приза и, о приятная неожиданность, удостоверение второразрядника!
По сравнению с обещанного учителем мастера спорта это было, как до Пекина одним местом, но вообще тоже ничего. Москва ведь не сразу строилась. В прошлой жизни максимум, что я имел в спорте — четвертый умозрительный разряд. А тут сразу второй и официальный, с подписью и печатями.
— У меня за всю карьеру тоже был лишь первый разряд только. Тут формальности. Кандидат в мастера и выше выдают только на региональных соревнованиях, не ниже. А здесь и второй разряд такой полуофициальный, — передал из-за спины наставник. По-видимому, ему все же было немного стыдно обнаруженной разницей между обещанным и полученным.
— Все спок! — обнадежил я его и, дрожа, отправился в автобус пить чай в передвижном буфете. Там, со стаканом огненного чая и вкусной теплой котлетой с булочкой я, наконец-то согрелся.
А с наградами было, оказывается, еще не все до конца понятно. На следующий день уже в школе меня вызвали в кабинет директора и там, не отходя, так сказать, от кассы, директор Лев Захарович в присутствии физрука поздравил меня с победой, пожелал дальнейших успехов, вручил обязательную грамоту за успехи от имени школы и совсем уж неожиданные пятьдесят рублей! Ну и абонемент диетического питания в школьной столовой на месяц.
Тогдашние пятьдесят рублей это несколько десятков тысяч в XXI веке (в зависимости от категории товара). Не фига себе!
Глава 7
Талоны на диетическое питание означали лакомиться всякими — якими яствами цельный месяц. И диета здесь была, в принципе, не причем. Местное сочное мясо, океанская рыба, современные молочные продукты были в нормальной пропорции.
Диетпитание тоже оплачивалось, хотя и в сокращенном масштабе. Считалось, что часть будут оплачивать общественные организации. Так что за несколько рублей ты попадал в почти коммунизм. Это с тем учетом, что и эти несчастные рубли тоже оплачивал профком, комитет комсомола и т.д.
Обалдев от такого приятного события, вернулся обратно в родимый класс, спокойный и невозмутимый. Там тоже криков восторга не оказалось. В Приуралье лыжи были популярны, и даже в нашем классе были почти профессиональные спортсмены на уровне юниорской команды региона. Абонент осмотрели более внимательней, поцокали и поздравили. А про деньги я вообще промолчал. Что они там не видели?
Тем более, Валя, моя ненаглядная неприступная красавица, даже не посмотрела. Как-то у нас все разладилось. И она ко мне холодна, и я к ней как-то остыл. Не знаю.
Зато дома мои наградные деньги вызвали настоящий ажиотаж. Маме я отдал сорок рублей, честно сказав, что одну десятку положил в свой карман. После десятилетия взрослой жизни пустой карман стал символом неуверенности. Экономика хоть и не рыночная, но все стоит реальных денег, хотя и сравнительно небольших.
Мама не возражала. Я еще как-то не выглядел кормильцем, и деньги мне отдавать было не страшно. В отличие от отца, у которого, как в сказке, чтобы н не покупал, все превращалось в водку.
В общем, дела шли не сладко, ни гладко. Зато во вторник после уроков Алексей наконец-то соизволил пригласить меня в небольшой деревянный домик. Превращенный в склад спортивного инвентаря он был его некой штаб-квартирой.
Там я узнал, наивный, хотя и довольно старый попаданец, что означенная победа на участковых соревнованиях формально еще ничего не решала. Следовало ждать, пока администрация и партбюро школы не постановят, что имярек такой-то, ученик 10 «В» класса, комсомолец и активист достоин выступать на районных соревнованиях. До тех пор считалось, что он победил еще условно.
Ха, ведь проходил через все это, а все забыл! И что я такой беспамятный? Ведь это вспоминать приятно, а проживать, даже второй раз, трудно.
Алексей, даже не мне, а себя, для спокойствия, сказал, что районные юниорские соревнования пройдут на базе спортшколы №3 нашего райцентра, как обычно, в эти входные. Мальчики пробегут дистанцию 15 км. Биатлона здесь нет, будет обычная лыжная гонка. Три победителя отправятся в Ижевск. А вот там уже будет гонка со стрельбой, то есть обычный биатлон. Но для этого надо обязательно пройти районный рубеж. Понял талантливый, но чрезмерно дерзкий?
Я смирено кивнул, что, мол, понял, получил дальнейшие указания. Паспорт или свидетельство о рождении надо взять обязательно, по ним нас впишут в списки участников, потом накормят, напоят и спать уложат. Но если документы забыл, не беда, ищешь своего учителя, он все сделает. И не дай бог сбежишь, струсив!
По-видимому, такие случаи уже были, выставляя зуринского учителя в таком неприглядном свете среди коллег, что Алексей свирепо на меня посмотрел и даже оскалился. Мол, укушу, подлец, если убежишь.
Я никуда удирать не собирался, паспорт гражданина СССР у меня уже был. Он будет до 1994 года, пока его не обменяют в Москве. Там я был в аспирантуре, и надо было поменять на аналогичный же, но Российской Федерации.
Кивнул, спросил про инвентарь учителя, данный мне только на одно соревнование. Не казенный все же, надо отдавать. Алексей успокоил, сообщив, что его спортивная карьера уже закончилась, а я, вроде бы, неплохой преемник. Так что бегай, пацан, дальше!
Это хорошо. Я хотя бегун был не профессиональный, но уже понял, что его набор спортинвентаря на голову выше типичных деревянных лыж и тяжелых металлических палок. Не говоря уже об эксклюзивных ботинках. Щедрый, однако!
Надо бы чем-то отдариться. Десятка у меня есть. Не мало, но и немного. Что дашь на эти десять рублей? Кроме как тривиальной водки ничего в голову не влезло. Но Алексей спиртное не пил. Он всю жизнь занимался довольно напряженными тренировками, что его и погубило уже в начале 2020-х годов. Сердце не выдержало. Да и не продаст мне никто водки, мне же еще нет восемнадцати. В советскую пору с этим было строго, если не по блату
Решил от совершенной безвыходности, что лучшим подарком будут мои хорошие спортивные достижения. А что, тоже правильно! Какой тренер не порадуется успехам своего ученика?
Так и жил. Заодно учился, тренировался, дрался. На уроке по астрономии учитель Павел Прохорович, помня о моих достижениях по физике, спросил меня по прошлой теме о строении Вселенной. Вот это он попал! Я хоть и не являлся профессиональным астрономом, но кое-что знал. Не удержался. Предупредив, что многие знания спекулятивные, рассказал о том, что знал на уровне 2020-х годов, оставив в обалдении не только свой класс, но и бедного учителя. На рубеже тысячелетий наука астрономия ведь сделала приличный рывок. Насколько
