ты стал считать мои бабки? — Гор тоже подался вперед, уперев локти в колени.
Черная бездна в глазах Гора стала ледяной и угрожающей. У меня от этого взгляда мурашки по спине пробежались. Гор не моргал. Внешне он выглядел совершенно спокойным. Никаких нервных или суетливых движений. Непоколебимость. Будто этот мужчина и в самом деле настоящая гора. Кричи на нее, бей, царапай — без толку. Себе же хуже сделаешь, а ему всё равно.
Меня это потрясло. Энергетика Гора вдруг невидимыми волнами разошлась по застывшему пространству. Ему осталось только подняться, расправить свои огромные широкие плечи и тогда победа в ментальном поединке железной хваткой вцепится в Гора.
— Да я не считаю. Но с какого хера такое снисхождение?
— Я отчитываться перед тобой обязан? — Гор продолжал удерживать дружка под прицелом своего немигающего взгляда.
Он не говорил ничего такого, что могло бы вот так просто ударить на поражение. Но в голосе сосредоточилось что-то такое, что по умолчанию определяло, кто здесь главный. И это главенство диктовалось не деньгами и влиянием. Гор в принципе был главным. Потому что никто другой из присутствующих им быть не мог. И дело даже не во внешности. Мамон тоже довольно крепкий мужчина. Дело в энергетике, в поведении. Есть люди, которые рождаются лидерами, а есть те, кому нужен этот лидер. Гор относился к первой категории, а Мамон — ко второй.
— Нет. Это твое дело, — Мамон капитулировал, торопливо откинувшись обратно на спинку дивана.
— Завтра. Начинаешь. Работу. — Повторил специально для меня Гор.
Я кивнула и сразу мысленно определила для себя, что никакое снисхождение не руководило этим мужчиной. Он просто одним выстрелом убил двух зайцев: обеспечил своей подруге домработницу и привязал меня к дальней грани своего окружения, чтобы я была на виду.
Правда кое-что всё же не складывалось в моей уже идеально выстроенной схеме. Когда я возвращалась домой, никак не могла понять, почему Гор пошел более безболезненным путем? Он ведь имел на меня куда более действенные рычаги давления.
Глава 9.
Вынув из морозилки несколько пачек креветок, я принялась искать чеснок. На огромной кухне Анастасии — подруги Гора — это была та еще задачка. Я здесь была впервые и не знала, где и что лежит.
Все свои мысли, переживания и страхи я оставила за порогом кухни. Так я поступала и раньше, чтобы не напитывать негативом еду, так делала и сейчас. К тому же я уже просто устала мучить себя, корить и обвинять Юру. Пути назад всё равно уже не было. Я приняла правила игры, потому что это был единственный доступный для меня выход.
Пока креветки размораживались, я всё-таки нашла чеснок и принялась его быстро чистить. Пожалуй, только на кухне и во время готовки я ощущала себя абсолютно уверенной. Но так почему-то сложилось, что стоило мне выйти из кухни, я тут же теряла эту уверенность.
Нарезав мелко чеснок, я достала из холодильника сливочное масло и начала искать сковороду. Современная и отделанная в холодных изумрудных тонах кухня была для меня еще неизученным космическим кораблем. Если бы у меня дома имелась такая кухня, то я никого сюда не впускала. Всё делала сама и никакие повара и домработницы не нужны были.
Поиски сковороды в конечном итоге тоже увенчались успехом. Поставив ее на огонь, я отрезала крупный кусочек масла и отправила его плавиться. Вскоре в сковороду отправились два зубчика чеснока.
Полностью погрузившись в процесс готовки, я впервые за долгое время почувствовала себя не такой разбитой.
Вымыв руки, я начала поиски оливкового масла. У Анастасии сегодня была запланирована встреча с подругами. Она дала распоряжение приготовить что-нибудь вкусное и обязательно с креветками. Уверено заявила, что на ее кухне я найду всё, что мне понадобится.
Воспринимая свой первый день как некий экзамен, я запретила себе даже думать о том, что что-то вдруг может пойти не так.
Налив в сковороду столовую ложку оливкового масла, я поторопилась отправить и креветки. Поглядывая за ними, я принялась нарезать тонкими полукольцами белый лук. Мои движения были быстрыми и чёткими. Что и неудивительно, ведь помогать матери на кухне я начала лет с двенадцати.
Вдруг совершенно неожиданным образом я вспомнила Гора. На секунду в мыслях промелькнул его немигающий взгляд. Он точно напоминал бездну. Страшно жуткую и тёмную. По спине тут же расползлись ледяные мурашки, и я крепко саданула ножом по пальцу.
— Чёрт, — прошипела я и бросив нож на стол, поспешила промыть порез.
С собой я всегда носила пластыри на случай, если они понадобятся Нанке. Заклеив палец, я вернулась к готовке и на этот раз уже полностью абстрагировалась от всех ненужных мыслей.
Вслед за луком я начала нарезать вяленые томаты. Когда креветки приобрели нежный бело-оранжевый цвет, я поторопилась их достать из сковороды. Вяленые томаты и лук отправились в эту же сковороду.
Всё-таки Анастасия преувеличила наполнение своего холодильника и кухонных шкафчиков. Перца чили я не нашла, поэтому приправила лук и томаты обычным чёрным молотым. Зато нашла целых три бутылки сухого белого вина. Конечно, так много мне не понадобилось. Налив в сковороду половину бокала вина, я подождала, когда выпарится алкоголь.
Аппетитный аромат соуса тут же наполнил пространство кухни. Всё шло чётко по плану. Наблюдая за первыми результатами своих действий, я ощутила ту привычную уверенность в себе, которая начала медленно раскрываться внутри меня. Я небездарная и небесполезная. Я всё-таки чего-то стою.
Добавив в соус сливки, я вернула в сковороду креветки. Аромат, благодаря сливкам, стал более нежным.
В холодильнике я нашла нераспечатанную пачку свежего шпината и петрушки. Вся эта сочная зелень отправилась к креветкам.
Когда блюдо было готово, я решила, что буду подавать его на поджаренных тостах. Анастасия обозначила, что хочет увидеть красиво поданные закуски. Очевидно, ей хотелось впечатлить своих подруг.
Я сделала еще быстрый простой салат, чтобы добавить красок и аккуратными кубиками нарезала сыр чеддер, эмменталь и пекорино.
Достав из посудомоечной машины бокалы для вина, я начала раскладывать сыр на блюдце и подготавливать тосты.
— Всё готово? — в кухню не вошла, а буквально вплыла Анастасия.
Она не то, чтобы обладала поразительной красотой, но что-то в ней всё же присутствовало. Возможно, это врожденная харизма. А еще аккуратный неброский макияж и элегантное в своей простоте шелковое приятного песочного цвета и на тонких бретельках платье.
— Да, почти, — торопливо ответила я.
— Отпущу, когда все уже
