убежал от них еще на глазах у зрителей. Их — обессиленных, даже блюющих, не смотрящих на меня — торжествующего победителя. Как они вообще попали в нашу команду? Массовость соревнованиям создавали? Или по мещанскому блату?
Видимо, не зря учитель физкультуры Алексей Митрофанович неоднократно мне жестко указывал — на идущих соперников не смотреть, бежать только по собственному отмеченному графику
Дальше я шел уже один, двигаясь размашистым, но экономным шагом, когда не столько бежишь, сколько скользишь по накатанной лыжне. Впереди идущие, самые лучшие после меня ребята должны уже убежать. Алексей их четко проинструктировал, сам слышал, если отстанут до меня, то он (я) может их побить и администрация ему ничего не сделает.
Это было сказано не мне, в принципе, я и не должен был слушать, но испуганные парни улетели, как набожные старушки от нечистой силы. Великая сила — подростковый авторитет.
А уж об основной массе позади я и не вспоминал. Как мне говорили в прошлой жизни добровольные члены комиссии из мобилизованных учителей (изобретение сугубо советское): «Иди не торопясь, любуйся на природу, село никуда от тебе не денется».
Вот и они тоже не торопились. Удмуртия — регион сугубо внутренний и сухопутный. Ни за границу, ни под лед крупных водоемов никак не уйдешь. И когда-нибудь все равно дойдешь до финиша. Я к тому времени, разумеется, докончу свою лыжню.
Это, как не говори, а уже уровень профессионального лыжника, квалифицированного и умелого. В прошлой жизни я так не умел, а сегодня, пожалуйста, мой друг. Когда научился? Бог его знает. Или, уточняя, местный Инмар. Тоже всемогущее божество, и, к тому же свой. В общем, если да, то большое спасибо.
При минимуме траты времени и сил, я шел быстро и легко. Тут главное даже не соревноваться с другими бесперспективными участниками, а, как я уже говорил, не выбиться из своего индивидуального графика. Свой, собственный, даже не физруковский, а составленный на основе прожитого опыта.
Правда, просматривать время в период гонки было технически сложнее, поскольку мои ручные часы, старенькие, врученные родителями в честь перехода в десятый класс, тогда последний, встали. Капитулировали перед морозным воздухом или отчего там еще и остановились, подняв условные руки. В первобытном же лесу сами понимаете, ни часов на деревьях, ни помощников под ними не было.
Пришлось надеяться на внутренние часы организма, и любоваться между делом на зимнюю природу. В последний раз это было, бог знает когда в прошлой жизни, примерно в восемь — девять лет назад в абсолютном времени. И вот, пожалуйста, пешая прогулка на свежем воздухе!
Небрежно шагал, с интересом любовался на размашистые ели с грудами норовящего упасть снега, на робкие осины, прижавшиеся к ним с боку. Ах, как все-таки красиво! Великолепно! Bravissimo!
Хотя и здесь понятие «лесной» было относительным. Все-таки Удмуртия уже не столь отсталая. Даже хочется сказать, к сожалению. Лыжня была проложена параллельно старинному тракту Пермь — Ижевск, являвшего частью длинной еще екатерининской дороги в Сибирь. И по ней то и дело пролетали (проползали по зимней поре) машины, уничтожая природный ритм.
Я, разумеется, поглядывал еще и на имеющую лыжню. Красивая природа — природой, но ведь не хватало еще самому упасть с переломом ноги — руки, или сломать ненароком драгоценную лыжу. Потом плюхаться по несколько километров по снежной целине и по ломающемуся насту лыжни, то еще аховое удовольствие.
Или идти по зимней дороге, у который снежные обочины так и норовили встретиться по центру. Залезть под машину в таких условиях проще простого. Вот ведь счастье по юным годам ломать кости!
А на финише обязательно встретишься с обозленным Алексеем. Тот хотя и был учителем, но в душе оставался простым грубоватым мужиком. Не хотел бы я с ним встречаться в этот нехороший миг! В морду не даст, но настроение испортит.
На второй части десятикилометровой лыжной трассы стали встречаться неторопливые лыжники. Ну как встречаться. Это были участники первой тройки, которых я, к своему удивлению, догнал. Не испугал-таки их Алексей достаточно, чтобы бежали, как зайцы. Зато стали то ли обозленными, то ли просто невежливыми.
Короче эти гнилые пацаны наотрез отказывались уступать лыжню, несмотря на мои настойчивые возгласы. Одному, самому наглому, я даже настучал в бубен, не сходя с лыж. Бедняга, зарывшись в глубокий снег, пытался разобраться в кутерьме ног, рук, луж и палок. Он теперь надолго поймет, что лучше соблюдать политес, если ты недостаточно силен, чем получать в морду и лежать в снегу на приличном морозе.
Ближе к концу соревнования похолодало, и я стал откровенно мерзнуть. Проблема даже заключалась не в двадцати градусах со знаком минус, а прерывистом холодном ветре, легко пронизывающем насквозь на открытом поле, куда меня вывела лыжня. Ух, так я не замерзал целую вечность, целые десятилетия!
Вот эти отмороженные моржи стойкого ХХ века! В нашем бы слабохарактерном XXI веке соревнование бы взяли и просто отменили! Какой передовой советский спорт при такой низкой температуре. А тут даже не подумали об этом. Ведь нежные же дети же мерзнут, а им хоть бы хны!
Тут бы и загнулся несчастный попаданец, но к его счастью, финиш уже был близок, а там такие красивые автобусы! Теплые и не продувающиеся любыми ветрами. Вот мой самый ценный приз.
Мое появление на финише почему-то вызвало у окружающих бурный переполох, словно я какой вшивый фриц со «Шмайсером», а они наши «беззащитные» тыловики с оглоблями.
Прошел поближе. Точно суетятся, как аборигены в последние дни Помпеи. И что тут такое тяжкое стало? Пожар начался? Волки прибежали? Э-э, девок толпой ловят, чтобы потом оприходовать?
Конечно, последний вариант переполоха самый дурной, но и остальные тоже не лучше. Волков в регионе уже лет двадцать как перебили, а это не просто так. Знаете, сколько весит взрослый волк по данным компетентных органов? Вот я прикину — один волк тянул аж на целого декана факультета (я тогда было уже ушел с этого поста по причине шероховатостей с ректоратом). Плюс заведующего кафедрой да еще одну ногу доцента (это я). Вот какое неумное начальство стало!
Пожар же случай совсем уголовный и тут без волков станет туго. Ведь кого-то наверняка посадят. Так что, бог с ним, лучше уж пусть девки мужиков ловят.
Увидел недовольного Алексея Митрофановича, поинтересовался возможными причинами идущего беспорядка, нафантазировав на лыжне. Однако, физрук, как плохой оратор, пошел по самому плохому пути — ответил вопросом на вопрос:
— Ты нигде нашу лыжню не срезал, молодой да ранний?
