в полторы сотни шагов. Я специально его измерял, чтобы понять плачевность положения. Примерно столько же отделяло нас от берега что с одной стороны, что с противоположной. Так что о том, чтобы попытаться выбраться из этого дерьма без посторонней помощи, можно было и не мечтать.
— Можно попробовать плот связать, — предложил бредовую идею Коробков.
— Из этих прутиков мы только корзинку сплести сумеем, — отмёл её я.
— Я могу попытаться прорваться на берег и трос за что-нибудь зацепить.
— У нас его всего двадцать пять метров, а до берега не меньше сотни, это раз, — я снова забраковал бредовый план. — И тебя сожрут быстрее, чем ты успеешь добраться до середины — это два.
— Не, ну я тоже так могу, — усмехнулся Короб, развалившись на крыше вездехода с биноклем. — Придумай тогда сам что-нибудь.
— Я как раз этим и занимаюсь, — пробормотал я, в очередной раз оценивая безвыходность нашего положения.
— Давай грохнем одного и посмотрим, из чего он сделан? — подкинул не самую плохую мысль капитан. — Вон там, у берега как раз подходящий трётся.
— И что нам это даст?
— Ну хуй знает, — пожал плечами Коробков. — Хотя бы поймём, насколько тяжело или легко они убиваются.
— Может, попробуем с нашими связаться? — предложил я.
— Без станции не добьём, а короткие волны всё ещё не отражаются от ионосферы. Возможно, здесь это в порядке вещей, но мне почему-то кажется, что нас глушат. Ночью попробуем на средних волнах в эфир выйти. Ну что, пойдём, поохотимся?
Я кивнул и накинул на шею автомат. Коробков спустился с крыши вездехода и, вытянув мачете, примерился к тонкому высокому прутику. Перебив ствол с одного удара, он срубил с него лишние ветки и несколько раз взмахнул, что-то прикидывая. А затем удовлетворительно крякнул и махнул рукой, призывая идти за ним. Объяснений мне не требовалось, я уже догадался, что этот прутик он решил использовать в качестве приманки.
С этим нехитрым скарбом мы выбрались на берег, где капитан рассмотрел засевшую неподалёку тварь. Всё делали молча и максимально тихо, чтобы не спугнуть хищника. Хотя я был уверен, что ему плевать на наши разговоры.
Коробков принялся раздавать команды. Жестом указал мне огневую позицию, а сам пристроился у берега и, как следует размахнувшись, приложил прутиком по грязевой поверхности.
Метрах в десяти на поверхности показался бурун, говорящий о том, что тварь нас заметила и пришла в движение. Неясно было одно: в каком направлении она поплыла.
Выждав несколько секунд, капитан снова ударил палкой по грязи, но на этот раз без видимого эффекта. Однако он не сдавался и спустя некоторое время повторил процедуру, а затем ещё и ещё. Пока в один прекрасный момент после очередного удара из болота не выскочило щупальце, которое молниеносно обвило ствол манка́. Коробков от неожиданности едва не нырнул в жидкое месиво, но вовремя выпустил палку из рук. Дрын тут же скрылся в грязи, но чудище так и не показалось на поверхности.
Мы ждали несколько минут, но грязь так и осталась неподвижной. Капитан прошипел что-то матерное и снова потянулся к рукоятке мачете. Вскоре, вооружившись новым шестом, он вернулся к жиже и опять со всего размаху ударил по поверхности. На этот раз получилось более удачно, и вместо щупальца из грязи показалась раскрытая пасть чудовища.
Дополнительной команды мне не потребовалось, тем более что башка твари появилась прямо в прицеле. Оставалось лишь вдавить спуск, что я и сделал. Автомат легонько пнул меня в плечо, и короткая очередь легла точно в голову монстра. Я ожидал услышать страшный рёв или хотя бы увидеть, как этот чёртов кальмар взбивает в агонии грязь своими мощными щупальцами. Но вместо этого тварь, совершенно бесшумно скрылась под жижей.
— Мазила, — заключил Коробков и снова потянулся к мачете.
— Да хрен там плавал! — возмутился я. — Все пули точно в шлем уложил.
— Тогда почему оно всё ещё живое? — задал глупый вопрос капитан.
— Вот сам у него и спроси.
— Твоя очередь по грязи долбить, — поморщился Коробков. — Ща тебе папа покажет, как надо чудищ убивать.
И в этот момент на поверхности показалась туша мёртвого монстра, огромная, в длину не меньше семи шагов. Нам оставалось лишь вытянуть его на сушу, желательно так, чтобы самим не лезть в жидкое месиво.
— Учись, сынок, — хмыкнул я.
— Повезло просто, — сделал собственные выводы капитан и почесал макушку. — Надо бы его как-то достать.
— Ща, вездеход подгоню, попробуем лебёдкой зацепить.
— Как вариант, — поддержал меня Коробков.
Я вернулся к машине, из которой тут же раздалось утробное урчание Жухлого. Волчонок так и не осмелился покинуть салон.
— Я тебе рыкну там сейчас, — пригрозил зверю я.
Тот сразу притих, но даже в окне не показался. Я забрался в салон, включил питание и плавно подкатил к месту охоты. Коробков уже вовсю шурудил мертвеца очередной палкой, пытаясь зацепиться за щупальце выступающим сучком. Получалось не очень, отчего он постоянно матерился, но пыток не оставлял.
— М-да, так ты его до заката выковыривать будешь.
— Давай трос разматывай, критик хуев.
Я ухватился за трос, предварительно перекинув язычок на лебёдке, чтобы освободить фиксатор барабана. Добравшись с них до края жижи, я ещё немного подтянул его на себя, сложив эдакими кольцами, чтобы иметь свободный конец для броска.
Крюк с глухим бульком нырнул в грязь, и Коробков тут же врубил лебёдку. Но ничего из этого не вышло. Трос попросту проскользнул по туше, и крюк вскоре выбрался на берег.
— Не, так не пойдёт, — покачал головой я, когда мы несколько раз повторили безуспешную процедуру. — Его нужно вокруг обернуть и на удавку зацепить.
— Я в это дерьмо не полезу, — тут же отмазался от работы капитан.
— А кто говорит, что туда нужно лезть? Сейчас опять так же перекинем, потом палкой достанем и за трос зацепим.
— Ну давай, — пожал плечами Коробков и перебросил крюк через тушу.
Я, вооружившись дрыном с сучком на конце, принялся вылавливать его из грязи. Пару раз у меня это почти получилось, но в самый ответственный момент крюк соскальзывал и снова нырял в омут.
— Отмотай ещё немного, — попросил я.
Когда запас троса оказался достаточным, я всё-таки сумел вытянуть крюк из грязи. Дело
