– За что же он так со мной? – плакалась в отчаянии она матушке Петра Наталье. – Что я ему сделала не так? Иль не мила совсем? Я ж его одного люблю, за что же он со мной так? – не унималась Евдокия.
– Не печалься, милая, – отвечала Наталья. – Государь занят великими делами, тебе ведь об этом известно. Ему сейчас нет дела до твоих переживаний, у него есть дела важнее. Но это все пройдет и все у вас наладится.
Однако Наталья немного лукавила. Не оттого, что желала Евдокии зла, вовсе нет. Евдокия была ей мила. Наоборот, она хотела защитить ее, жалела. И всячески хотела оградить от того, о чем знала сама. А знала она о некой Анне Монс, дочери виноторговца, с которой сын ее познакомился в Немецкой слободе и завел интрижку. Ей было неизвестно о том, была ли эта девица умна или красива, однако она знала, что именно в ее обществе он предпочитал проводить все свое свободное время. Во дворе ходили слухи о том, что она была веселой, любвеобильной, находчивой, всегда готовой пошутить, сплясать или же светскую беседу поддержать. И в какой-то степени Наталья даже понимала Петра. Ведь Евдокия была всего лишь ограниченной красавицей, которая была способна только наводить тоску своею рабской покорностью, а также слепою приверженностью к старине.
Евдокия хотела верить Наталье. И она верила. Но было ей оттого только хуже.
Глава 11
Превратности судьбы
Петр тем временем не беспокоился о том, что так сильно терзает его супругу. Днем он решал важные вопросы государственного значения, а в ночи давал себе право отдохнуть на славу. Его жена была им нелюбима, да он, в общем-то, любви и не искал. Ему вполне хватало плотских утех, которые он имел в изобилии. Но он еще не знал, что судьба приготовила ему иной жизненный путь, на котором ему предстоит встретиться с Мартой.
Не знала и Марта о том, что жизнь сведет ее с одним из самых величайших правителей всея Руси, великим Петром Первым. И «не знала» – это очень мягко сказано. Ее судьба была совсем предсказуемой и не предвещала никаких значительных перемен.
Марта Скавронская была обычной безродной прибалтийской крестьянкой. Родилась она 5 апреля 1684 года в пределах современной Эстонии, которая на то время являлась частью шведской Ливонии. Детство у Марты выдалось нелегкое – девочка очень рано потеряла своих родителей и до двенадцати лет ее воспитывала тетка. Затем тетка отдала ее в услужение Эрнсту Глюку, лютеранскому пастору.
Когда девушке исполнилось семнадцать, ей по всем тогдашним обычаям подыскали положительного мужа, которым стал шведский драгун Иоганн Крузе. Страшилась Марта замужества, не хотела идти за незнакомца. Но никто ее о том не спросил, не положено было. Молча приняла Марта свою судьбу. Свадьба была сыграна, и настал черед первой брачной ночи.
Войдя в комнату, Марта вся дрожала. Все это было ей непривычно и неуютно. Она не знала, что надлежит делать в такой ситуации и оттого боялась еще больше. Но имеющий немалый опыт Иоганн знал, как поступать. И сделал он так, что в эту ночь Марта поняла: замужество имеет хотя бы одну прелесть.
О других его прелестях ей узнать было не суждено, так как буквально через пару дней на крепость Мариенбург напали русские, и Иоганн вместе со своим полком был вынужден отправиться на ее защиту. После этого Иоганн пропал без вести, и больше никогда Марта не встретилась со своим первым мужем.
Крепость Мариенбург пала двадцать пятого августа 1702 года под наступлением армии, которой мудро командовал фельдмаршал Борис Петрович Шереметев. Служанка пастора случайно попалась ему на глаза и тут же особо приглянулась. Да так приглянулась, что решил он сделать ее своею любовницей. Марту снова никто ни о чем не спросил.
Уже не потому, что так было не положено, а потому, что никому не было никакого дела до ее мнения. Она должна была снова молча смириться со своей судьбой и предоставить себя захватчику. Все ее естество противилось этому, она сопротивлялась, как могла. Но Шереметев укротил ее.
Однако ненадолго – через несколько месяцев она была передана в распоряжение князя Александра Меньшикова. Марта была в полном расцвете сил, и ее цветущая красота не смогла оставить равнодушным Меньшикова, он тоже захотел насладиться ее прелестями. На сей раз Марта уже не сопротивлялась. Она смирилась со своим предназначением – дарить мужчинам любовные утехи, быть куртизанкой. И когда ее возжелал сам великий царь Петр Первый, она ничему не удивилась. Это уже было для нее привычным делом. Между тем, Петр мыслил немного иначе…
Стоял холодный осенний вечер 1703 года. Петр появился на пороге дома Меньшикова.
– Царь-батюшка, мы рады Вас приветствовать в своей обители и щедро угощать нашими яствами! – радостно воскликнул Александр, когда Петр переступил через порог его дома. Он тогда еще не знал, какого именно яства захочет отведать государь…
Государь прошел к столу и расположился за ним. В доме уже собралась веселая компания, вечер обещал быть интересным.
– А вот и девица с кувшином долгожданного вина! – заметил Петр вошедшую в зал с вином Марту, его очень мучила жажда с дороги.
Но, завидев девушку, он как будто бы забыл о своей жажде. По крайней мере, о жажде, которую можно утолить вином. Он пристально следил за девушкой, которая, казалось, не заметила его даже после громко произнесенной им фразы. Девушка была восхитительна. Милое личико, роскошные волосы… А изгибы ее тела и вовсе помутили государев рассудок.
Марта же, как только разлила вино по красивым бокалам, тотчас же и удалилась, не задерживаясь ни на минуту. О приезде Петра в доме Меншикова было известно заранее. Она вся измоталась от приготовлений к визиту великого царя. К вечеру она уже буквально ненавидела его за то, что ему вздумалось приехать. И вот она его увидела. Своими глазами.
Петр показался Марте напыщенным дуралеем, охотным только до пьянок да развлечений. Она видела его похотливый взгляд, облизывающий ее с ног до головы все время ее нахождения в зале. Ей больше не хотелось туда возвращаться, но это было неизбежно – ей нужно было то и дело подносить к столу новые блюда и наполнять бокалы вином.
– А кем, собственно, является эта дивная девица? – поинтересовался, наконец, у Меньшикова Петр.
– Эта? Так это Марта, жена моя походно-полевая! – усмехался Александр.
– Где же ты отыскал такое дивное сокровище? – допытывался государь.
– У Шереметева перехватил. А вообще… дивная у нее история, – отвечал Меньшиков. – Иная судьба ей была уготована до встречи с русскими.
– Продолжай, – молвил государь.
– Много бед пережила девчушка на своем веку. Еще будучи совсем малышкой, потеряла она родителей своих, да осталась с теткой. Тетка девчонку не баловала, но до двенадцати лет дотянула кое-как. После передала ее пастору лютеранскому на попечение. Там девица тяжело трудилась, рук своих не покладая, пока взрослого возраста не достигла. Тут же ей сыскали жениха, драгуна шведского. Неизвестно мне, правда, были ли у них нежные чувства друг к другу, Марта на сей предмет не больно разговорчива, однако же знаю, что долго замужней ей быть не посчастливилось – тут же драгун был отправлен на защиту крепости Мариенбург, где и пропал. Шереметев, ворвавшийся в крепость, тут же положил на нее свой меткий глаз, не дурак. Но пришлось ему ее мне уступить! – радостно заключил Александр.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
