— огрызнулся бунтарь. Он явно задался целью набить статистику, пусть и вразрез с интересами группы. Классический случай, когда план хорош до первого выстрела.
— Стабильность, признак мастерства, да, Герман?
— По полям, по полям синий трактор едет к нам! — вместо ответа заорал он страшным голосом, — У него в прицепе Герман песенку по-е-е-ет!!!
Твари подпрыгивали, цеплялись искаженными «граблями», висли на бортах, ревели, пытались зацепить нас ударами. Отметил краем сознания, что все зараженные и зомби имеют индивидуальное обличие и наряды — это не стандартные модели из какой-нибудь игрушки! От души врезал лопатой по когтистым граблям.
— А ну, малыш, давай! Патроны подавай! — не унимался переевший ухи певец, — Кто же, кто же, кто же, кто же смерть свою найдет⁈ На, сука!
Лопатой получалось орудовать даже лучше, чем веслом. Эффект сногсшибательный. Матильда тщательно целилась, но, чтобы свалить ходячего из ее мелкашки, требовалось два, а то и три точных попадания в каждую голову. Канат махал битой, но без особого толка. Для убойного удара по черепушке ему не хватало силы. Откидывал самых настырных и то хлеб! Я активно работал лопатой, ломая лезущие через борта гипертрофированные конечности.
— Андрей, хватит суходрочки! Помогай давай! — в отчаянии потребовала Матильда, передавая мне полный магазин. Столкновение с третьим по счету черепом инструмент не выдержал, неправдоподобно распавшись на обломки. Как человек, сломавший и починивший немало лопат в прошлой жизни, оценил ее «игру» на двоечку.
Очередной измененный живчик зацепился когтями за борт и уже подтянул свою отвратительную морду. За дерзость свою получил от меня две пули в лоб. Выцелил следующего. Ему хватило одного точного попадания. Подранок! У Тильды забрал фраг. Вовремя подогнала мне боеприпасы, подруга. Дорога ложка к обеду, а у нас тут такая каша заварилась, что не сразу расхлебаешь. Краем глаза заметил у нее в руках другой пистолет! Интересно, откуда?
Выпустил шесть пуль, заменил магазин. Пришлось и мне поделиться с Германом боеприпасами для его палки-громыхалки.
Уверенный пользователь охотничьего ружья разошелся не на шутку. Парень активно набивал статистику, а вот, что двигало вернувшимися с заправки прямо под расстрел зараженными — непонятно. Но прибежали, нам же лучше! Внезапно в поле видимости враги закончились, а два десятка трупов в живописных позах разлеглись на асфальте между машинами. Парочка еще дергалась в агонии. Фух, отбились. Два патрона в магазине! И блюющие наперегонки Канат с Вангой. Видок образовался — не для слабонервных. А запах! Голова идет кругом! Запах бил по обонянию наотмашь, почти как я лопатой недавно.
— Юнга, отставить кормить чаек!
Бородатую шутку никто не оценил. Приказав нам с Германом прикрывать, Тильда спустилась грабить убитых мутантов, начав с дорожного инспектора. Похвальное рвение! Ванга-Ангелия немедленно получила от нее блестящий револьвер с длинным стволом. И горсть мелкашечных патронов. Но палила она из «макарообразного» ствола, я ж выстрелы слышал!
Завистливый Канат озвучил короткий и нецензурный комментарий, спрыгнул на землю и бросился обыскивать трупы.
— Эй! Быстро отошел! — Тильда навела глушитель на голову хитрожопому, — Иди вон машины грабь!
Канат зло выругался, но подчинился. Женщине! Что ударило по его самолюбию словно танковым снарядом! Все примитивные мысли попутчика отражал ненавидящий взгляд. Как по мне, самое время оформить идиоту поджопник, но посмотрим, как с этой проблемой разберется Матильда.
— Тильда, ты явно не за его штаны переживаешь. Объясни ситуацию!
— За коины она трясется, — с ехидцей в голосе прокомментировал Герман, выпустив клубы табачного дыма. Запах сгоревшей отравы слегка перебивал смрад мертвяков.
— Тогда сам объясняй Андрею! — зло бросила девушка раненому стрелку.
Все такие нервные, понять бы из-за чего. Бунтарь обильно сплюнул на гору трупов.
— Короче, иногда в зараженных и зомби попадается местная валюта. Надо проверять тех зомбаков, что ты завалил лично. Примерно в каждом седьмом тире десятом встречается суперприз. Но если твой фраг облутал посторонний, то и он соснет, и ты ни хера не получишь. Такая беда.
В голове словно прозвучал голос некогда популярного телеведущего: «Вращайте барабан! А ваш зомбикоин уходит в зрительный зал!».
— На*балово.
— Сечешь, бро, — Герман вытер пот со лба, — Чистейшее на*балово.
Надо же, был «оленем», стал бро, однако, быстрая эволюция! Из кузова армейского грузовика спрыгнул Канат в армейской стальной каске, с коробкой индивидуального рациона в одной руке и моей битой в другой. Еще более недовольный отсутствием нормального оружия.
— Ты тоже иди лутайся, — с печальным вздохом предложил Герман. Его раненая нога все еще болела, — Начни со Скоряка. Вдруг, найдешь маску или перчи.
Хороший совет.
— Да! Мы прикроем! — поддержала его Ангелия, воинственно размахивая блестящим револьвером. Вот только все мишени уже лежали без движения.
Долго упрашивать меня не пришлось, и я спрыгнул на потрескавшийся асфальт. В машине «Скорой помощи», украшенной изнутри кровавыми отпечатками рук, валялись только штаны медика. Пошарив по карманам одежды, достал упаковку физраствора и блистер обезболивающих таблеток. Неплохое пополнение для моей сумки с медициной! Сами штаны закинул в прицеп Герману, на замену изношенных и порванных ударом зараженного.
— От души, бро!
— Обезбол дать?
— Не-а, пока стою — нормально. Да и пройдет уже скоро.
Продолжил поиски в патрульной «Волге», где поднял милицейский бронежилет с полным магазином на двенадцать патронов к более поздней модификации моего пистолета. Еще шесть патронов россыпью и упаковка бинта шли щедрым бонусом, не иначе. Перезарядил оружие, добил патроны в запасной магазин. Под завистливым взглядом Каната напялил на себя жилет, прилично добавивший слотов под носимые грузы. Возвращать биту батыр-матершинник мне не собирался, и я ему напомнил про обмен на газировку. Как раз место под две банки образовалось. Хитрую рожу перекосило, зато не треснула, ведь обещанное он отдал. Еще сильнее его добило, что в тентованном грузовике после него поднял рабочий бинокль. Узнал бы он про добытых мной четыре патрона калибра 7,62, умер бы от зависти.
Рандом сделал перерыв и в следующих машинах не было абсолютно ничего!
В павильон входили осторожно. Под ногами шуршали упаковки от перевязочных пакетов и еды, перекатывались короткие блестящие гильзы. Оконные стекла здесь выбили уже давно, но внутри все равно воняло специфическим запахом мутировавших особей. Вероятно, кожа мутантов продолжала выделять пот, от чего грязная одежда прела со страшной силой.
Заметив нечто интересное у стены с винтажным плакатом «Водитель, экономь горючее!», Канат пренебрег призывом и стремительно газанул к трофею, в азарте оттолкнув меня. Походный рюкзак пришел в негодность прямо
