-А у вас здесь место есть?
-Я еще не выбрал, – ответил регистратор. – Хотелось бы в центре, но там уже все забито.
-А как здесь центр определяется? – я еще раз обвела глазами помещение, пытаясь прикинуть, что здесь расположено в середине. Остроухий показал на скрытое за ящиками кресло. Я присмотрелась и увидела, что в кресле кто-то сидел. Я подошла поближе, насколько было возможно, и определила, что это была или в свое время качественно сделанная, или же простая оболочка по умолчанию, но принадлежащая истинному демону. А ничего себе был товарищ, очень даже привлекательный. Главное, причесочку себе сварганил такую, что и мне бы пошла. Хотя нет, у него волосы длиннее, и кто ж его знает, как это будет смотреться на полосатых… По слою пыли на кресле и оболочке я определила, что сидит он здесь уже лет десять или меньше, но ненамного. Я решила, что оболочка принадлежит основателю движения идейных самоубийц, но тут за моей спиной принялась громко возмущаться Нора.
-Почему его отсюда до сих пор не убрали? Форменное безобразие, даже для нас!
-Во-первых, на нем опробовали наш способ, во-вторых, это хорошая точка отсчета, и не тебе ломать наши традиции, – привычно отбрехался остроухий. Это я определила по скучающему тону.
-Традиции традициями, а он к нам никакого отношения не имеет, – оставила за собой последнее слово Нора. – Стол когда внутрь занесете, любители традиций?
-Он слишком широкий, по лестнице не пройдет, – воздев глаза к потолку, ответил регистратор. – И здесь слишком темно для работы. Что мне, Рингил глазами светить будет?
-А я причем? – услышав свое имя, оторвался от созерцания «точки отсчета» Рингил. – Мне вообще без разницы, хоть вы этот стол в девяностый приход перенесите!
-Кстати, тебе стоит там побывать, – переключилась Нора. – Место неописуемое, суперская общага. Заодно тебя с одним неплохим демоном познакомлю…
-Она Велку имеет в виду, – шепнул мне на ухо Рингил. – У вас сенгарийцы во «Вратах» учатся?
Я честно попыталась вспомнить хотя бы одного своего знакомого, который был бы частично сенгарийцем, но отрицательно покачала головой.
-Вы много потеряли, – сочувственно сказал Рингил. – Суперские личности, любую технику разберут и соберут с завязанными глазами и без рук. Ну, разберут точно…
-Ага, в деле издевательств над непредельщиками – первые, – подтвердила Нора. – Пошли отсюда, Рингил, хватит рядом с лучшей заслугой твоей мамули красоваться.
-Это ты о чем? – не поняла я.
-Да вот, – Нора показала на кресло, точнее на его содержимое. – Вечный памятник изобретательнице метода разрушения сознания в лице ее первой жертвы.
-Нора, молчать! – вспыхнул Рингил. – Я же не рассказываю всем подряд, что у твоего папочки хобби – над молодыми полукровками издеваться, про людей уже не говорю!
-А что ты только что сделал? – Рингил бросился к выходу, а Нора погналась за ним. Пока они гонялись друг за другом, перепрыгивая через офигевающих на глазах хейтеров, я успела продиктовать номер отныне принадлежащего мне участка в полтора квадратных метра остроухому товарищу. Повторять приходилось по несколько раз каждую цифру, так что к моменту завершения процесса Рингил с Норой остыли и подошли поздравить меня с вступлением в их ряды. Не изменивший своего местами доброжелательного отношения ко мне полосатик телепатически объяснил, что у них с Норой хейтерские отношения в начальной стадии, так что когда они ругаются, остальные не должны обижаться, что им случайно попадает. Я в ответ откровенно поздравила Рингила. Насколько мне объяснила Сулмор, хейтерские отношения – это такой допустимый для хейтеров вид взаимоотношений. Помесь чего-то с дикой ненавистью. Несмотря на допустимость и даже рекомендованность (хейтерский кодекс, который мне пришлось зазубривать, называет хейтерские отношения лучшим вариантом для двух близко знакомых хейтеров) распространены слабо. Скорее всего, потому что большинство хейтеров стараются с единоверцами общаться по минимуму.
Закончив все формальности (в конце регистратор почему-то вспомнил о правилах вежливости и проводил нас со словами «Запомните, я Форнэдель, каждый день тут кантуюсь, приводите еще желающих, а то скучно!»), мы втроем покинули поле зрения остроухого. Я предчувствовала, что сейчас меня потащат в девяностый приход, и думала, каким образом мы туда попремся. Но время внесло свои коррективы.
Во-первых, Рингил сбежал пообщаться с мамой, как сам объяснил. Во-вторых, Нора поинтересовалась, какого Контера я не спрашиваю у нее, когда меня посвятят в тайну самоуничтожения. Я не поняла, причем тут Контер, но по возможности многозначительно пожала плечами, чтобы не выглядеть идиоткой. Нора поняла все правильно, вывела меня за пределы круга и начала ликбез:
-Вообще-то мы всем говорим, что тайну процесса доверяют только тем, кто решился, но на самом деле все не так. Сейчас я тебе в голову переброшу запакованную программу саморазрушения сознания. Пока не будешь готова, не вскрывай, или она сразу же запустится. Ясно?
-Ясно, – по возможности стараясь, чтобы голос не сильно дрожал, сказала я. И начала морально готовиться к приему бомбы замедленного действия. Ободрял меня только тот факт, что с моим врожденных хакерским даром я могу разобраться, как она работает, вскрыв в обход запуска. Надежда на факт была хилой. Переброска прошла на ура, если не считать того, что я с трудом справилась со своими встроенными хакерскими функциями. В этот момент я как никогда была близка к смерти, но постаралась даже не показать этого Норе.
-Ну, поздравляю с освобождением! – Нора хлопнула меня по плечу. – Теперь и у тебя есть смысл жизни!
Так вот в чем он заключается! Ну, теперь главное после возвращения не забыть зайти к Майку. Ни за что не отвертится, раз теперь я знаю ответ на его вопрос. Но ответила я просто:
-Пси. Всю жизнь об этом мечтала, по крайней мере последние шесть лет.
Самое лучшее мое качество – способность врать не краснея. Во всяком случае, здесь это полезно.
-Так и надо ко всему относиться, – мне все же показалось, что Нора что-то заподозрила. Или нет? Я не успела понять все нюансы интонации, как подошел Рингил с глазами на мокром месте.
-Ну что, мы едем в девяностый приход или как? – спросил он.
-Ты что, так из-за поездки расстроился? – не поняла я. – Я тоже хочу посмотреть общагу девяностого прихода, и ты, как гид…
-Он не поэтому, – прервала меня Нора. – Рингил, она опять не проснулась?
-Да. Почему все должно происходить именно так? – первый раз в жизни я видела рыдающего хейтера. Но не стала демонстрировать знание кодекса. Тут была в наличии сложная проблема, за решение которой стоило взяться. Только как-нибудь так, чтобы окружающие не заметили мое несоответствие тому самому кодексу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
