— поставила она перед ним газету
1944 года. — А ты что, взял другую войну для его задания?
— Разумеется, другую. Бинс автоматом «превосходно» ставит за его любимое восстание гоблинов! — нетерпеливо ответил Том Джинни.
— О-о-у, восстание гоблинов, понятно, — протянула Джинни, подперев щёку кулаком. — Очень интересно, а как оригинально! Ну так что, поможешь мне?
Джинни крутила в руке перо, выжидающе глядя на Реддла. Тот криво усмехнулся и подался ближе к ней, смотря ей прямо в глаза.
— Джинни, для начала тебе стоит попросить меня как следует, — насмешливо протянул он тем же тоном, что и она до этого.
После его слов повисла тишина. Джинни набрала побольше воздуха в лёгкие, и улыбка Тома становилась всё шире с каждой секундой его ожидания. И вот, наконец, её губы раскрылись, и он даже придвинулся ещё ближе...
— Ну и катись к оборотням в Запретный лес! — сказала Джинни со скрипом, поднимаясь и отодвигая стул. Она закинула сумку на плечо и быстро покинула общество самодовольного засранца.
Она твёрдо чеканила шаг, идя по заполнённому людьми коридору. Джинни не могла поверить, что допустила мысль о примирении с Томом! К чёрту этого идиота, у неё есть дела поважнее. На днях она хотела обменять крысу на пару галлеонов, но Рон, к её удивлению, твёрдо стоял на мнении, что эта уродливая крыса — его друг, а друзей не продают.
Глава 5. Охота.
Крыса, как только чуяла что-то неладное, всё время пряталась в самых укромных уголках. Даже Живоглот, который всегда был на высоте в ловле грызунов, увы, не смог ей помочь. Джинни обдумывала возможность обратиться к Люпину. Гарри как-то проговорился, что тот был другом его родителей и вполне мог оказать помощь в поимке крысы. Но было одно НО. Очень жирное «НО».
Джинни не могла придумать, под каким соусом подать эту информацию. Она могла бы сказать, что видела на карте, но проблема заключалась в том, что карта ещё ни разу не попадала ей в руки. Она знала, что если бы она была у неё, это могло бы значительно упростить ей жизнь, но просить то, о чём ты вроде как не знаешь, тоже подозрительно.
Она думала попросить показать чары по принудительной трансформации анимага на Коросте, но и это казалось странным. Она понимала, что такая просьба может вызвать недоумение, всё же Коросту считают обычной старой, облезлой крысой, а ей не хотелось выглядеть глупо, пытаясь объяснить, зачем использовать это заклинание на этой крысе.
Но было кое-что ещё более странное: Том Реддл вызвался ей помочь. Это предложение повергло её в замешательство. С одной стороны, она знала, что он обладал знаниями и умениями, которые могли бы пригодиться, но с другой — она не могла избавиться от чувства тревоги. Почему он решил помочь ей? Что он хотел этим добиться? Учитывая, что даже в банальной помощи с домашкой он ей отказал.
Джинни сидела на краю кровати, перебирая в голове все возможные варианты. Она должна решить проблему с крысой как можно раньше, чтобы избежать будущих проблем, но мысли путались, и каждая новая идея только добавляла беспокойства. В конце концов, ей нужно было действовать, и чем быстрее, тем лучше.
Но Мерлин его побери, как?! Или бросить всё к драклам и оставить с этим разбираться золотому трио? А что, мысль дельная: придумать байку для Гарри проще, чем для Люпина. Джинни легла спиной на кровать и глубоко задумалась.
Она может начать разговор о недостающем пальце крысы, и... Чёрт! Реддл ей бы пригодился с его знаниями и умениями. Похоже, придётся принять его "бескорыстную" помощь, в принципе, она и хотела им воспользоваться. Он же должен, скорее всего, знать какие-то чары?
— Джинни, ты не идёшь на зелья?
— Иду, а уже время? — всполошилась Джинни, подпрыгнув и схватившись за сумку.
— Ещё около получаса до зелий, — ответила Кэтрин, прихорашиваясь у зеркала.
— А где Мэри? — спросила Джинни, поняв, что уже долгое время не слышала болтовни подруги, которая обычно жужжала на фоне, не переставая.
Кэтрин, поджимая губы, размазывала по ним блеск, она пересеклась через отражение с Джинни взглядом и хитро улыбнулась.
— У неё свидание с когтевранцем Ричардом.
— У Мэри?! — удивилась Джинни, чуть не уронив сумку из рук. — Жуть!
— Анисия даже сказала, что видела, как они целовались на днях! — восторженно произнесла Кэтрин, большая любительница любовных рассказов и сплетен.
Джинни скривилась, преувеличенно показывая, насколько отвратительной она считает всю эту слюняво-морковно-любовную тему. Она скрестила руки, чувствуя желчь у корня языка: почему в последнее время все её знакомые как один влюбляются и щебечут о любви? То Перси ходит с замыленным взглядом, не видя и не слыша никого, кроме своей Кристалл, то Рон с его влюблённостью в Гермиону, которую он и сам не осознаёт, и то же самое с Гермионой в отношении Рона. Теперь в этом полку прибавление в лице Мэрибелл, а что будет с Лоуренсом? Джинни была уверена, что ему нравится Мэри!
— Джинни, ты ещё такой незрелый ребёнок! — хихикая, пропела Кэтрин, отходя от зеркала. Она, кружась словно в вальсе, подошла к насторожившейся Джинни. — Нам же не по восемь, а уже по двенадцать, а кому-то и все тринадцать лет! Это самое время влюбляться и веселиться! — сказала Кэтрин, мазнув напудренной кисточкой по носу Джинни. Та из-за пудры и щекотки громко чихнула и быстро вытерла нос рукавом.
— Что за нелепости ты говоришь? Взрослость не выражается в любовных увлечениях с мальчишками! Я хорошо учусь и занимаюсь зельями, вкладываясь в своё будущее как мастера зельевара, — грубовато ответила Джинни. — Вот это я считаю проявлением взрослости, здравое расставление приоритетов.
Кэтрин сменилась в лице, порозовев, обиженно насупив брови, она серьёзно посмотрела на Джинни.
— Ты хочешь сказать, что это мы дети? Или, может, ты считаешь нас на фоне себя глупыми и незрелыми? — скрестив руки на груди, вздернула Кэтрин подбородок.
— Я считаю глупыми не вас, а ваши убеждения.
— Это одно и то же! — прикрикнула Кэтрин, топнув ногой.
Джинни закатила глаза: ей не хотелось вступать в перепалку и тратить силы и энергию попусту. Она попыталась обойти Кэтрин, но та вновь и вновь загораживала ей проход, твёрдо стоя на своём. Джинни тоже остановилась и посмотрела на соседку сверху вниз, рост ей
