синдром поиска врага, пока эпидемия отчуждения распространяется, не зная границ, пока в человеке нарастает внутренняя агрессивная энергия, которая, вырываясь, сметает любые рамки, а на военных складах множится количество «совершенного» оружия от ядерного до психотропного, климатического бактериологического и всякого другого, можно и следует ожидать, предполагать, предвидеть возникновение такой войны, такого кошмара, в сравнении с которым мясорубка второй Мировой покажется детской забавой.
Но буквально ставшая мировой религией вера во всемогущество Интеллекта, одержимого сверхзадачей перестроить Мир на рациональной основе, то есть на его представлениях о том, как Мир должен быть устроен, кажется нерушимой. Его напор, торжественное шествие по планете его технологического детища, взращённого на дрожжах самой привлекательной и самой губительной в истории человечества либеральной идеологии, обладают такой мощью, которая подавляет здравомыслие и все попытки противостоять этой махине. Даже полная очевидность не надвигающейся, а уже происходящей катастрофы не меняет пагубных тенденций, не снижает безумия общей ситуации, ибо законы и правила, по которым сегодня действует и как бы совершенствуется механизм неуклюжей тяжеловесной машины по имени Наша Цивилизация, сработаны преимущественно умственными манипуляциями, бессильными не только гармонизировать, но даже уравновесить ситуацию, придавая происходящим событиям характер хаотического броуновского движения.
Ничем или почти ничем не сдерживаемая, мощно несёт свои воды река Интеллектуально-Технического Прогресса, и, кажется, нет такой силы, которая могла бы её остановить, кажется, всего ничего до катастрофы, до бездны.
Но знает ли лёгкий туман над океанической гладью, рвущийся ввысь, в синюю бездну, чтобы там превратиться в облака и затем, то играя и резвясь, то обращаясь грозовыми тучами, плыть в дальнюю даль, устремляясь к материковым горным вершинам, где лишь скалы да ледники, подозревает ли он, что великая неизбежность эволюционных циклов вернёт его туда, где это путешествие начиналось?
Подтаивают ледники, медленно сплывая вниз по склонам, струящиеся из них родники превращаются в бурные потоки, сметающие всё на своём пути и дающие начало великим водным артериям планеты. Полноводные, накопившие огромную силу. они движутся медленно, но бесповоротно к началу.
Божественный закон таков, что если ты отправляешься в путь, то лишь затем, чтобы, наполнившись впечатлениями, насытившись красками, совершив открытия, изведав вкус и цену поражений и побед, вернуться Домой.
Тернистый, извилистый путь ментального Ума, полный вначале светлых, затем отнюдь не благородных страстей, совсем неблаговидных устремлений и отчаянной решимости любыми средствами перехитрить, переиграть Бога оказывается как будто спланированным заранее путём в Его объятия.
Пока Мысль мечется, пребывая, с одной стороны, в упоении собственным могуществом, с другой — в истерической растерянности от ощущения уходящей из-под ног почвы, и предлагая миру нелепые концепции, — заложенное в её Божественной природе стремление к Познанию, к Истине, приводит её авангард к некому пределу, который повергает его в изумление. Пройдя долгий непростой путь от различения твёрдого и мягкого, холодного и горячего, важного и не очень, через исполненные восторга открытия, что дважды два равняется четырём, а затем, что все явления природы связаны на глубинном уровне красивыми и стройными математическими законами, постигнув наконец утверждающую Всеединство Мира квантовую нелокальность, она, словно разгорячённый всадник, достигший берегового обрыва, видит перед собой Океан, имя которому — Беспредельность.
Она видит Мир, бескрайний, нерушимый в своей устойчивости и ровном циклическом дыхании, монотонный и бесконечно разнообразный, наполненный звёздами и сопутствующими им планетами, которые с непостижимой безошибочностью и согласованностью кружатся по своим орбитам, вместе с бесчисленными существами, с такой же потрясающей безошибочностью и мудростью исполняющими законы своего бытия. Она видит себя на краешке этого Мира, видит свой пройденный от рождения до зрелости путь и вдруг изумляется не только своей немыслимой дерзости в попытках установить свои правила земного бытия, но и своей близорукости. Как она могла в пылу или в угаре от собственных успехов забыть, как она выкарабкивалась из тьмы неведения, как училась читать вначале по буквам, затем по слогам и лишь потом — бегло, великую, полную тайн и загадок, Книгу Мироздания? Как могла не понимать, что если законы, которые становились доступны её пониманию, служили основой для создания предметов, строений, технических приспособлений, это было всего лишь подражанием, имитацией, попыткой воссоздания существующих в Природе чудес? Почему её не изумляло то, что, разобрав материальный мир до неуловимых частиц, она оказывается абсолютно бессильной сконструировать из них нечто, хотя бы отдалённо по степени гармонии напоминающее Мир Божественный — слишком много остаётся лишних деталей, захламляющих и обезображивающих планету. Как могла она не признавать или не замечать, что действительные, революционные прорывы — откровения мыслителей, творения художников, поэтов, зодчих, придающие новизну, свежесть и особый колорит целым эпохам, возвышающие их над предыдущими временами, всегда свершались не умственным или уж точно не одним только умственным усилием, но с участием озарения, вдохновения, интуиции — неких импульсов, посылаемых внутренним существом, которое, оказывается, вовсе не было укрощено, а исподволь великодушно корректировало путь?
Новое ви́дение взаимоотношений Мысли и Вселенной, понимание непреодолимости ограниченного, фрагментарного восприятия Мыслью Реальности, запечатлено в высказываниях великих представителей науки, сумевших заглянуть в глубинную суть материи и увидеть за нею не только Высший Разум, но Божественное Начало.
Всякое основательное исследование природы кончается признанием существования Бога.
Ханс Кристиан Эрстед
Когда придет наш последний час, с какой неизъяснимой радостью мы устремим свой взор к Тому, о присутствии Которого мы могли лишь догадываться в этом мире.
Карл Фридрих Гаусс
Только Бог может заполнить вакуум в сердце каждого человека. Ничто из сотворённого человеком этот вакуум заполнить не может.
Блёз Паскаль
Природа есть в некотором смысле Евангелие, благовествующее громко творческую силу, премудрость и величие Бога. И не только небеса, но и недра земли проповедуют славу Божию.
Михаил Ломоносов
С верхушек башен крепости науки видны величайшие деяния Божии.
Джозеф Джон Томсон
Я не могу слышать без отвращения ни малейшего намёка об отсутствии творческого плана и творческой целесообразности в мироздании, а посему существование Верховного Разума, а, следовательно, и Верховной Творческой Воли, я считаю необходимым и неминуемым роковым требованием моего собственного разума. Так, если бы я и хотел теперь не признавать существование Бога, то не мог бы этого сделать, не сойдя с ума.
Николай Пирогов
Гармония естественного закона открывает столь превосходящий нас Разум, что по сравнению с ним любое систематическое мышление и действие человеческих существ оказывается в высшей мере незначительным подражанием.
Моя религия состоит в чувстве скромного восхищения перед безграничной разумностью, проявляющей себя в мельчайших деталях
