головой, встал на обе ноги и нетвёрдой походкой направился в сторону Локи.
— Идиот!!! — сказать, что Ульрих рассвирепел, — это совсем ничего не сказать.
Кажется, эта долгая битва выбила его брата из себя. Он ринулся за ним, собираясь силой забрать его с собой. Вот только рядом, схватив Тора и собравшись оторваться от земли, он понял, что не может этого сделать. Его силы также стремительно покидали его.
Рядом раздался ехидный смех. Обернувшись, он без удивления увидел стоящего перед ним Локи.
— Жалкие идиоты! Вот вы и попались! Падите ниц и принесите мне клятву верности. И тогда вы возвыситесь и станете подобны мне, победителю!
— Подобно тебе? — Ульрих отпустил окончательно обессилевшего Тора и вытащил из-за спины огромную секиру. Да, магический потенциал его был каким-то образом почти заблокирован, но руки действовали, а топор был при нём. — Сейчас я тебе покажу настоящую силу!
И Ульрих бросился в бой. Кажется, он услышал испуганный женский вскрик со стен Асгарда. Но он не мог поступить иначе. Он должен был сражаться.
Удивительное дело! Чем ближе приближался он к Локи, тем больше сил у него возвращалось. Судя по всему, его бывший родственник также очень сильно этому удивился. Он даже удивлённо посмотрел на амулет, висящий у него на шее, как будто не веря своим глазам.
— Ты⁈ Как ты это… — начал говорить Локи.
Но Ульрих с хрипом ударил своей секирой сверху вниз. Локи блокировал мечом и отпрыгнул.
— У всех свои секреты, — улыбнулся Ульрих.
Да, для него это тоже было новостью, но прямо сейчас он понял, что произошло. Тот подарок Сандра — Печать. Она работала. Работала как всепоглощающий сгусток ненависти. Ненависти к его врагам. Это ощущение мощи и ярости перебило амулет-негатор Локи. И чем ближе он находился к врагу, тем больше ярости в нём было.
— Где бы ты ни был сейчас… Спасибо, Сандр, за всё, — одними губами прошептал Ульрих и бросился в бой.
Локи принял сражение. Он был силён, очень силён. Костяной Скульптор добавил ему мощи, и его уродливое тело было практически неуязвимо. Но что он может сделать против ярости будущего отца, чей нерождённый ребёнок вместе с женой сейчас находится за его спиной?
Удар, парирование, ещё удар. Со всех сторон набежали миньоны Локи, но Ульрих попутно отмахивался от них, не обращая внимания. Однако бой грозил затянуться, и это было не на руку Ульриху.
Однако внезапно он почувствовал, что сначала закрылся один портал, потом второй. Аура Костяного Скульптора начала ослабевать, и вражеские твари начали двигаться медленней и бить не так сильно. Локи тоже это заметил, поэтому начал озираться. И тут в ярком сиянии света на землю сошла воительница.
— Ничего без матери сделать не могут! — прищурилась Фрида, ласково взглянув на Ульриха. — Присмотри за Тором. Дальше мама сама!
Она шагнула вперёд, и Ульрих увидел, как исказилось лицо Локи.
— Ты⁈ Как ты пришла? Путь закрыт!
— Никто и ничто не может закрыть путь матери к её сыновьям! — золотое копьё ослепительно заблестело и зажглось подобно солнцу, когда оно сорвалось с руки Фриды после её мощного замаха и полетело в Локи.
Взрыв!!!
И аура Костяного Скульптора спала полностью. Ульрих видел, что Валькирии закрыли последние порталы, после чего вся костяная армия осыпалась пустыми костяками.
— Жаль, что не я лично его убил, — нахмурился Ульрих, глядя в пустое место — то, что осталось от Локи.
— У тебя будет ещё шанс, сын, — нахмурилась Фрида. — Его теперь нельзя убить. Он собственность Костяного Скульптора. Сначала надо грохнуть его.
Она подошла и нежно потрепала могучего Ульриха по щеке, как маленького ребёнка.
— Пришла пора, сын мой. Пришла пора вернуть Первородный Хлад в Асгард, собрать армию и отправиться на войну!
— Почему ты мне это говоришь? — нахмурился Ульрих. — Отец…
Он повернул голову в сторону Асгарда, где уже веселился и смеялся Один и, похоже, уже праздновал, выпивая что-то крепкое прямо из бочки.
— Его время прошло, — нахмурилась Фрида. — Мой милый мальчик Ульрих, урождённый Сигурдом. Отныне ты — верховный бог Асгарда. Я всё сказала. Нам пора на войну.
* * *
Задачи я нарезал в лучших традициях Волка… ну, точнее, в бытность свою Андреем Потаповым, который очень любил гонять моих гвардейцев. Сейчас, став Охотником, он заматерел и стал несколько инертным. Хорошо, что у него есть хорошая смена в лице Димы Москаленко, который с не меньшим задором (я бы даже сказал — садизмом) гоняет вверенную ему гвардию.
Так вот, научники были изолированы у меня в усадьбе, а Истребители, получив первые задания, разлетелись по Эпицентрам. Теорий было множество. Осталось их проверить.
Да, у меня получилось закрыть Йеллоустонский Эпицентр. Но я думал, что смог бы повторить и с другими, ну, кроме африканского, природа которого мне была не до конца понятна. Однако в свете того, что обнаружилась связь Разломов с Пустотой, этого было нельзя делать. Нужно было, наоборот, разобраться, являются ли Разломы ключом к нашему врагу… ну, точнее, к одному из врагов, который собрался снова сотрясать Вселенную.
Я понятия не имел, что произошло. Казалось, всё вокруг сошло с ума. Но для этого и существовал Кодекс. Обратившись к которому, становилось всё ясно и понятно. Сколько бы врагов ни было, какой силой они ни были — если они угроза для человечества, они должны быть уничтожены. Без вариантов. Не нужно было раздумывать или рефлексировать. Нужно было действовать.
Я понимал, что с помощью мечей я могу получить доступ к Скверне. Я предполагал, что с помощью Разломов я, возможно, получу доступ к Пустоте. Но во всём этом был один момент, который я хотел бы исправить до моего путешествия к заклятым врагам Вселенной — человечества. Мне нужен был доступ к моим братьям. А мир всё так и оставался полузакрытым, не допуская никого извне, кроме проекций тройки таких красивых, но таких нестабильных богинь.
И для того, чтобы исправить этот момент, мне нужен был он — Хранитель, которому я помог и которого отправил в небольшой отпуск. Не знаю, сколько у него прошло времени. Надеюсь, он отдохнул лучше, чем я.
* * *
И снова я сижу в зале пламени Кодекса, на корточках перед небольшим пламенем, таким же, как оно проявилось в первый раз. Моя правая рука находится в пламени, глаза закрыты. Я пытаюсь передать свою просьбу.
Хранитель
