Раттлер вооружился рельсотроном. Двух из пяти охотников завалил именно он, причем в ближнем бою.
Рядовой Кэш захватил импульсный пулемет, а вторым рельсотроном, на который кто-то додумался присобачить лазерный прицел, вооружился сержант Барнс. Почти у всех имелись стрелковые комплексы «FAR» двух модификаций, но боезапаса для них оставалось мало.
— При отступлении мы вообще не заботились об экономии патронов, а теперь вот… — Барнс не договорил, разочарованно махнув рукой. Сейчас на нем лежала обязанность распределять боезапас, которого оставалось немного.
— Все, закончили. Выдвигаемся! — приказал Раттлер, затем сверился с координатами и, махнув рукой, первым двинулся вперед.
До «ночи» приблизительно оставалось около шести часов. Мы рассчитывали дойти до инженерного городка, проникнуть внутрь и, отыскав центр связи, вызвать «Фауст». Если сигнал пройдет через атмосферу, то полковник Тангер наверняка отправит сюда второй транспортный бот, а там, по возможности, и «Тахион» можно будет захватить.
До цели — семь километров. Но это по прямой. Извилистое ущелье добавляло пару-тройку километров.
Шли быстро, стараясь идти не по центру, а вдоль правой части ущелья, под нависающими скалами. Массивный каменный гребень частично нависал над нами, таким образом, скрывая от чужих глаз.
— Майор… — начал я и осекся. Не хотел я спрашивать Раттлера о том, почему они отступили, не проверив, есть ли еще живые на месте крушения. И так было ясно, что в творившемся безумии, никто не смог бы поступить иначе. Хотя, конечно, обидно, что меня бросили одного.
Вместо этого, я задал другой вопрос. — На «Фаусте» есть тяжелое вооружение?
— Имеешь в виду танки? Роботы? — уточнил Раттлер.
— Нет.
— А что тогда? Авиацию?
— Термоядерные бомбы!
— А, ты об этом… Нет. Наш батальон отправляли с разведывательной миссией. Даже речи не было о том, что нас ждет серьезный военный конфликт. Почему ты спросил?
— То, что сбило «Отбойник»… Это что-то другое, — я не мог подобрать нужных слов.
— В смысле другое?
— Что-то очень крупное. Что-то, чего мы еще не видели. И я сомневаюсь, что вот этим вот… — я указал на свою винтовку. — Мы это остановим.
— Отчасти ты прав. Но не это в приоритете. Главное, передать информацию на Землю. А уже оттуда выдвинется весь флот Федерации. Если потребуется, на Каллипсо выжгут каждый метр этого долбанного песка. Но никто не станет взрывать здесь термоядерный заряд. Не забывай, здесь большие залежи чрезвычайно ценного минерала «Квантаниума». Высокоактивный природный газ, в четыре раза полезнее того, что ранее добывался на Земле. Масса других минералов. Фактически, это Эльдорадо.
Майор замолчал, да и я не стал задавать новых вопросов.
Почти полтора часа мы шли в полном спокойствии. Нас никто не пытался атаковать, хотя по левому краю ущелья, за нами двигалось около дюжины летяг.
— Гляди! — хмурый Раттлер указал на них рельсотроном. — Наблюдают, с-суки!
Я для вида поднял ракетницу и прицелился — все твари скрылись за камнями, как будто их и не было.
— Учатся, — ухмыльнувшись, пояснил Ферт. — Теперь они как бы боятся. А совсем недавно прямо так, в лоб перли.
Постепенно ущелье начало расширяться. Песка стало меньше, зато камни стали попадаться все чаще и чаще.
— Смотрите! — крикнул Барнс, указав куда-то влево.
Там, в широкой трещине, больше напоминающей ответвлении, стоял брошенный колесный транспорт. Его сильно занесло песком, но даже отсюда было ясно, что он цел.
— Оп-па! — произнес я, опознав устаревшую технику. — Да это же «Джаггер»!
Глава 6
Кровь и песок
Ничего особенного — машина производства еще шестидесятых годов прошлого века, с частично бронированной кабиной и открытым кузовом. Их доставили на Каллипсо в большом количестве еще тогда, когда только-только был открыт «Квантаниум». Довольно быстро «Джаггера» вытеснили более новые типы техники, и в итоге все оставшиеся на ходу джипы оставили патрулировать внешний периметр колонизированной территории. А это около двух тысяч километров.
