Лику никто не держал. Руки связаны не были. Двое люверов стояли сзади, ещё один – у дверей в зал. Горгонда была поглощена Никой. Оценив обстановку, Лика прыгнула к столику и повалила его на пол вместе с волшебным шаром. Раздался стук и звон. Горгонда оглянулась. Шар ударился об пол и разлетелся на тысячу мелких осколков. Над осколками медленно поплыло голубоватое сияние.
– Что ты наделала! – вне себя от ярости закричала волшебница, отрываясь от Ники. Та с благодарностью кивнула подруге.
– Извините, я не нарочно. Не думала, что он разобьётся, – спокойно ответила Анжела. Ей было страшно, но именно этот страх и придавал сил.
– Не нарочно? – переспросила Горгонда, впиваясь своими сузившимися от злости глазами в лицо девочки. Анжелика не отвела взгляд. У неё закружилась голова, она почувствовала, что ноги становятся ватными. Девочка сжала руки в кулаки. – Ну же, скажи мне, сколько у вас фрагментов? Где они?
– Я не понимаю, о чём вы говорите, – медленно, с расстановкой произнесла Анжелика. Каждое слово давалось ей с неимоверным трудом. – Мы просто заблудились.
– Ах так! – Горгонда схватила её за руку так сильно, что девочка даже поморщилась от боли. – Ну смотри, что я сейчас сделаю, – она повернулась к Нике, взмахнула свободной рукой, и в девочку полетели молнии. Вероника вскрикнула и без сознания упала на холодный каменный пол.
Лика стиснула зубы.
– Говори! – прошипела Горгонда. – Говори, или я убью её.
– Мне нечего сказать, – отчеканила Лика. Ей хотелось броситься к подруге, посмотреть, что с ней, но взгляд Горгонды не давал ей шевельнуться. Голова была как в тумане, но Лика всё ещё понимала, что говорит, и продолжала сопротивляться. Горгонда внутренне удивлялась. Она никогда ещё не встречала никого с такой сильной волей. И ладно бы взрослый, но ребёнок! Девчонка!
– Ну хорошо же, – сказала Горгонда, отходя в глубь зала. – Не хочешь поговорить со мной по-хорошему, что ж… Из моей темницы ещё никто никогда не выходил. Люверы! – крикнула она, хлопая в ладоши. – В башню их! В самую тёмную! В разные камеры! Не давать ни воды, ни еды. Они ещё будут умолять меня о пощаде!
Глава 21
Башня
В башне было холодно и сыро. И к тому же темно. А темноты Лика боялась больше всего на свете. Ей мерещились какие-то страшные существа, протягивающие к ней свои омерзительные руки-щупальца, большущие пауки и привидения. Девочка зажмурилась, пытаясь отогнать от себя страх. «Я не боюсь», – твердила она, как всегда делала раньше, перед выступлениями. Набравшись храбрости, Лика открыла глаза. Она сделала несколько шагов и наткнулась на холодную каменную стену. Ощупав её, девочка двинулась дальше, решив обойти свою темницу кругом.
Вдруг откуда-то послышался шум. Анжелика, держась рукой за стену, двинулась на звук и наткнулась на какой-то выступ. Дверь? Да, точно дверь. Деревянная с железными вставками.
– Что их охранять-то, всё равно не убегут. Двери вон как заперты, – сказал глухой простуженный голос. – Вздремну я, пожалуй. Ты меня разбуди, если что…
– Разбудишь тебя, как же! – недовольно проворчал кто-то другой. Послышалась возня. Несколько минут за дверью молчали. Потом Анжела явственно услышала чей-то храп. Второй стражник, судя по всему, продолжал бодрствовать. – Ну и спи себе. А я пойду, посмотрю на наших пленников…
Лязгнул железный замок, и прямо в двери открылось небольшое отверстие. Камера на секунду озарилась тусклым светом факелов, но и этот свет показался девочке обжигающе ярким. Потом снова стало темно.
– Тьфу ты, не видно ничего, – выругался стражник-лювер, который, судя по всему, тоже не мог ничего рассмотреть. – Эй, девчонка! Ты там вообще?
Лика молчала. Ей в голову неожиданно пришла спасительная мысль: вдруг лювер захочет открыть дверь и проверить, на месте ли пленница? Тогда она успеет выскользнуть наружу!
– Ты что молчишь, а? – рассердился тюремщик. – Смотри мне, сейчас я войду внутрь, и тебе достанется!
