Потом мы оказались в невесомости, то ли падали, то ли летели, не разобрать. Голова кружилась, тошнота подбирались к горлу, голову сдавило так, что было впечатление еще немного, и она треснет как спелый арбуз. А дальше я ничего не помню. Провал.
Очнулась на траве. Жадно вдохнула свежий воздух. Огляделась по сторонам. Лес. Ночь. На небе звезды. Неужели рогатый и мучения остались позади?
Поодаль от меня хрипит мой спаситель. Подползаю к нему. Он едва дышит.
- Спасибо, - шепчу, заливаясь слезами. – Как вам помочь? Что мне сделать? – сжимаю холодную ладонь. В тот момент я ощутила, как уходит жизнь.
- Он недооценил меня. Думал… стар… ни на что не годен, - сплевывает кровь. – Что ж просчитался, - глаза закатываются. Тело пронзают судороги.
- Кто он такой? Кто вы такой?
- Слушай меня… я потратил все силы… мой час пробил… Но именно тебе я передам знания. Распорядись ими правильно…
Он так и не сказал кто он, кто был мой похититель. Мужчина стал нести, на первый взгляд полный бред, про древний артефакт, который дает невероятную мощь его обладателю. Верилось во все это с трудом, да и дела мне не было до артефактов. Когда наконец-то я выбралась на свободу.
Но мужчина все твердил, харкал кровью, терял сознание, но гнул свою линию. Даже указал точное место. А я в этот момент думала, как помочь своему странному знакомому.
- Распорядись мудро полученными знаниями, - с этими словами он покинул этот мир.
Я продолжала сидеть с бездыханным телом. Хотелось похоронить его по-человечески. Он подарил мне свободу. И я ему безгранично благодарна за это.
Только радоваться долго своей свободе мне не пришлось. Тело спасителя еще не успело остыть, а из кустов ко мне выпрыгнул огромный черный волк. Так я познакомилась с Хантером.
Глава 11
Он не смотрел на меня. Буравил взглядом моего спасителя. Черные глаза горели бесовским огнем. Оборотень долго его обнюхивал. А я замерла в страхе, боясь даже пошевелиться. Тогда я еще была уверена, что это огромный волк. Рычал, издавал странные скулящие звуки, и все носился вокруг покойника. Лизал его кровь. Следом вылезли и другие волки. Обступили нас. Убежать не было ни единого шанса.
А потом на моих глазах волк стал перекидываться, принимать человеческий облик. Теперь на меня смотрел огромный мрачный варвар…лучше бы я встретилась с настоящим волком… чем с очередным палачом.
- А теперь ты мне расскажешь все, - прорычал, надвигаясь на меня. Он был дико зол, на лбу вздулись вены, губы перекошены, мышцы ходят ходуном. И в довершение исполинский огромный половой орган раскачивается. Вот где реальное орудие пыток.
- Мне нечего вам рассказать…
Но Хантер считал иначе. Его очень заботили мои взаимоотношения с Маларком. Так я узнала имя своего спасителя после его гибели.
Я снова стала пленницей только теперь в доме Хантера. Он применял ко мне разные тактики. Менялся как хамелеон, то изображал доброту, то выходил из себя и сыпал угрозами.
Вначале он дал мне время прийти в себя. Выделил комнату. Не запирал. Я могла гулять по саду. Именно возможность находиться на воздухе была мне жизненно необходима. Все это время я словно и не дышала. Тот страшный лабиринт не отпускал. Рогатый приходил ко мне ночами, я переживала снова и снова все те мерзости, что он со мной творил. По ночам меня будили охранники, вглядывались испуганно в лицо. Потом звали врача и мне давали успокоительное. Только ни одно успокоительное не может стереть память…
Впервые без сновидений, сладко, как до трагедии, я спала только прошлой ночью. Жутко осознавать, но именно Лиам подарил мне нормальный человеческий сон, которого я была лишена столько лет.
Этого я ему не расскажу. Этого я сама не понимаю, и не смогу озвучить. Это случайность или закономерность? Пока по одной ночи судить рано. Да и не будет у нас этих ночей… ничего не будет… Фарс закончится… и мы разойдемся разными дорогами.
