общая точка возрождения. Скорее всего, рыжая кукла-драчукла и другие пляжные бойцы хорошо понимали, что делают. Когда убивали новичков… нет, не ради их жалкого имущества, а, чтобы уменьшить конкуренцию!
Слова Матильды не бились с реальностью. Полученные на пляже повреждения меня уже беспокоили едва. Еще час и я вернусь в норму. Хорошо, потратим два — у Германа по этой логике нога вернется в норму. У него же не перелом! И дойдем коллективом, куда ей надо.
— Тогда тем более, нельзя бросать Германа и «тракториста».
Неласковая встреча на морском берегу заставляла ценить людей, которые не пытаются тебя немедленно убить и ограбить. Эта сучка схитрила, притворившись новенькой, но так даже интереснее. Только дураку и неудачнику нечего скрывать. Тем более, враждебных персонажей в этой симуляции полно. Неловкую паузу она привычно заполнила очередной сигаретой. Сизый дым плотно повис под потолком застекленной веранды.
— Ты прав, — устало признала она и направилась к выходу, — Возвращаемся.
— Постой, — теперь я притормозил попутчицу, — К чему этот странный разговор?
— Я не могу вести в нашу общину первого встречного. Это была проверка, Андрей, и ты ее прошел. Поздравляю!
Девушка сняла шлем и протянула мне ладошку для рукопожатия. Задумался, прежде чем ответить тем же. Нужна ли мне столь расчетливая попутчица? Одиночки в наших условиях выживают плохо и недолго. Сейчас ясно одно, мне следует получить больше информации. Поэтому иду с ними, а дальше будет видно.
— Значит, смерть — это не конец?
— Скорее, начало. С чистого листа. Теряешь абсолютно весь прогресс и ништяки. Все.
Сурово, но справедливо. Ведь получаешь новую попытку.
— А знания?
— Говорят, зомби-вирус стирает память. У нас один челик решил трахнуть систему. Впрыснул себе кровь черной крысы, само собой заразился, но вместо лечения в последний момент вынес себе мозги. После респа никого не узнавал. И не помнил ни хрена.
А мне подумалось: очень хреновая побочка с таким-то окружением.
С этой главы стартует флешмоб: «Андрей, закинь пабрацки Х** рублей!». За каждую рифму к своему имени, которую раньше не встречал. Где Икс = произвольная сумма, а не слово из трех букв.
Глава 4
Я подставил к окну найденную на огороде железную бочку для воды, перевернув ее вверх дном. Подсадил девушку, затем передал ей инструментальный ящик с собранными в садах фруктами. Следом за ней пролез в окно сам, напоследок ловко опрокинув импровизированную лестницу. Услышал, как со стороны дороги в забор стукнулся ранее пришедший на шум зомби, в отчаянии тянувший скрюченные конечности в нашу с Тильдой сторону.
— Ты добычи не дождешься, смрадный зомби, я не твой! — судя по голосу, «таблетосы» Герману помогли. Парень чувствовал себя значительно лучше. И даже встретил нас на своих двоих, используя мое боевое весло вместо костыля.
— Думал, вы не вернетесь. Долго вы там. Чпокались?
— Гера, не беси меня! — огрызнулась Тильда, проходя к нашему наблюдательно-боевому окну.
Молча вернул мачете владельцу, со значением посмотрев ему в глаза. Недоросль скорчил дебильную рожу и расстался с импровизированным костылем. На обратном пути в сарае разжился более привычным инструментом — ухватистым топориком. Хотя Матильда предупредила, что против зараженных и зомби «холодняк не пляшет», с тяжестью за поясом почувствовал себя увереннее, что ли.
— Сначала отъедимся, — Матильда достала из своего ранца бутылку и принялась мыть принесенные нами яблоки, груши и сливы, лишая кишечных бактерий шанса на лучшую жизнь. Вода лилась прямо на захламленный пол чужого жилища. Мой желудок встретил предложение радостным бурчанием. В унисон ему индикаторы сигналили о подступающих голоде и жажде. Здоровье восстановилось до 85% и процесс регенерации заглох.
Герман нагло похозяйничал в моем ведре — банка газировки испарилась. Да и хрен бы с ней, как уже убедился, запасов в брошенной деревне достаточно. Собирай, не ленись, меню будет зашибись! Ополовинил уцелевшую банку напитка. Брать пример с эгоистичного придурка не стал, выложил на общий стол пригодные к употреблению продукты. Чипсы, вафли «Поморочка», шоколад. Консервы Тильда просила поберечь. Наши организмы жадно требовали калорий и воды, напрочь игнорируя присутствие неподвижных и бродячих мертвецов за окном. А в прошлой жизни с трудом заставлял себя есть на поминках…
С подачи Матильды Герман достал из своего рюкзака со следами неумелой починки набор для чистки оружия, и мы дружненько занялись приведением в порядок нашего арсенала. Удивительное дело, но мои пальцы ловко раскидали пистолет на запчасти. Почистил нагар и грязь, где необходимо смазал. Собрал обратно, проверил работу механики. Как следовало из описания, уход довел состояние пистолета до 46%, уменьшив вероятность клина или осечки. Из двух доставшихся мне при обмене магазинов выбрал который сохранился получше, тщательно протер тряпкой каждый патрон и снарядил. Полностью использованный набор превратился в мусор и полетел на пол, и без того заваленный бесполезной дрянью.
Громкий стук обухом по ведру привлек часть мертвяков, карауливших приунывшего «тракториста». Солнышко нагрело крышу и парню было совсем печально в окружении людоедов. Твари побежали на звуки бодрым галопом. Одну за другой свалил точными ударами весла в голову. Услышав нашу активность, парнишка на крыше трактора оживился. Ничем помочь в борьбе с зомби он не мог, зато принялся орать и размахивать руками. Вернув часть мертвецов обратно к трактору. Вот, дурачок!
Герман обматерил спасаемого последними словами.
Договорились экономить патроны, поэтому работали в основном веслом. Отстояв вахту на раздаче, уступал место и импровизированную дубину Герману, отдыхал. После наступала очередь Тильды. У нас получилось создать настоящий конвейер истребления ходячих. Пару раз Тильде приходилось стрелять — зараженные не спешили к окну, а нерешительно топтались поблизости. От восставших покойников их отличали рабочее зрение, высокая скорость передвижения и толика сообразительности. И судя по тому, как они, задрав хищные морды, нюхали воздух — обоняние. Они быстрее реагировали на ситуацию, лучше справляясь с преследованием, а мощные удары конечностей легко ломали доски заборов и хлипкие двери.
Отвратительная куча дохлятины под стеною дома неуклонно росла. В какой-то момент поголовье мертвецов в деревне показалось мне бесконечным, а наша борьба бессмысленной. Известно, что самое сильное желание сдаться обычно возникает за пять минут до победы. Так и в этот раз, ценой огромных усилий и нервного напряжения, мы перемололи зараженных и восставших из мертвых обитателей деревни.
Герман занял позицию у забрызганного кровищей «раздаточного» окошка с ружьем наизготовку. Матильда, как единственная среди нас обладательница перчаток и медицинской маски, взялась обыскивать тела. В ведро полился поток
