего в этой девушке и вчерашней любовнице разве что прически. Незнакомка не только фигуристее, но и лицом намного милее, и эта родинка на кончике носа… забавная. Почему-то именно родинка показалась знакомой, хотя мог поклясться, ни у одной из его девушек такой отметки нет.
Зажмурилась зачем-то, куда-то ползет.
Кстати, как сюда попала? Он ведь ее точно к себе не звал. Пробралась тайком? Какая-нибудь извращенка или сталкерша… Наделает интимных фото, а потом начнет шантажировать или еще что. У современных девиц в головах одна дурь, как он уже не раз имел несчастье убедиться.
Богдан легко поднялся, потянулся к незнакомке, схватил за шею и зарычал:
— Кто ты и как оказалась в моей постели?! Я полицию вызову!
Та раскрыла свои огромные зеленые глазищи, и он на секунду замер, но лишь на секунду. Его всякими там красивостями не возьмешь, разное в жизни бывало, точнее разные.
— Я… просто… — лепетала девица.
А голосок звонкий, удивительно певучий.
— Сформулируй предложение! — зарычал он еще громче, чтобы понимала: он не шутит.
Девица от его рыка вся скукожилась, болезненно сморщилась, потянулась руками к шее. В этот момент стало ее жаль — еще поранит нежную кожу. Отпустил, но вид принял еще более строгий.
— Ты ответишь мне? — прогремел громче прежнего.
Рыжая незнакомка кивнула и вдруг поднялась на постели, присела, являя взору такую прелесть, к которой он оказался совершенно не готов.
Глаза глазами, а тут… кое-что явно поинтереснее.
Девица победно вздернула подбородок, да только Богдан этого даже не заметил, завороженный красотой женского тела. Глазел как восемнадцатилетний юнец, впервые увидевший голую женщину. Да, в его жизни были разные, но… не такие.
Громко сглотнул, попытался оторвать взгляд и... не смог. Только потянулся, чтобы потрогать, а девица возьми да и вскочи с кровати.
Рванулась к висевшей на двери шкафа рубашке, которую он собирался сегодня надеть. Схватила ее и накинула на плечи, а потом еще и запахнула. Большего коварства он от этой девицы никак не ожидал. Как только божественная фигура скрылась под белой тканью, будто отмер.
Удивительное дело — его, Богдана Островского, загипнотизировала прелестями какая-то малявка! Если смотреть на нее в одежде — совершенный ребенок. Особенно в его рубашке — та висела на ней, как на вешалке, и доходила почти до колен.
Девица тем временем собралась нагло сбежать.
— Эй, ты куда!
Он вскочил с кровати, бросился следом с явным намерением догнать, раздеть и выпытать все данные: откуда взялась, зачем, как попала в квартиру. Устроит ей допрос с пристрастием, и пусть рыжая объяснится.
Уж потом он решит, что с ней делать. В дурку звонить, в полицию или еще куда. Догонит в два счета — что ее скорость по сравнению с его?
Однако, сделав пару шагов, остановился… Не вспомнил, зачем встал.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Потряс головой, пытаясь сообразить, что происходит.
Ему что-то определенно снилось, что-то прекрасное, рыжее, фигуристое.
— Так… Рыжее и фигуристое было вчера… — почесал он затылок.
Но снилась определенно не Светлана. Если он быстренько ляжет обратно и уснет, может быть, сон повторится? Уж очень понравился…
