осень, сумрачные тучи поливают землю беспрерывными дождями. Злая хандра, серая липкая тоска и хочется, как минимум, тоже напиться в драбатан, но не от очумелой радости, как все, а от нескончаемого горя.
Так, о водке забыть! Во-первых, ты спортсмен. Во-вторых, тебе еще молодых 16 лет и ты запросто можешь назюзюкаться вусмерть! В-третьих, это повод только для спившихся алкоголиков. На Руси, как известно, пьют по двум исключительным случаям — с горя и с радости. Главное — пьют!
И вообще, тьфу-тьфу-тьфу, забудь обо всем. И о сердитой водке, и о несчастной любви и глупой Вальке, и какой-то плохой погоде на улице. Сегодня у тебя твое первое официальное соревнование в спорте за две прошедшее жизни. И очень даже возможно, что последнее, если покажешь плохое время в гонке.
Ведь в спорте, как в рыночной экономике, в ход идет только окончательный результат. Если выиграл — ты всесильный бог, если проиграл — иди в свою несчастную постель, чтобы плакаться и писать никому не нужные мемуары о прошлом времени. Здесь ты уже не никому нужен. И никому не пожалуешься, что тебя девушка бросила, только засмеют и завалят кучей ненужных советов.
Так, теперь о насущном. В текущем настроении и состоянии ботана мне бы, как в прошлой жизни, необходимо плестись в хвосте, любоваться окружающей зимней еще природой. Зима у нас действительно великолепная, с ярким, пока еще нетеплым солнцем, с искрящимся снегом и по-хозяйски расположенном морозом.
Но уже не могу. Ведь здесь я, наоборот, поставлен в первой десятке наиболее перспективных участников — школьников. это предполагаемое районное соревнование юниорское, то есть детское. Значит и наше участковое тоже детское. А кем являются в СССР дети? Только школьниками!
Все лучшее им. Не только место, но и школьный спортивный инвентарь, внимание учителей, наконец. Они наша надежа и кадровая база в любых юниорских районных соревнованиях.
Но и то, лишь пятерым из двадцати — тридцати суждено будет победить. Остальные, понежившись немного в лучах славы, смирено сдают лыжи, палки, ботинки и возвращаются в пыльные школьные аудитории. Победители, правда, тоже возвращаются туда же, но уже под победные фанфары и с перспективой вернутся на победную лыжню.
То есть победить надо обязательно. И проигрывать мне будет очень неприятно. В прошлой жизни, особенно в последние двадцать — тридцать лет, мне приходилось только побеждать, хотя бы морально. А сейчас во второй жизни я на школьных соревнованиях окончательно попал в статус любимчиков физрука. Ведь он торжественно и прилюдно вручил мне свои пластиковые лыжи и какие-то особые сверхпрочные и сверхлегкие палки. И ботинки.
Во второй четверти XXIвека лыжи и палки, какие бы они особые не были, можно приобрести в магазине спорттоваров. Или приобрести на заказ, если это сельская местность. Но ботинки, что дал мне физрук, были и тогда бы и в будущем эксклюзив. А уж в последней четверти ХХ века тем более.
— Смотри не осрами, — предупредил меня Алексей, — на Севере купил у частника за двести пятьдесят рублей в середине семидесятых.
Мог бы и не говорить. И так видно. В будущем, в 2029 году, откуда я пришел, это богатство в совокупности стоило бы с учетом инфляции 150–200 тысяч рублей на мой далеко не профессиональный взгляд. А то и больше. Как ведь купишь, и как ведь продадут.
А вообще не фига себе банан! Много же на меня физрук ставит, если дает уже личные вещи, с перспективой никогда не получить обратно!
Так вот он в этой спортивной экипировке легко уходил от соперников. И за ее счет, и за многочисленных тренировок. До такой степени напобеждал, что учитель физкультуры уже ни капельки не сомневался, кто выиграет в этих первых для меня официальных соревнованиях. Спортинвентарь ведь какой!
А я вот как-то подрагивал. И даже не разумом, там тоже все было в порядке, а где-то растудыть его, в молодом теле. Как говорят пли этом пожилые мужчины, грубо, но метко, очко подрагивало. И ведь ничего с этим сделать не мог, хотя верхняя чакра существенно злилась.
А теперь что? Под напутственные слова Алексея Митрофановича, под торжественные фанфары (магнитофон) и радостное улюлюканье зрителей я покинул старт, он же торжественный финиш. Несмотря на это, хилый такой временный пункт с первоначальным недолгим осмотром и обязательным инструктированием, что участникам строго нельзя и что им мягко не рекомендуется.
И мы побежали. Хотя про некоторых так и хотелось сказать — попентюхали, так они «хорошо» шли.
Ура, товарищи!
Глава 6
Основная масса участников лыжных соревнований — добровольно-обязательные спортсмены из числа старшеклассников нашей школы. Подстегнутые суровым приказом физрука, они пошли общей кучей и как попало — по нескольким колеям лыжни и даже по целине, с лязгом, визгом и матерщиной. Для них главное было стартовать с обязательно отметкой о старте.
Впрочем, такие отметки были непременны для всех, но для школьников этой категории особенно. Потом пройти, как положит на душу, и облегченно финишировать. Время им ставилось общее, небрежно и е совсем точно. Формально, в общем. Никто и не наделся, что они что-то покажут.
Мы же, пока еще расширенная команда, шли небольшими группами по три участника. Шли по графику с четко отмеченным временем. Конкретно я шел во второй тройке с коэффициентом +0,5. это означало, что мы идем с полуминутным перерывом. И эти полуминутки потом будут вычитать из окончательного времени.
Вот и вся разница. В остальном же мои напарники были из 10 «А» класса, то есть, хотя и из соседней улицы, но чужие. Тем более, я с ними воевал в недавней свирепой драке — свалке в борьбе за место под солнцем. И хотя конкретно их я не бил, но тем не менее. И на школьной лыжне несколько раз обыгранные. Короче не раз битые и в драке и в спорте.
Это мои так называемые соперники? Да вы что? Не смешите мою покойную бабушку, она желает спокойно лежать на местном сельском кладбище!
Обменялись взглядами: я — презрительными, они — ненавидящими и даже какими-то испуганными. И быстренько разошлись, лыжня ведь длинная. Точнее, они попытались от меня убежать. Ха-ха. Ведь все в жизни относительно. Да, они споро ушли вперед. Я, казалось бы, безнадежно отстал позади, бестолковый неудачник и лопух, почему-то подталкиваемый физруком.
На самом деле, этот взрывной рывок, такой бестолковый и неумелый, как и они сами, заставил их «съесть» все и без того свои небольшие силы нетренированных подростков. Вскоре уже я
