люди могут делать наперекор всему, в политических или иных целях, но никак не твари лесные.
– Что верно, то верно, – кивнул десятник, – зверь, пусть даже и псевд, не будет никогда пренебрегать ближайшим ради далекого. Звери, пусть хоть и псевды, на инстинктах живут.
– Вот, – улыбнулся и огладил бороду колдун, – а теперь ответь, зачем волколакам идти к нам за оленями, если ты сам говоришь, что на пути у них дичи было предостаточно?
– Я об этом как-то и не задумывался, – почесал свою небольшую бороденку Кий.
– Вот и вожди с главным волхвом не задумываются, а я вот задумался.
– Так ты с ними и поделись своими думками, может, вместе что и решите.
– Не, – помотал головой колдун, – слишком мало информации, слишком мало фактов, это может быть как обычная случайность, так и обретение волколаками разума и попытка прощупать нашу оборону, дабы начать войну.
– А может тогда языка проще взять? – предложил парень.
– И на каком языке он тебе будет выдавать священные тайны волколаков? Ты по их разумеешь?
– Какие тогда будут предложения?
– Я поговорю с вождями и волхвом и попрошу выделить завтра мне вашу пятерку для охраны, мы пойдем в Лес, и я поищу доказательства первого или второго, – спокойно выдал свои планы на будущее Древослав.
– А ничего, что мы вчера только прибыли из рейда? – поинтересовался Кий.
– Ничего, до завтра у вас у всех есть время отдохнуть и выспаться, – ухмыльнулся старик, и развернувшись проследовал к землянке для собраний.
– Ну что за жизнь, итить твоего волколака в душу мать – выругался Кий, – ну вот как за домом смотреть теперь, коль только придешь из Леса, сразу обратно посылают, надо же еще ребят предупредить.
И он пошел предупреждать ребят, делая недовольную морду, но в душе радуясь, что не нужно теперь заниматься всеми этими бытовыми делами.
Утром они встретились на центральной площади поселка, как раз перед землянкой для собраний и капищем Свободе. Увидев Древослава, Кий обомлел. Он видел несколько бронедоспехов высших колдунов, но такое ему ранее видеть не приходилось. Весь костюм состоял из робы до пят, обладающей подсветкой изнутри, что создавало эффект светящейся белизны, опоясанной широким поясом, который, как почти во всех доспехах, являлся основой комплекта. Руки с туловищем соединяли не массивные наплечники, а единая деталь, выполненная в виде меховой накидки на плечи. Но самой удивительной частью доспеха был шлем. Он с точностью копировал голову оленя с рогами, видимо ретрансляторами и усилителями психофизической энергии. Подобно лешему, Древослав опирался на посох длиной в его рост в доспехе, только у человека был красиво вырезанный посох, украшенный рунами, а не просто толстая палка.
– А посох то зачем? – не удержался от вопроса Ждан.
Видимо, начинающему колдуну было интересно, чем посох может помочь в психофизическом деле.
– Хожу плохо, – буркнул в ответ старец.
Кий оглядел попутчика и вздохнул: этот светящийся белый саван будет предупреждать всех обитателей Леса на много километров вперед них самих. Древослав уловил его взгляд, точнее наклон головы в шлеме.
– Не бзди десятник, у меня в доспех мимикрия заложена, так что буду не более заметен чем вы, – донеслось из оленей головы, – а подсветку и отключить можно, она ничего нужного не несет, исключительно для красоты и пафоса включаю.
Древослав выключил подсветку, и тут же включив мимикрию, растворился на фоне окружающей среды. Через несколько секунд он выключил камуфляж, экономя батареи, и предстал пред глазами Кия.
– Это радует, – удовлетворенно кивнул парень, – а то я думал нам придется белым воронами по Лесу идти, привлекая внимания каждой твари.
– Меня же Древославом кличут, – усмехнулся старец и открыл забрало шлема, – я знаю, как по лесу ходить, я по молодости и в одиночку от Китежа сюда хаживал.
Без забрала из морды оленя вид у колдуна был забавен: сразу хотелось спросить, кто ему рогов наставил.
Лес их встретил хорошо. Тишиной, спокойствием, шелестом трав и листвы. Погода была теплая, с набирающим силу ветром, от того облака по небосклону неслись, словно табун оленей, поднятых с пастбища хищником. Мимикрию пока не включали, шли открыто, но без технических приспособлений. Зверям мимикрия безразлична, они тебя даже не видя учуют. Да и людям в бронедоспехах тоже: почти в каждом есть датчик тепла и ультрафиолетовый сканер местности, которые позволяют обнаружить бойца со включенной мимикрией по другим спектрам наблюдения. Но никто сразу эти приборы не включает, только по необходимости, и у группы с включенной мимикрией есть шанс на неожиданное появление и первый удар. Шли по маршруту, скинутому Древославом всем бойцам на их маршрутизаторы. Это была ломаная линия, хорошо так ломаная, кое-где подходившая почти вплотную к городским стенам, где-то удалявшаяся от них на десятки километров. Если бы не отмеченные контрольные точки на ней, можно было бы принять эту ломаную линию за просто росчерк на карте, но с контрольными точками в этом рисунке появлялась логика, хотя пока она была понятна только Древославу.
Первой контрольной точкой стало небольшое озеро километрах в восьмидесяти от поселка. К нему отряд шел больше половины дня. Если бы не оборудованные ускорителями доспехи, парням пришлось бы на это потратить целый день, а то и больше. Надо отдать должное Древославу: путешественник из него был неплохой. Сразу видно, дядька ходил по Лесу немало. Он умел силы беречь на ходу, умел шаг рассчитывать, чтоб не напрягаться, умел темп общий держать, шуткой уставшего приободрить.
– Я смотрю, ты дядька, много по Лесу ходил? – напрямую спросил Кий.
– Приходилось.
– А с чего это колдун, да один из первых, по Лесу сам шастает? – поинтересовался десятник. – Я, например, других таких колдунов не знаю, они обычно в поселке сидят и носу за ограду не кажут, только если произойдет что-нибудь неординарное.
– Просто я Лес люблю больше поселков и людей, – ответил Древослав, – есть такая пословица: чем больше узнаю людей, тем больше нравятся мне псевды. Вот у меня примерно так.
– И отчего же ты род людской невзлюбил? – удивился парень.
– Тебе сколько лет Кий?
–
