выкрикнул первый гость. Он плечом колотился в хлипкую дверь, мешая мне справиться с заржавевшим засовом и при этом укладывая набегающих зомби хедшотами одного за другим. Сквозь окошко в двери фрагментами ловил картину побоища. Тела обезумевших селян бились в агонии во дворе, в калитке возник еще один мутант. Исторгнутый горлом нечеловеческий крик, прозвучал сигналом сбора для плотоядных мразей. Во лбу у монстра проклюнулась дырочка, затылок брызнул кусками мозга. Напиравший сзади зомбарь тоже наполучал свинца, либо просто споткнулся об упавший труп.
— Что ты там копаешься⁈ Быстрее, блядь!
Каким-то чудом мне удалось сдвинуть чертову железяку и приоткрыть дверь. Стукнувшись шлемом об косяк и чуть не сбив меня с ног, внутрь ворвалась девка. За ней хромая и охая, втиснулся стрелок с огромным рюкзаком. Неплохо так прибарахлился — кожаная куртка, брюки с карманами, фляга на ремне, строительная каска, опять же — охотничье ружье…
Потрепанные жизнью доски застонали от удара, инерция передалась мне, отсушив ладони, но захлопнул дверь раньше, чем когтистые лапы полезли внутрь. Как в долбанном ужастике.
Проскочив веранду, нежданные гости ввалились в дом, а я принялся по новой баррикадировать дверь. В хлипкую преграду врезалось очередное тупое тело. На улице уже рычали как минимум две глотки, сквозь кусты и дырявый забор ломились восставшие новички с пляжа. Плохо дело. Сильно, до рвотных позывов, воняло мясной лавкой и сельским сортиром.
И тут на меня посыпались остатки остекления веранды, сбитые живой молнией. Жуткая тварь смогла зацепиться за раму и сквозь выбитый фрагмент выбросила ко мне когтистую лапу. Раззявив окровавленную пасть. Неуклюже отпрыгнул, упав на колено.
Деваха шагнула из дверного проема и двумя выстрелами в упор сбросила зараженного на землю. Жаль не убила. Что мутанты, что мертвецы от пистолетных пуль в тело дохли неохотно.
— Не тупи! В дом давай!
Выломанная входная дверь надежды не внушала. Сообща задвинули проем шкафом.
— Бинты есть? — тяжело дыша, девка потащила меня к раненому напарнику, сидевшему на кровати. Монотонно повторяя «звиздец-звиздец», тот уже спустил до колен порванные штаны, обнажив две длинных кровавых борозды на правой ляжке. Сам себе воткнул чуть выше раны инъектор с обезболом.
— Быстрее! — срываясь в истерику, потребовал он срочной медпомощи, — Я щас кровью изойду нахер!
Подтекало весьма умеренно. Вытащил из кармана бинт, но спасать орущего не спешил.
— На руки полей! — продолжала командовать Тильда. Сунув пистолет в карман куртки, протянула мне ладони.
Помог навести ей гигиену, допил остатки и распаковал рулон белоснежной марли. Пока она сноровисто мотала ногу своему напарнику, поднял свое весло и вернулся к беснующимся под окном мертвякам. Примерился и отправил ближайшего в нокаут. Хорошо попал, лопастью в висок, но слабо. Устал. О-хо-хо, где ж вас всех хоронить-то?
После короткого отдыха дело пошло на лад. Отправил на вечный покой рыжую, закончив наш дурацкий конфликт. Следом и пузатый полисмен пораскинул мозгами. Пистолета в кобуре у него не оказалось, зато кармашек под магазин не пустовал! Внезапно до остальных участников несанкционированного митинга дошло, что тут кушать не дадут, а веслом по черепу — обязательно. А может, просто им надоело стоять в очереди за упокоением. Очереди же никто не любит. Толпа уродов начала медленно и печально разбредаться по окрестностям.
Не протестовал. Запас сил упал до минимума, и я едва держал окровавленное весло в руках. Вздрогнул от сочного хруста над ухом. Девица аппетитно уминала грушу. Готов поспорить, взятую из моего ведра. Ради еды ей пришлось снять мотоциклетный шлем, отчего моему взгляду предстало пухлое личико с глупыми глазенками и копной розовых волос. Искренний комплимент, что шлем ей очень идет пока оставил при себе. Развалившийся на кровати пострадавший жадно припал к банке с газировкой. Заговорщицким тоном обратился к девушке:
— Скажи, он в зомби не обернется?
— Нет.
— Ты уверена?
— Уверена, что от тебя не беременна, — она нервно бросила огрызок в угол, — Герман, ты таблетосы принял?
— Только что. Все путем. Пусть душнила не очкует.
Раненый ловко достал перемазанными в крови пальцами сигарету, выдохнул в потолок облако дыма. Дурной пример заразителен — Тильда тоже выудила из кармана мятую пачку. Эту кобылку капля никотина не то, что не убьет. С копыт не свалит.
— Мы в Речном больничку облутали. Антибиотики нашли. Главное, мимо заражения проскочить.
Выражение лица меня выдало с потрохами. Она выпустила в сторону облако вонючего дыма и протянула из кармана лист бумаги — копию официального письма.
— Это из той больнички с доски, где информация.
Я залип на шапке документа. Минздрав Поморской Народной Республики — это сильно. Не то, чтобы предпочел во время зомби-апокалипсиса оказаться среди родных осин. Так даже лучше — меньше переживаний. Здесь нет ни семьи, ни родни, ни коллег, ни знакомых. Не считать же за таковых пару дерганных подростков с огнестрелом?
Точная дата документа была уничтожена, читался лишь сентябрь 1993 года! Мы не просто в другом мире, мы на тридцать лет в прошлом!
— От «живчиков» и зомби можно подхватить заражение крови, а не сам вирус. А когда оно тебя убьёт, тогда сам станешь зомби. Поэтому умирать не надо. Так вот оно работает.
В разговор вклинился Герман:
— У всех попаданцев типа антивирус предустановлен. И мы все, короче, эти, как их, носители. Убитые через время встают в виде зомби. И зараженных надо сразу в башку стрелять. Иначе тоже потом встают.
На вопрос, как же тогда распространяется вирус, если укусы мутантов исключены, мне ответил документ. Большинство жителей пострадали от псевдовакцинации сезонного гриппа, проведенной европейскими гуманитарными миссиями в начале сентября. В сельской местности «новое бешенство» распространяли внезапно расплодившиеся крысы. Нападавшие на людей и животных. Минздрав предупреждал: первые сутки зараженный человек представляет огромную опасность для других, но затем способность вируса передаваться через контакт снижается до минимума. Картина выглядела дикой и не укладывалась в голове, но информацию к сведению принял.
— А вы давно здесь?
— Меньше суток. А ты?
— Пару часов, может, меньше. Не знаю, сколько в отключке провел.
Девушка была настроена поговорить:
— В первые сутки после рестарта повышенный лут.
— Я уже здесь все…
На моих глазах Тильда достала из пустого холодильника бутылку воды и пошла по шкафам. Нашла коробок спичек и пачку макарон. Объяснение не заставило себя ждать:
— Каждый новый игрок генерит лут в локациях. — Из комнаты донеслось, — О, патрончики! Герман, держи.
Бумажная пачка упала на кровать
