Бычья шея, бритый череп, коренастое тело. Он представился Майком. Руки и предплечья были разрисованы так же мрачно, как и сам фольксвагеновский фургон. Среди татуировок мелькали пауки и черепа, и Алисé показалось, что она узнаёт жуткого клоуна Арта из серии «Террификатор».
Многовато хоррор-клише, — подумала она. — Как в дешёвом фильме. Хотя клише не рождаются на пустом месте.
— Меня зовут Амир, — черноволосый мужчина перегнулся со своего места к окну. На вид ему было лет на пятнадцать больше, чем парочке на передних сиденьях — тем едва стукнуло двадцать.
«Спасибо, но мы лучше пешком» — вертелось у Алисé на языке. При виде этой троицы у неё возникло то же чувство, что и рядом с Эмилией Бергманн. Но Нико и без того был раздражён, и ей не хотелось снова упускать удобную попутку — теперь ещё и под хлещущим дождём.
— Куда вы направляетесь? — поинтересовался Амир.
Из окна фургона потянуло запахом гашиша.
— В один отель, — выпалил Нико, в очередной раз слишком поспешно.
Почему он опять доверяет совершенно незнакомым людям? Ему достаточно посмотреть в зеркало и оглядеть собственные ссадины, чтобы понять, к каким роковым и болезненным последствиям это может привести.
— «Отель де Виль», — добавил он сверх всякой необходимости.
— Никогда не слышала! — сказала Дэни.
Майк тоже изобразил полное неведение, одновременно поглаживая бёдра своей подруги — на вкус Алисé, чуть слишком томно и чуть слишком близко к промежности.
— Меня бы тоже удивило обратное! — бросила Алисé, теперь уже с твёрдой уверенностью, что ни за что на свете не сядет к этим странным типам в машину.
Но тут произошли две вещи, которые в долю секунды заставили её передумать. Во-первых, с неба обрушился тяжёлый град.
А во-вторых, она услышала, как Амир произнёс со среднего ряда:
— Так это же та старая громадина, тут совсем недалеко. Роскошный отель, который пустует уже несколько десятилетий, верно?
ГЛАВА 20.
Амир.
Когда эти двое забрались внутрь, он обменялся с Дэни многозначительным взглядом.
Легко не будет.
Девчонка, назвавшаяся Алисé, была идеальна. Именно то сочетание невинности и жажды свободы, которое так любят зрители. Особенно когда видят контраст «до и после» — как её сломали. Сейчас она выглядела милым, но диким жеребёнком, которого предстояло объездить. Потом от неё останутся руины.
Отличный материал.
— Откуда ты знаешь «Де Виль»? — спросил её парень.
Голос у него был радостный, облегчённый — наконец-то не нужно тащиться пешком, — и это вызвало у Амира усмешку.
В отличие от Алисé, с ним проблем не возникнет. Этого простодушного идиота можно вырубить как ребёнка. А вот Алисé — из тех девушек, которые до утра отплясывают в клубах, но ни на секунду не спускают глаз со своего бокала, чтобы туда никто не подмешал клофелин.
При нормальных обстоятельствах она, скорее всего, вообще бы не села в фургон — настолько была осторожна. Какая удача, что он действительно знал «Отель де Виль». Амир постоянно выискивал жуткие заброшенные места, подходящие для съёмок. И «Де Виль» давно значился в его списке. Вокруг этого отеля клубились мрачные легенды, но почти никто, казалось, не знал о нём и тем более не бывал там.
А кто-то, судя по всему, прикладывал нечеловеческие усилия, чтобы вычистить из сети любое, даже крошечное упоминание. Правда, хватало этого лишь на несколько дней — потом зловещие истории всплывали снова, — но Нико и Алисé, очевидно, попали как раз в мёртвый промежуток.
Не повезло им. Повезло нам.
— «Де Виль»? — подхватил Амир вопрос Нико. — Его тут многие знают, но мало кто хочет об этом говорить.
— Почему?
— Ну, жуткие истории, которые вокруг него ходят, — не лучшая реклама для здешних мест.
