Оказавшись в воде, спрутики очень резво поплыли, раздвигая зелёный покров. Хищных тварей они, похоже, совершенно не опасались.
Камера развернулась следом за спрутовым десантом. Теперь стал виден крупный остров, где возвышались уже настоящие деревья, не примученная топями мелочь.
Там, среди тёмных зарослей, что-то вдруг блеснуло, раздался гулкий треск. Прямо посреди болота, среди плывущего десанта взметнулся вверх столб воды, пены и перемолотых в мелкую кашу листьев. Вместе в водой вверх швырнуло и одного спрута. Щупальца, словно верёвки, бессильно колотили воздух.
Остальной десант мигом ответил. Головы спрутов ушли под воду, над поверхностью поднялись щупальца, сжимавшие нечто вроде небольших Faustpatrone. Миг – и утолщения сорвались с «направляющих», то, что можно было бы назвать «ракетами», полетело вперёд, правда, не оставляя за собой никакого следа.
Миг спустя там, где только что высились деревья, забушевал огонь. Он взметнулся до самых небес. Правда, это длилось только миг – пламя угасло само собой. Даже ветки не загорелись. Но теперь оттуда не прогремело ни единого выстрела. Спруты деловито скрылись в зарослях. Запись остановилась и возобновилась, когда десант Чужих двинулся обратно, гоня пленных – каких-то покрытых шерстью существ, отдалённо напоминавших горилл. Насколько я смог понять, потерь осьминоги не понесли. Погибший от первого и последнего выстрела оборонявшихся десантник оказался единственным.
– Вот так воюют наши дальние соседи, – сказал лейтенант. – Мы называем их октопусами, акустическое самоназвание дбигу.
Дбигу... о них я только слышал. Другие рекруты, похоже, тоже.
– Один залп из лёгкого индивидуального оружия. Почти никаких разрушений. И никакого сопротивления. Вот с каким врагом нам предстоит столкнуться, господа рекруты. Дбигу – только пример. Крылатые, земноводные, иные... у вас будет спецкурс. Они обогнали нас на века. У человеческой расы есть только одна надежда – , что мы, десант, и другие, мужчины и женщины, носящие Feldgrau, окажемся не по зубам этому чудо-оружию. Не броня, не сталь и не огонь – мы, одетые в камуфляж, носящие на рукавах эмблемы славных дивизий, сможем противостоять Чужим, вне зависимости от того, что они пустят в ход. Народ Империи верит в нас, и мы не имеем права обмануть его доверие.
...Мне особенно понравился пассаж об «эмблемах славных дивизий»...
Мы любим приписывать Чужим неимоверное, невероятное могущество. Чудесное оружие, непредставимая техника, материалы, всё такое прочее. Но это не так. Совсем не так. Космос состоит из одних и тех же элементов: что наша галактика, что Туманность Андромеды. И нарушить существующие законы Бытия не можем ни мы, ни Чужие. В этом, собственно говоря, и состоит наша надежда.
Что мы знаем о Чужих? Что их много, есть те, кто намного обогнал нас, а есть те, кто отстаёт на тысячелетия, по сию пору пребывая в счастливом неведении каменного века. Однако те, кто обогнал нас, на наше счастье, заняты какими-то своими малопонятными делами, не обращая на нас особого внимания. Есть несколько цивилизаций, чей уровень космической техники примерно равен нашему, но зато они существенно обгоняют нас во всём остальном. Их развитие шло планомерно, в отличие от нашего судорожного рывка, выведшего нас в Пространство задолго до того, как Человек Разумный оказался способен воспринимать совершенно новую картину мира.
Мы слишком поторопились. Подпространство открыли, когда остальные отрасли знания и близко не подошли к «галактическому порогу». Опять же в отличие от Чужих, развивавшихся, как сейчас принято говорить, «гармонично».
Да, в том-то и дело – мы вышли в глубокий космос, но это случилось слишком рано. Термояд – вот всё, что у нас было и есть. Никаких лазеров-бластеров, боевых роботов и прочей мишуры. Громадные корабли, умеющие раздирать пространство, тратя колоссальные количества энергии, – не больше. Остальное – генетика, медицина, соционика – уже мелочи. Микросхемы – слишком большие, компьютеры – слишком медленные, искусственный интеллект так и остался выдумкой футурологов, и даже в эпоху «покорения Галактики» наше оружие было в принципе таким же, как и при Иване Грозном, «за жестокость прозванном Васильевичем». Старый добрый порох, старые добрые пули Снаряды, ракеты, самонаводящиеся и нет, танки, вертолёты. И, само собой, солдаты.
10
Выдержка из учебника политической истории; В настоящее время Земная Империя представляет собой унитарное государственное образование. К сегодняшнему моменту в исключительном владении Империи находятся следующие звёздные системы (вставка со звёздной картой): Сириус (А и В), Ригил Кентаурус, Процион, Бета, Капелла, Арктур, Регулюс, Поллукс, Сигма Драконис (...), образуя как бы неправильную сферу диаметром примерно в сто световых лет...
11
В то воскресенье я снова пошёл в город. Правда, лишь после того, как закончилась тренировка со штабс-вахмистром. Клаус-Мария Пферц... похоже, начал-таки отличать меня среди остальных рекрутов. Во всяком случае, язвительные его шуточки почти прекратились – он деловито объяснял мне приём, показывал несколько раз, а затем заставлял повторять до тех пор, пока мне не удавалось его удовлетворить. То есть грамотно поставить блок от его удара или пробить его защиту. Ничего не скажешь, учил он на совесть.
Получив увольнительный билет, я медленно брёл по «Невскому», как прозвал для себя главную улочку военного городка, окружавшего базу. Ничего особенного тут, само собой, не было. Стандартные сборные двух – и трёхэтажные домики, с не слишком умелыми попытками разработчиков придать фасадам хоть какую-то индивидуальность. Первые этажи все светились яркими огнями всевозможных кабачков и баров – именуемых в народе «последним рубежом». По улицам чинно, неторопливо шествовали господа офицеры с супругами – наверно, собирались в клуб.
База и городок были явно велики для одной-единственной учебной роты из пяти взводов. Кроме нас, тут стояли также штаб, рота тяжёлого оружия, связисты, сапёры, медики и так далее – всего около четырёхсот солдат, исключая рекрутов, да три десятка офицеров. Другое дело, что сюда, на базу, часто возвращали остальные части батальона, вроде как на отдых. Сейчас у нас как раз стояла вся третья рота – настоящая рота, боевая. Собравшаяся вместе для каких-то упражнений и сдачи неизвестных до сих пор мне нормативов.
Девочки-феечки на улице не показывались. Их дело – сидеть в барах, не оскорбляя своим видом взоров почтенных офицерш, примерных жен и ответственных матерей.
У меня сейчас, собственно говоря, было только одно дело – найти себе «партнёршу», у которой можно спокойно посидеть остаток вечера. В сумке у меня лежала «Прохоровка» Гюнтера Гланца – с официальным штампом батальонной библиотеки, одобренная и разрешённая к чтению. Господам рекрутам полезно узнать о героических битвах предшественников Третьей десантной в то не такое уж и давнее время, когда она ещё называлась "Третьей танковой дивизией СС «Мёртвая голова» и если и не смогла одержать под русской деревней Прохоровкой полной и блестящей победы, то лишь по причине начавшейся высадки англо-американских союзников в Сицилии...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