Основное его преимущество — наличие больших колес, позволяющих свободно грести по песчаному грунту, пролезать по ущельям и камням. Ну а главный минус — транспорт жрал много топлива.
Сверху, на треноге была закреплена сборка спаренных импульсных пулеметов «MR-40». Кузов был частично прикрыт бронещитками, а сверху его огибали прочные кунги.
— Интересно, на ходу? — произнес Ферт, изучающее глядя на увязшую в песке машину.
— Кажется, да. Откопаем?
— Ну не знаю, терять время зря… Хотя признаю, на колесах лучше, чем на ногах, — согласился Барнс.
— Тогда за дело, — я ударил кулаком по большому ящику с инструментами. Крышка откинулась и оттуда посыпался песок и ржавчина. И больше ничего.
— Э-э, а где лопаты? Я руками грести не буду, — возмутился сержант Ферт, заглядывая внутрь.
— Мы тут часа три провозимся. Легче дойти.
Я сначала расстроился, а затем обратил внимание на огнемет сержанта.
Эти новые огнеметы отличались высокой мощностью и сжатым объемом топливных емкостей. Несмотря на то, что они были компактные, смеси туда влезало в три раза больше. Правда, избыточное давление тоже было очень высоким, но чем-то нужно было жертвовать.
— А ну, дай-ка, — я, немного посомневавшись, попросил у медика его огнемет.
— Зачем? — Ферт все же снял огнемет и протянул мне.
— Есть идея, — я быстро отстегнул топливопроводный шланг, подключил воздушный. Быстро перенастроил. — Так, ну, посмотрим!
Я выжал спусковой крючок. Под сильным давлением, вместо пламени, пыхнула мощная струя воздуха, разметав кучку песка в разные стороны. Все тут же окутало пылью.
— Ну не знаю! — Раттлер опустил забрало шлема и отошел на пару шагов назад. — Слабовато.
— Согласен! Мощности мало, — я прекратил бесполезное занятие, а уже в следующую секунду мой взгляд скользнул по воздушному компрессору «Джаггера». Он был завешен старой маскировочной сетью, и поэтому не сразу удалось понять, что именно под ней находится.
Эти компрессоры использовались для заполнения кислородных баллонов. Раньше, лет тридцать назад. Дополнительно, они прямо на ходу подкачивали объемные шины, если вдруг те ловили случайную пулю или пробоину.
Я решительно полез на транспорт, влез под компрессор. Осмотрелся, выудил хомут, перетянул.
— Ты чего там творишь? — десантники полукругом стояли в двух метрах от джипа и улыбались.
— Один момент. Так, сейчас.
Мне хватило минуты — конструкция оказалась простой. Я вытянул большой шланг, пристегнул его, сунул другой конец в руку «Дефендеру». Затем напрямую подключил источник питания и завел компрессор. Тот сначала натужно взвыл, зачем пару раз чихнул, но когда из-под фильтра вылетела вся пыль, он почему-то заглох.
— Гребанный металлолом! — выругался я, затем влез в кабину и лишь с третьего раза запустил двигатель. Тот работал без нареканий.
Из-под фильтра снова полезли клубы пыли, посыпался песок. Но затем все пришло в норму.
— Под действием пневматики, сила выхода воздушной смеси будет в разы выше… — пояснил я. — Короче говоря, вот вам кустарный импульсный компрессор. Жми на рычаг.
Тяж открыл клапан. Его качнуло в сторону, но шланг он все-таки удержал даже одной рукой. Из широкой трубы, снабженной рассеивающей насадкой вырвался мощный поток воздуха, который легко разметал небольшой холмик песка. По моим прогнозам, нескольких минут хватило бы для того, чтобы частично выкопать «Джаггер».
— Ну да, это лучше чем махать лопатой. Только надолго ли его хватит? — усомнился Раттлер.
— Пока есть горючка.
И действительно, минут через пять удалось размести почти весь песок. Да, вихревые потоки воздуха не разносили его далеко, но этого и не требовалось. Главное откопать, а дальше он и сам выберется.
В общем, удалось откопать большую часть корпуса, колеса и даже освободить кузов. Оказалось, что правое заднее колесо пробито. Да что там пробито, просто варварски разорвано. Непонятно, что явилось причиной аварии джипа, но точно не заднее колесо.