А тогда слово «спать» ассоциировалось с возвращением в ад. Пекло до сих пор никуда не ушло. Рогатый держит меня в тисках, засел в моем сознании, вцепился как клещ, пустил ядовитые отростки внутрь. С этим уже ничего не поделать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Впервые дни моего пребывания в доме Хантер проявил кое-какую заботу. Также в тот период я узнала дату… Переспрашивала снова и снова, какой сейчас год. Не верила. Три года…почти три года я провела в плену у рогатого. Это не укладывалось в голове. Три года без света. Без общения. В полной тишине. Три года насилия.
И пусть внешне я держалась. Но в душе все выгорело, сгнило и уже ничего не возродить. Нет больше той улыбчивой девчонки. Нет моей семьи. Радости и счастья нет. Есть только боль, которая стала моей вечной спутницей и желание поджарить мучителей на костре.
Потом доброта Хантера стала заканчиваться. Вначале он вел беседы, пытался выведать, что я знаю про Маларка. Как я поняла, он зачем-то его давно искал. Только я не собиралась ничего ему рассказывать. Эта информация, она не могла попасть в руки того, о ком я не имела никакого понятия.
Вскоре к расспросам Хантера присоединилась и его похоть. Он предложил мне обслужить его за дополнительные блага. Не знаю, почему он вообще обратил на меня внимание, после трех лет взаперти, с вечными ночными кошмарами, я представляла собой жалкое существо. И уж как он разглядел нечто сексуальное, а впоследствии и не только он – загадка.
А меня только от одних разговоров трясло. Как представила, что кошмар может повториться. Не сдерживалась, сыпала оскорблениями, сражалась как могла. Пыталась не потерять, то малое, что от меня осталось.
Хантер к отказам не привык. И он решил меня сломать, чтобы сама к нему приползла и молила о близости. Он хотел, чтобы я у него в ногах валялась, и не уставал мне это повторять.
Тогда начался новый круг пыток. Меня держали в подвале, лишали еды. Хантер заставлял смотреть на пытки провинившихся. При мне отрезал головы врагам, брал женщин. Это все еще больше усугубляло мои кошмары. Но я держалась. Мой ответ был неизменным – нет. Я должна была выстоять. Чего бы мне это ни стоило.
Вот тогда когда его терпение лопнуло. Его люди заковали мне руки, заставили пролежать в сыром подвале несколько дней без еды и питья. А потом Хантер предложил мне выбор – бордель или стать его вещью.
Не знаю, на что я рассчитывала. Но бордель показался мне лучшей альтернативой. Сама мысль покориться врагу была невыносимой. Как представила его прикосновения, как его орган вторгнется в истерзанную плоть… меня вывернуло ему на ноги…
А если отошлет, возможно, в борделе не будет такого пристального внимания и я смогу улизнуть. Как оказалось, на новом месте, у меня появились новые враги.
Фредо стал моим новым тюремщиком. Ему были даны четкие указания по воспитанию непокорной пленницы. Какие точно неизвестно. Но первое время он лишь запугивал. Заставлял смотреть, что клиенты вытворяют с девочками. Приводил на оргии, с которых мне не давали возможности сбежать, но и не подпускали мужчин.
Он неизменно повторял, что если я не буду сговорчивой, то вскоре он обеспечит меня клиентами круглосуточно. Первые две недели это было психологическое давление. Чтобы я сама попросилась назад к Хантеру.
Казалось бы, после трех лет с рогатым, я должна давно рассыпаться и сдаться. Но во мне жило желание выстоять, не покориться, не сломаться. И я сражалась за каждый новый день, смотрела на ужасы и говорила себе: «Ты справишься!».
А потом в бордель стали приходить странные люди и предлагать деньги за меня. Некоторые хотели сеанс, другие хотели купить. Было даже нападение на заведение, тогда меня почти украли. Но Фредо вызвал подмогу, и меня вернули в стены борделя. На меня открыли охоту. Тюремщик мне это так и сказал.
После нападения он напился и у него развязался язык. Фредо поведал, что отвечает за меня головой. Я ему уже как кость поперек горла. Из-за меня он перессорился с уважаемыми людьми, и все из-за того, что Хантер его держит за яйца, и он не может от меня избавиться.
