то этот иск тоже возможен.
И решительно кивнула головой, соглашаясь с предложенными вариантами.
- Мне ещё посоветовали: определить, с кем будет проживать Максим, — произнесла сдавленным горлом.
Мой адвокат улыбнулся, сверкнув зубами, и при всём своём благообразии напомнил мне чем-то хищника перед охотой.
- Прекрасно! – Обрадовался Самуил Яковлевич и бодро спросил, — Тогда давайте обговорим мой процент от объёма выигранного для вас имущества?
- Мой муж — непростой человек и попытается на вас давить и перекупить, – улыбнулась я.
- Не сомневаюсь. Поэтому я и хочу заранее обговорить с вами процент!
Не в моём положении крутить носом и торговаться. И Самуил Яковлевич это прекрасно понимает. Так, полагаю, он затеял разговор о процентах потому, что не видит во мне адекватного клиента, способного оценить его работу. Вот и подстраховывается на берегу, так сказать.
Он сначала назвал сумму в двадцать процентов, но потом засмеялся, оценив, вероятно, неверно моё замешательство, и мы с ним сошлись на пятнадцати.
Хоть когда-то моё свойство впадать в ступор сыграло мне на руку!
Максим дожидался меня в коридоре перед кабинетом адвоката, и когда я вышла, поднялся навстречу бледный и решительный.
- Что случилось? – взволнованно спросила сына.
Максим, зыркнув на Самуила Яковлевича, ничего мне не ответил. Воспитанно простился с юристом и когда мы с ним вышли на крыльцо и уже подходили к машине, только тогда произнёс странным тоном:
- Папа звонил.
Глава 15
- Что хотел? – спросила, снимая сигнализацию и усаживаясь в машину.
В салоне, остывшей за время моего пребывания у адвоката машины было зябко и неприятно. Я включила обогрев сидений и печку. Тёплый воздух заполнил пространство, но холод сидений чувствовался и пробирал морозом по спине. Было некомфортно.
Ещё и тема разговора. Прямо скажем, не грела сердце. Вадим оставался угрозой для нас обоих.
- Папа угрожал какой-то комиссией для детей. Я не понял. Но он был очень злой, что не смог переговорить с тобой, – проговорил сын, сверкнув глазами.
Я почувствовала, как сковало страхом мой позвоночник, и заставила себя выдохнуть.
Пока ещё ничего не случилось. Максим рядом со мной. Всё хорошо. Пока. Нужно просто дышать!
Я непослушными пальцами достала свой телефон и разблокировала его в ожидании звонка.
Аппарат затрясся, принимая входящий вызов от Вадима, как я и предполагала, не прошло и нескольких мгновений.
- Ты напрасно устроила спектакль перед своим офисом. Во-первых, ты там больше не работаешь, а, во-вторых… – Вадим замолчал, выдерживая МХАТовскую паузу.
Я тоже не спешила ему отвечать.
На меня снизошло удивительное спокойствие, как только я услышала голос бывшего мужа. И прежнего страха перед ним я не чувствовала больше. Возможно, это временно и следствие сегодняшнего стресса, но… мне нравится не бояться. Это восхитительно!
- Маша, я не понимаю, что на тебя нашло. Мы же всё прекрасно с тобой решили. Зачем ты противишься мне сейчас? – проговорил бывший муж внезапно вполне нормальным своим обычным тоном.
И снова замолчал.
Он так разговаривал со мной вечерами после работы, когда мы были женаты. Так же немного устало и чуть снисходительно.
- Вадим, скажи, пожалуйста, что ты сделал с домом моего отца? – тихо спросила, прерывая неловкое постановочное молчание.
- Каким домом? – удивился бывший муж.
- С моим наследством, — пояснила, расстёгивая шубейку.
Я перестаралась с отоплением? Жар опалил мои щёки. Что-то стало душно…
- Каким наследством? Убогая! Это ты о тех долгах, что я заплатил за глупость твоего папаши? – хмыкнул грубо Вадим, растягивая слова.
Какая противная манера речи!
- Это я о доме в элитном посёлке на Новорижском направлении, который перешёл мне в наследство после смерти моих родителей, – не реагируя на его хамство, пояснила я и прикрыла глаза.
Удивительно, но на меня не действовало больше ни его манера хамить, ни его напор, ни его уничижительный тон. Будто меня поместили в тёплый и мягкий кокон безопасности. Будто что-то кардинально изменилось во мне за сегодняшний день.
- Я заплатил своими заработанными деньгами все его долги, если ты помнишь, неблагодарная девчонка! – пафосно и фальшиво воскликнул Вадим.
Почему я раньше не слышала этой фальши? Слишком боялась? Или верила ему? Это, кстати, странно, что я ни разу не усомнилась в его правоте за всю нашу жизнь. Привыкла? Или мне было так удобнее?
- Ты заплатил моими деньгами. За мою собственность. Но вопрос не в этом, — спокойным тоном переспросила я и поймала восторженно-настороженный взгляд сына в зеркале заднего вида.
Подмигнула Максу и продолжила:
- Я интересуюсь, каким образом ты его продал без моего согласия?
- Это какие твои деньги? – прошипел Вадим.
- Совместно нажитые с тобой в законном браке! – усмехнулась и закончила уже резче, — зачем ты звонишь, Вадим? Что ты хочешь от нас?
- Ты не работала ни дня! Всё заработал я один! Своим трудом и своей головой! Ты подписала брачный контракт! Сама отказалась от всего! – вопил в трубку мой всегда холодный и спокойно- высокомерный бывший муж.
Можно гордиться собой. За последнее время я вывела его из себя уже не в первый раз. Ставлю новые рекорды!
Я подождала, пока Вадим проорется. Спокойно отодвинув трубку от уха, я наблюдала за воробьиным переполохом среди густых кустов на клумбе неподалёку. Будто истерика в трубке не касается меня совсем. А затем, когда бывший муж немного выдохся, вставила свои пять копеек:
- Ну, ты-то точно знаешь цену этой бумажке в Российской Федерации. И не нужно мне устраивать концертов. Ответь на вопрос.
Помолчала немного и продолжила:
- А, впрочем, это не важно. Не так и сложно выяснить, если заняться вопросом по-настоящему серьёзно.
Вадим тоже молчал.
Я хмыкнула и уже собралась прощаться, когда он заговорил вновь:
- Маша, давай договоримся. Я покупаю тебе квартиру, а ты спокойно выписываешься с сыном в новую жилплощадь, – предложил он мне.
- Нет! – Ответила я и продолжила, — знаешь, Вадим, если бы ты предложил мне такую сделку ещё сегодня утром, я бы, наверное, согласилась. Но ты пожадничал. Захотел облапошить меня так же, как ты обманул моих родителей. Поэтому – нет! Сделки между нами не будет. Никакой!
- Осмелела? Забыла, с кем разговариваешь? – прошипел бывший муж, и у меня внутренности свело льдом.
Привычный страх скрутил желудок в комок и перехватил дыхание. Я вновь застыла, стараясь не