Анжелика затаила дыхание. За дверью лювер, похоже, подбирал ключ. Заскрипели несмазанные петли, и девочка едва успела отскочить в сторону, чтобы её не ударила тяжёлая дверь. От света факелов она почти ничего не видела.
Стражник решительно вытащил из-за пояса увесистую дубинку и направился к Лике. Он замахнулся, чтобы ударить девочку, но она успела увернуться. С трудом соображая, в какую сторону бежать, Анжелика выскочила из камеры и захлопнула дверь прямо перед носом разъярённого лювера. Пока она запирала тяжёлый засов, тот бился в дверь, с рёвом пытаясь её открыть. Засов дрожал, дверь едва не слетала с петель. И тут Лика увидела, что вся связка ключей (вот же удача!) осталась в замочной скважине. Девочка повернула ключ, замок щёлкнул, и она с облегчением сползла прямо на холодный пол. Сердце стучало так, что, казалось, вот-вот выскочит из груди.
Запертый лювер по-прежнему громко кричал и со всей силы лупил дубинкой по двери. Второй охранник безмятежно спал, оглашая коридор темницы раскатистым храпом.
Глаза Лики постепенно привыкли к свету. Она осмотрелась и увидела, что стоит в небольшом коридоре, освещённом висящими вдоль стен факелами. В коридор темницы Горгонды выходило пять одинаковых железных дверей. «Должно быть, Нику они заперли где-то здесь», – подумала девочка. Лика в последний раз видела подругу, когда двое люверов под руки потащили её из зала Горгонды. Анжелика шла первой и не видела, что случилось с Никой.
Ключами, оставленными запертым лювером, девочка открыла первую дверь. Пусто. За второй дверью тоже никого не оказалось. Руки слушались с трудом, Лика всё время боялась, что лювер проснётся или что в башню придёт кто-нибудь из слуг Горгонды. Она открыла третью дверь. Прямо на полу такой же тёмной и сырой камеры, как та, из которой девочке только что удалось выбраться, лежал человек. Лика подошла ближе и увидела, что руки пленника скованы цепями. Девочка встала рядом с ним на колени и стала искать ключ от кандалов. Человек вздрогнул и поднял голову. Это был юноша с тёмными волосами и добрыми, как у Миланы, голубыми глазами.
– Спасибо, – прошептал он, когда Анжелика наконец справилась с замком и тяжёлые цепи со звоном упали на каменный пол.
– Ты кто? – тихо спросила девочка, глядя, как юноша потирает затёкшие запястья.
– Рэй, – так же тихо ответил он. – У нас нет времени на разговоры. Надо бежать отсюда, и как можно быстрее.
Лика кивнула, поднялась с холодного пола и выглянула из камеры. Стражник по-прежнему спал на соломе прямо посреди коридора. Мягко потрескивали факелы.
Оставалась всего одна неоткрытая дверь. Лика вставила ключ в замочную скважину, повернула его и увидела Нику. Она сидела в углу, прислонившись спиной к каменной стене. Глаза её были закрыты. Лика подбежала к подруге, стала звать её по имени, потрясла за плечо, но та не отвечала.
В камеру неслышными шагами вошёл Рэй. Он сел рядом с Ликой и спросил:
– Горгонда смотрела ей в глаза? Кидалась молниями?
– Да, – ответила девочка.
– Она забрала у твоей подруги силы.
– Как? – удивилась Анжела. – Ведь Горгонда смотрела и на меня.
– Наверное, у тебя очень сильная воля, – произнёс Рэй, доставая из потайного кармана своей охотничьей куртки какую-то маленькую зелёную бутылочку. – Сделай глоток. Потом я напою эту девочку и выпью сам.
– Зачем? – недоверчиво спросила Анжела.
– Затем, что этот отвар сделает нас маленькими. Мы убежим так, что никто ничего не заметит.
– А одежда? – спросила Лика. Она волновалась за спрятанные в обувь фрагменты.
– Всё, что на тебе, уменьшится вместе с тобой, – улыбнулся Рэй.
Глава 22
Побег
Лика зажмурилась и покорно отпила мутноватой жидкости. Отвар был совершенно безвкусный, но едва девочка отдала склянку Рэю, как почувствовала, что стремительно уменьшается. Ей показалось, что стены вытянулись, а потолок поднялся. Не прошло и секунды, а рядом с ней уже стоял такой же крошечный – не больше указательного пальца – Рэй, держащий на руках уменьшенную Нику.
