этого выезжают две половинки тела и застегиваются сначала сами с собой, а потом уже с поясом. Кираса с рисунком, словно состоит из кучи маленьких пластинок, скрепленных между собой. Руки с рисунком, словно кольчужные, надеваются потом и пристегиваются к туловищу большими наплечниками с гербами Города и подразделения. Ну а далее уже маленькие детали. Перчатки и Шлем. Шелом у «Витязя» был красивый, конусный с открывающимся забралом-маской.
– Сударыня чародейка первого класса, богатырь седьмого класса Попович Алексей готов к исполнению поставленной ему и его команде задаче.
– Вольно богатырь, – кивнула Премудрая, – слушайте задание. Я не стала его рассказывать вашим людям, так как не люблю повторять.
Эта женщина вызывала у Алексея двойственные чувства. Она была действительно прекрасна и лицом, и формами, и хотелось в нее за это влюбиться, но повадки ее, надменность нескрываемо сквозящая во взгляде, вечный брезгливый изгиб губ, отрезвляли не хуже холодного душа и отталкивали от нее обычных парней, таких как Алексей. Это была женщина высшего круга. Такая дорогая хрустальная ваза за неимоверные деньги, которой хочется любоваться, но трезво понимаешь, что на приобретение ее денег нет, и никогда не будет. Да и цветы туда не поставишь, вспоминая, сколько потратил на нее.
Была Елена Мудрова жгучей брюнеткой, яркой брюнеткой. Волосы цвета воронова крыла водопадами спадали до поясницы. Хорошие волосы, жесткие, сильные. Бывает, у девушек так же водопадами волосы спадают на плечи, а хвост завяжет – только ручеек остается. Тут же был не тот случай, тут если косу заплести, то коса в руку толщиной будет, всем косам коса. Да и брови у красавицы были черными, разлетались в разные стороны крыльями. А под ними ты ничего больше не замечал, кроме черных очей. Ни носика правильного, тонкого, ни губ коралловых, только глаза, черные глаза. Таких глаз Алексей не видел раньше ни у кого. Синие, зеленые, серые, карие, но черные были только у Елены Мудровой. Ну а стать у бабы была обворожительной. Все что нужно было женщине у нее имелось и в том количестве, какое мужикам нравится. Все было хорошо в чародейке, да только вот норов с гонором подвели, делая все это второстепенным.
– Итак, судари дружинники, я отправляюсь в лес по заданию руководства, ваша задача сопровождать меня и выполнять все мои приказы, – начала предрейдовый инструктаж чародейка, – чтобы не было лишних вопросов, скажу, зачем мы идем в лес, чтоб потом шушуканья за спиной не было и вы точно знали, за что шкурой рискуете. Наши ученые, опираясь на рапорты дозорных и экспедиционного корпуса, отметили возрастающую с каждым месяцем активность зверья по всей планете, особливо псевдов. Наша с вами задача это проверить.
– Мы что, месяц будем в дозоре? – подал голос Николай, медик отряда.
– Если руководству Города потребуется, вы будете год в дозоре, питаясь подножным кормом, – отрезала Премудрая, – но вам повезло, вы будете со мной в дозоре всего неделю. Есть на карте контрольные точки, как мне рассказали ученые, по ним хорошо видно активность местной фауны, вот мы по ним и пройдемся. Если там активность выросла, значит, она выросла и по всей планете. Ну, как минимум, на нашем материке. Понятно?
– Так точно, – хором ответили бойцы.
– Богатырь Попович, отдавайте приказ на выдвижение к западным воротам, я присоединюсь к вам уже там.
– Есть выдвигаться с отрядом к западным воротам, – кивнул Алексей, – отряд, выдвигаемся!
Парни вышли в коридор и начали спуск по специальной лестнице. Архитекторы, проектировавшие это здание, были не дураки. Они делали с каждого этажа несколько входов и выходов. Лифтов не было, только лестницы, но и те были разными. По обычным лестницам поднимались и спускались люди в обычной униформе, для воинов в бронедоспехах были выделены специальные лестницы, способные выдержать вес даже отряда в тяжелых скафандрах типа «Ильи Муромца». Путь до западных врат был долгим, машину предоставлять им никто не собирался, ибо Дисциплина не поощряла облегчение труда, а в подземку они в доспехах попросту не влезут, как, впрочем, и на наземный транспортер. До ворот приходилось добираться пешком, благо сервоприводы помогали и ускорители давали возможность не плестись с человеческой скоростью. Когда они прибыли к западным воротам, там уже их ждала Елена Премудрая. Или чародеи умели летать, или ее добросили сюда на машине. Это для обычных граждан, будь они хоть дружинники Управления дозорной и караульной службами, хоть богатыри седьмого класса нельзя машинами пользоваться для служебных нужд, а чародеям, видимо, можно. Но на то она и Дисциплина, кому-то запрещать, кому-то разрешать, нам, серым и убогим, логику великой богини понять не дано, остается только верить в истинность такого мироустройства.
– Готовы? – не спросила, а констатировала Елена. – Тогда вперед!
Да, доспехи чародеев высшего класса сильно отличались от обычных. У имевшейся в отряде Алексея чародейки Алены Игоревой женский вариант бронедоспеха «Витязь» был оборудован усилителем психофизических сил чародейки, напоминающим кокошник. Вот и все, чем мог похвастаться штатный отрядный чародей. Доспех Елены Прекрасной ярко отличался от обычных стандартов.
– И как на такое, интересно, Дисциплина смотрит? – мелькнуло у Алексея в голове. – Неужели им и это можно?
Выходило, можно. На Премудрой был анатомический корсет, подчеркивающий все ее прекрасные формы. Ноги и руки были покрыты тонким слоем бронепластика, и создавали иллюзию тонких сапожек и перчаток, чуть ли не кожаных. А поясом служила чародейки юбка, с длинными полами спереди и сзади и почти не имеющая полы по бокам, украшенная огромной застежкой в форме переплетающихся двух змей, обрамляющих кроваво-багровый камень. Шлем, имеющий усилитель психофизических сил, был выполнен в виде короны. И все это было отнюдь не окрашено в стандартный серый цвет, с обозначением рода войск, символом Города на наплечниках и грудной пластине, как у дружинников, а кроваво-красного цвета, с обрамлением из позолоты. Богато выглядели доспехи, богато. И будут сильно заметны в Лесу.
Ворота открылись, и отряд двинулся в очередной дозор с внеочередным заданием. Первые два километра выжженой земли прошли быстро, а потом нырнули в Лес. Лес впустил дозорных без осложнений. Просто расступился перед ними и сомкнул свои ветки за их спинами. Большие вековые деревья даже не заметили появления короткоживущих. Что было этим великанам до человеческих распрей, дрязг, поломанных судеб, карьерных взлетов, ничто было им не интересно. Великаны стояли незыблемо в думах о вечном. Средние деревца и совсем еще мелкие, при виде людей задергали ветками, затрепетали, то ли
