Вся эта публика мигом оставила меня позади. Идиоты. Марш-бросок их, как видно, ничему не научил. Под грузом гораздо легче быстро идти, чем медленно бежать! Пришлось заорать, напоминая всем и особенно Раздва-кряку.
Послушались. Примерились ко мне, зашагали чуть ли не в ногу. Назариан постоянно косился на часы, поставленные на обратный отсчёт метров и минут: 9700 метров... 1 час 57 мин...
Первое препятствие нам встретилось спустя полкилометра после старта. Мы начали неплохо, шли ходко, добрых сто пятьдесят метров в минуту, создавая запас. Все пока что тянули, даже Раздва-кряк.
Ограждавшие «дистанцию» валы вдруг разошлись в стороны.
Посреди круглого открытого пространства торчал холм, явно искусственный – с той самой пулемётной точкой, которую я заметил ещё со старта. Мы вылетели за поворот всей гурьбой, и я едва успел заорать: падайте! – как впереди загремело, затрещало, в чёрном провале амбразуры заплясало пламя и воздух прямо у нас над головами прошила длинная трассирующая очередь. Трассирующей она была, наверное, для наглядности. Чтобы все поняли, что сними тут никто не шутит. Впрочем, я в этом и так не сомневался.
Все так и повалились носами в пыльную траву. Пулемёт вновь загрохотал, прочертил дорогу перед нами линией серых фонтанчиков, чётко обозначая границу, переступать которую не рекомендовалось.
Мумба же то ли не сообразил, то ли слишком вошёл в раж. Он рванулся вперёд с рыком, достойным короля джунглей. Винтовка у него в руках заплясала, задёргалась – он палил куда-то в область амбразуры, но, само собой, даже если бы и попал, ни к чему это бы не привело: за пулемётом наверняка робот, которому наши пули что слону дробина.
Ответная очередь должна была бы перерезать незадачливого Мумбу пополам. Я в последний момент успел повалить его, да ещё и заработал пинок по голове здоровенным мумбовским ботинком сорок шестого размера.
– Лежи, болван! – зарычал я на него. – Лежи и не мешай, урод!
Он, конечно, обидится, но тут уже ничего не поделаешь.
Лёжа на боку, я лихорадочно перезаряжал гранатомёт. Время, время, время! Тут не до правильной осады.
...Гранату я выпустил почти не целясь. Прямо перед амбразурой вспухло грибовидное облако иссиня-чёрного дыма, настолько густого, что, как говорится, хоть топор вешай. Десантные дымовые гранаты – отличная вещь. Намертво блокируют оптические, инфракрасные и радарные системы наведения. Продержится это облако недолго, но надо успеть...
– Вперёд! – заорал я. – Подбирайтесь вплотную! В мёртвую зону! Там не достанет! Кряк, Микки, Хань, Сурендра! Влево! Остальные – вправо до предела! Уйти с биссектрисы! – Я имел в виду, само собой, биссектрису угла сектора обстрела.
Пулемёт загрохотал снова, бессистемно мотая стволом то вправо, то влево, струя трассеров лупила по дороге, изгибаясь подобно хлысту. Интересно, сколько же на самом деле нас тут может остаться?...
Но остальной взвод, хвала богородице, защитнице нашей, не подвёл. Бросились в стороны, словно мыши от кота. Я улучил момент, когда струя пуль миновала меня, и рванулся вперёд.
Рядом со мной оказался Джонамани, пустил ещё одну дымовую гранату. Это было уже лишним, боеприпасы следовало экономить – никто не знал, что ждало нас впереди.
Перебежали, плюхнулись носами в пыль. Что-то свистящее прошло над головами – словно коса над травой. Миг спустя мы ворвались в облако. Я прижал к лицу газовую маску, пихнул Джонамани в бок, потому что он явно собирался бежать дальше как был. Вдвоём мы оказались рядом с амбразурой, и я разрядил подствольник прямо в чёрный проём. Джонамани, правда, вознамерился выпалить тоже, но я видел, что его граната должна угодить в бетонную стенку жёлоба, и едва успел отшибить его «манлихер» в сторону. Взрыв раздался где-то внизу. Иначе нас обоих самое меньшее оглушило бы и посекло осколками – граната, не надо забывать, была боевой.
Пулемёт захлебнулся. Из амбразуры повалил густой чёрный дым, явно от шашки.
Я кое-как собрал отделение. Перепуганы все оказались преизрядно. Гоголем ходил только Джонамани, немедленно забывший, как он едва не угробил нас обоих.
– Отлично, ребята, – тяжело дыша, сказал я. – Так бы и дальше идти...
– Они что, совсем там сбесились? – тонко взвизгнул Фатих. – Перебить нас решили, да?! Пусть кто хочет дальше прорывается! А с меня довольно! Прочь отсюда, рву контракт к чертям! Не хватало мне только от своей же пули сдохнуть!
– Не дури! – оборвал его я. – Никуда ты отсюда не денешься. Зачёт «по последнему», забыл? Вот выберемся – и вали на все четыре стороны. А пока отделением идем – и думать не моги. Верно я говорю, ребята?
Остальные после мгновенного колебания поддержали меня дружным ворчанием. Отнюдь не обрадовавшим Фатиха.
Другой на его месте бы поутих. Но парень оказался слишком горячим. И не нашёл ничего лучшего, как направить мне в пузо ствол. Глаза у него стали совершенно бешеные, лицо побелело.
Джонамани и Сурендра разом повисли у него на плечах, а Кеос пнул ногою винтовку. Пуля ушла в небо. Фатих растянулся на земле и вдруг бурно зарыдал.
– Хорош, вставай давай, – как ни в чём не бывало сказал я. – Нам нельзя время терять. И так тут лишних пять минут проторчали.
Индусы кое-как подняли Фатиха. Тот, словно ребёнок, размазывал по грязным щекам злые слезы.
Винтовку у него от греха подальше я забрал.
Побежали. Наша «дистанция» сделала очередной поворот, и началась работа. Лабиринт противотанковых «ежей», колючая проволока, разлитая по земле горящая нефть. Отделение примерилось было рассыпаться, явно намереваясь продираться в одиночку.
Пришлось снова заорать «стойте!».
Опутанные колючкой «ежи» стояли слишком близко друг к другу, чтобы пробираться между ними. На это ушло бы слишком много времени. Гораздо проще было перебросить что-то через и, помогая друг другу, одолеть преграду поверху.
Разумеется, никаких досок тут не имелось. В ход пошли какие-то куски фанеры, отыскавшиеся на краю дистанции. Парами, держась за руки, отделение стало проходить лабиринт.
Мне пришлось идти вместе с Фатихом. Парень успел успокоиться, но смотрел на меня по-прежнему злобно.
– Не дури, – сказал я ему. – Пройдём полосу – милости прошу. Хочешь, будем драться. Но потом, потом, ладно?! На меня ты злобься сколько угодно, только ребят не подставляй. Они-то тут совершенно ни при чём, верно?
Турок угрюмо кивнул.
Так и пошло дальше. После лабиринта нам попался скелет полуразрушенного дома, где бушевал огонь. Горела здесь уже не нефть, а самый настоящий напалм.
И вновь – ключ к успеху крылся в том, чтобы проходить препятствие не поодиночке, а всем вместе, командой. Забросить наверх самого лёгкого, и чтобы он потом помог взбираться остальным. Невелика хитрость, а если в отделении каждый сам за себя, то норматива вовек не выполнишь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
