Разумеется, она отказывалась поверить в правду — ведь она была всего лишь простой актрисой. Она надеялась, что когда он узнает об этом, то уже полюбит ее и его не будет заботить, что скажут в обществе. Она надеялась, но этого не произошло.
Однако он не был таким уж плохим. Теперь она должна думать о нем как о Растмуре. Она должна отделить прошлое от настоящего. То, что происходило между ними три года назад, прошло и должно быть забыто. Он лорд Растмур, а ей нужно усвоить, что для нее он недостижим.
Однако она по-прежнему была не в силах заснуть.
В дверь тихо постучали. Джулия хорошенько заперла ее, хотя и не думала, что Растмур захочет ее навестить. Она полагала, что, скорее всего, он проведет ночь с одной из женщин внизу. Тогда кто же еще мог стучать ночью в ее дверь?
Был лишь один способ узнать.
— Кто там? — тихо спросила она.
Никто не ответил, и она было подумала, что стук ей лишь почудился, как вдруг он раздался снова. Что ж, может, ее вопроса просто не услышали. А может, это действительно Энтони… Растмур и он не желает привлекать внимание. Если он подозревает о существовании какой-либо опасности, то разумно соблюдать тишину.
Она обернула вокруг себя одеяло и прошла к двери.
Открыв ее, Джулия с удивлением обнаружила, что стучал не Растмур, а тот пожилой джентльмен из общей комнаты.
— Добрый вечер, сэр, — сердечно произнес он. — Не возражаете, если я зайду на минутку?
Джулия плотнее завернулась в одеяло. Боже, такого она совсем не ожидала! Очевидно, этот человек до сих пор верил в ее маскарад. Разумеется, впускать его ей вовсе не хотелось. Но ему и не нужно было приглашение. Мужчина бесцеремонно прошел в комнату мимо нее. И Джулия была слишком ошарашена, чтобы протестовать.
— Я удивлен, сэр. Уже достаточно поздно, и я думал, вы давно в своей собственной комнате.
Мужчина не понял.
— Извини, парень. Я лишь не хотел быть слишком прямолинейным там, внизу, при твоем друге. Кажется, он горел желанием убедиться, что я не пойду следом за тобой. А между вами точно только деловые отношения?
— Что? М-м… да, разумеется.
— Что ж, я рад это слышать. Мне бы не хотелось с ним связываться. Но если вы не вместе, то мне нечего бояться, я правильно понял?
Джулия не понимала, о чем он говорит, и не была уверена, что ей хочется понимать. Ее беспокоил нетрезвый блеск в глазах мужчины и то, как он улыбался. Зачем он здесь? Неужели раскрыл ее хитрость?
Она почувствовала себя крайне неуютно.
— Сэр, должен сказать, что мой друг планирует отправиться рано утром, так что…
— Ш-ш, не беспокойся, парень. Я уйду задолго до того, как твой компаньон встанет. Он уже в своей комнате и вряд ли завтра рано поднимется, судя по тому, как он сегодня налакался. Так что улыбнись, мой ягненок, у нас впереди целая ночь.
— Целая ночь?! — Боже правый, кажется, она начала понимать. — Сэр, боюсь, вы ошиблись.
Он ухмыльнулся и подошел к ней вплотную.
— Никакой ошибки, парень. Я давно не юнец, но уверяю тебя, я не ошибся, говоря о «целой ночи». Я и вправду неплох в этой области, если можно так сказать.
Джулия попятилась, судорожно прижимая к себе одеяло. Наткнувшись на кровать, она села на нее.
— Отлично! Значит, перейдем сразу к делу, — отозвался мужчина, подсев к ней.
Заключив Джулию в объятия, он попытался поцеловать ее, а заодно и освободить от одеяла. Причем он оказался чрезвычайно быстрым для пьяного. Одеяло мешало Джулии отбиться от нахала, и она лишь еще сильнее запуталась в нем.
Должно быть, мужчина принял ее возню за энтузиазм и стал перечислять все те восхитительные вещи, которые собирался сделать с ней сегодня. Боже правый, ей вовсе не хотелось выслушивать это, не говоря уже о том, чтобы пережить! Почему, ну почему она всегда так мила с мужчинами?
— Было очень умно с твоей стороны дать мне знать, которая из комнат твоя, — сказал с ухмылкой мужчина.
— Уходите, сэр! Вы не за того меня приняли!
Черт побери, она лишь запутывалась все больше, пытаясь сопротивляться.
— Сэр, вы должны остановиться. Я настаиваю!
— О, так ты хочешь поиграть в неприступность? Продолжай, это меня возбуждает.
— Нет, это… нет! — вскричала Джулия, когда рука нахального гостя скользнула вверх по ее ногам, приближаясь к ягодицам.
— О да, да!
Проклятие, да он ничего не желает слышать! Нужно как-то заставить его остановиться. Джулия собралась с силами и приготовилась закричать. Но тут мужчина вдруг дернулся и воскликнул:
— Какого черта!..
Нет, минуту. Это был не его голос. Это был голос Растмура. О, слава Богу. Она спасена. Здесь Энтони!
Джулия готова была танцевать от радости, если бы только не была плотно завернута в одеяло и не лежала лицом вниз на кровати.
— Вам не мешало бы сначала постучать, приятель, — произнес мужчина.
— Когда я услышал шум, то счел необходимым вмешаться, — сухо ответил Растмур. — Что здесь происходит?
— Энтони, он… — начала Джулия, но мужчина прижал ее к постели и спросил, обращаясь к Растмуру.
— А на что это похоже? Мы взрослые люди и заняты любовными играми. Я бы попросил вас дождаться своей очереди, если не возражаете.
К удивлению Джулии, Растмур пожал плечами:
— Отлично, но сначала я хотел бы показать вам кое- что, о чем вам следует знать.
Растмур подошел к кровати и оттолкнул мужчину. Джулия была готова броситься в его объятия, но он лишь схватил ее за плечо и перевернул на спину. Прежде чем она успела что-либо предпринять, Растмур схватил край ее одеяла и откинул в сторону. Боже правый, зачем он обнажил ее!
— Энтони! — вскричала она, натягивая одеяло и плотнее заворачиваясь в него.
Черт бы его побрал! Как он смеет так унижать ее!
— Бога ради, так это женщина! — вскричал мужчина и вскочил с постели так быстро, словно увидел скорпиона. Его взгляд упал на Растмура, потом снова на Джулию. — Что это за игры, мадам? Если бы я захотел женщину, я бы купил себе шлюху!
С обиженным видом он собрал свою одежду и бросился к двери.
— По крайней мере, я узнал правду раньше, чем сделал что-нибудь, о чем бы потом пожалел! Но честное слово, изображать из себя мужчину, в то время как на самом деле… Клянусь вам, вы… это противоестественно!
С этими словами он распахнул дверь и вышел.
Джулия была настолько поражена происшедшим, что не смогла ничего сказать. Она некоторое время смотрела на дверь, а потом перевела взгляд на Растмура. То, что она испытывала сейчас, никак нельзя было назвать благодарностью. Скорее это была слепая ярость.
— Итак, Джулия, — произнес он, и его голос показался ей слишком уж беззаботным, учитывая обстоятельства, — вижу, ты ничуть не изменилась с тех пор, как мы виделись в последний раз.