— Какие жуткие истории? Что-то связанное с пациентами? — спросила Алисé, не отрывая взгляда от бокового окна.
Если бы недоверие было веществом, её голос был бы чистейшим концентратом.
— Да, говорят, «Де Виль» только притворялся отелем. На самом деле это якобы была клиника. И в ней проводились чудовищные эксперименты.
— Какие эксперименты? Что-нибудь извращённое? — со смехом спросила Дэни с переднего сиденья.
Её это, похоже, забавляло. А вот Алисé рядом с Амиром сжималась всё сильнее — он чувствовал это кожей.
— Жена главврача была, по всей видимости, безумна, и муж хотел избавить её от галлюцинаций.
— Он был мозгоправом? — уточнила Дэни.
— Да, только без таблеток и разговорной терапии.
— А как тогда?
Амир на мгновение приподнял обе ладони:
— Я могу лишь пересказать то, что слышал.
— Ну и?
— Врач хотел глубже изучить её психическое состояние, понять природу её странных видений.
— Каким образом? — спросил Нико.
— Похоже, он искал противоядие. И ради этого стал привозить в свой отель других безумцев.
— Не понимаю, — сказал Майк.
Ну разумеется, откуда ему понять, если вся кровь, необходимая мозгу для логического мышления, у него сосредоточена исключительно в мышцах.
— Говорят, он работал над чем-то вроде вакцины — против галлюцинаций. Вводил её пациентам прямо в глаз, чтобы сделать их невосприимчивыми к видениям.
— И получилось? — возбуждённо спросила Дэни.
— Скорее нет. Говорят, пациенты умирали в страшных мучениях. Их крики якобы слышны в здании до сих пор. Жену свою врач тоже спасти не сумел. От горя он и сам сошёл с ума.
— Дай угадаю, — весело сказал Нико, — её призрак до сих пор бродит по этому отелю, так?
— Не совсем. Говорят, что женщина на самом деле вовсе не была одержима видениями. Демон, которого она видела, существовал в действительности. И до сих пор обитает в отеле. Очевидцы утверждают, что видели красный клубящийся туман, который поглощает всё на своём пути.
Амир покосился на Алисé. Она что-то пробормотала. Ему послышалось — «Кровавый туман»?
— Ну и история, — протянул Майк и включил поворотник после того, как Амир жестом показал, что нужно свернуть на ближайшем съезде.
В зеркале заднего вида было прекрасно видно, как Майка возбуждает мысль использовать «Де Виль» в качестве локации для съёмок. И он был прав. Там наверняка будет в тысячу раз лучше, чем в их фургоне на какой-нибудь лесной просёлочной дороге.
Террор-порно в декорациях заброшенной легенды.
Амир и сам толком не понимал, почему до сих пор не наведался туда. Вероятно, его подспудно задевала эта история с «инъекцией в глаз». С тех пор как он однажды видел, как маленьким мальчишкам срезали роговицу с глаз, он был в этом отношении… чувствителен.
Он посмотрел на Алисé. После упоминания красного демона она сжалась ещё сильнее, хотя, казалось бы, дальше некуда.
Что ж, с ней будет непросто.
Впрочем, просто не бывало никогда — если подумать. Тем более что Алисé, когда фургон добрался до конца узкой подъездной дороги и отель наконец предстал перед ними, впилась зубами в собственную ладонь, чтобы подавить короткий, но мучительный крик.
ГЛАВА 21.
Алисé.
Когда Алисé выбралась из машины, град давно прекратился. И всё же дождевые капли, вновь завладевшие ночным воздухом, впивались в кожу головы, словно ледяные иглы, проникающие сквозь черепную кость прямо в сознание.
Как такое возможно? Как это может быть?
Словно мрачная легенда Амира не пробудила в ней и без того достаточно страхов, Алисé почувствовала, как всё её тело деревенеет. Она уставилась на строение перед собой так, будто этот образ должен был выжечься на её сетчатке раз и навсегда.
Заброшенное здание угрюмой глыбой вдавливалось в чёрное небо — метрах в ста от них, за строительным ограждением. Нигде не горел даже самый слабый огонёк. И всё же она его узнала.
