И пошли по Стокгольму пересуды и измышления. Каждый рассказчик норовил придать все больше волшебных свойств отвару, которого никто из них не видывал и не пробовал.
Мрачные натуры толковали, будто напиток берсеркеров убивает человека, отнимает разум, разжижает кости или навсегда превращает человека в медведя.
Веселые и добрые рассказчики успокаивали слушателей, утверждая, что легендарный отвар придает необычную силу, способность видеть будущее и прошлое, летать не хуже любой птицы и плавать как рыбы.
Пока стокгольмцы спорили и выслушивали предания о житье и нравах берсеркеров, алхимик, вероятно, собрал на Риддархольмене необходимые грибы и травы и затворился в лаборатории.
Из всех концов города к его дому потянулись любопытные. Явиться незваными к ученому никто не решался. А сам он ни на минуту не покидал своего жилища. Вот и оставалось праздным горожанам довольствоваться лишь домыслами и спорить, получится или нет затея алхимика.
Зеленый дым из трубы
Неизвестно, сколько времени колдовал он в лаборатории и как долго велось наблюдение за его обителью. Наступили в Стокгольме ненастные дни, и прошла охота у любопытных слоняться вокруг дома алхимика. Даже самые стойкие, озябнув и промокнув от непогоды, возвращались по домам.
Но вскоре ученый напомнил о себе. Жители Риддархольме-на вдруг заметили, что из трубы его дома валит густой ярко-зеленый дым. Такого чуда стокгольмцы еще не видели. Весть тут же разнеслась по городу, и, несмотря на штормовой ветер и слякоть, люди снова повалили к дому алхимика.
Дым из трубы оказался не только необычного цвета, но и с весьма неприятным запахом. Даже порывистый ветер с моря не смог развеять зловоние.
Любопытные горожане вскоре ощутили головокружение, а затем — необъяснимую радость. Им захотелось петь, плясать, прыгать, беспричинно хохотать, кричать что-то несуразное.
И заголосил народ:
— Ай да молодец, книжный червь! Изготовил все же волшебный напиток!..
— Зря мы его подозревали в связи с нечистой силой!..
— Неспроста зеленый дым повалил из трубы!.. — заорали самые догадливые горожане. — Разгадал, хитроумная голова, секрет древнего отвара!..
Нашлись и такие, кто отчаянно ринулся в зеленоватую дымку, окутавшую дом алхимика. Этим смельчакам было не до общего веселья. Они тут же одурманивались, падали на землю, кувыркались в траве, как расшалившиеся котята, и истошно орали всякий вздор.
Власти узнали об этой вакханалии и прислали на Риддархоль-мен целый отряд городских стражников. Но к их появлению подозрительный зеленый дым исчез и веселье само собой прекратилось.
Стражи порядка постучали в дом алхимика. В ответ — тишина. Командир отряда приказал взломать дверь. Люди ворвались в дом, но хозяина не обнаружили. Как он мог незаметно выбраться, когда вокруг был народ?.. Ответить на это не смогли ни стражи порядка, ни любопытные горожане.
Как повелось издавна, все необъяснимое свалили на нечистую силу.
В данном случае жители Стокгольма решили: видимо, отвар из ядовитых грибов настолько удался, что явились призраки берсеркеров, отведали его и навсегда забрали с собой алхимика. Теперь он в неземной жизни потчует волшебным напитком «неистовых воинов»...
В те времена Риддархольмен быстро застраивался. Вскоре после исчезновения алхимика его дом снесли. А знатоки стокгольмских тайн утверждают, что на том месте была возведена одна из королевских капелл.
История с пропавшим ученым надолго осталась в памяти жителей шведской столицы. В городской песне, сложенной примерно в XVIII веке, подвыпивший ремесленник жалуется, что в пиво ему подлили «берсеркерово зелье», оттого он и не может стоять на ногах.
Даже в начале ХIХ столетия шведы говорили о разбуянившемся человеке: «Берсеркеры затуманили его разум...»
Записанное и звучащее слово
Воспоем победы Славных конунгов.
Воспоем удаль их воинов,
Да и своих Трудов ратных
Не забудем упомянуть...
Из песни скальдов
Творцы давних веков
Согласно преданию, в эпоху викингов на островке Ландхольмен, расположенном в западной части Стокгольма, собирались скальды. Почему они избрали именно этот клочок суши, на этот счет есть разные предположения.
Эсайас Тегнер. Гравюра ХIХ в.
Как отмечалось в средневековой литературе: «Песни скальдов раздавались на празднествах, пиршествах и на могилах знатных покойников, в честь которых наследники давали торжественные пиры... Сам Один покровительствовал скальдам...»
Эти певцы — поэты скандинавских народов слагали стихи и саги о воинских подвигах, о богах, героях и, конечно же, о любви.
В книге Е.Я. Кулаковой «Грот «Швеция»», изданной в конце ХIX века, о скальдах говорится: «Они пользовались большим почетом, жили в чертогах конунга или короля, служили ему советниками, сопровождали его на войну и развлекали конунга и его приближенных песнями и рассказами...
В сражениях эти песни воодушевляли воинов, а сам скальд бился в первых рядах, чтоб потом воспеть все славные подвиги, совершившиеся перед его глазами. С арфою в руках он восхвалял мужество, храбрость и изрекал мудрые советы жизненного опыта.
Титульный лист «Саги о Фритьофе» Э. Тегнера. 1825 г.
Особенно воспевалась храбрость: главнейшею заслугою считалась смерть в бою, за что сулился рай, а естественная смерть, называвшаяся «смертью на соломе», вела за собой для воина позор и ад».
Немало творений средневековых скальдов вдохновляло писателей, художников, композиторов более поздних времен. Известный шведский поэт Эсайас Тегнер в 1825 году завершил работу над «Сагой о Фритьофе». Это произведение основано на сказаниях и песнях скальдов.
В «Саге о Фритьофе» воспеваются подвиги и приключения молодого викинга из крестьянской семьи и его любовь к дочери короля.
В 1841 году произведение Тегнера было переведено на русский язык. Отрывки из «Саги о Фритьофе» становились подлинно народными песнями.
В XIX столетии шведские студенты, устраивая на острове Ландхольмен пикники и пирушки, неизменно исполняли строки из поэмы Тегнера, в которых Фритьоф прощается с родиной:
О мощный север,
Чело земли!
Покинуть должен
Я твой предел.
Горжусь рожденьем
Средь чад твоих.
Страна героев,
Прости, прости!
***
Простите, скалы,
Вы славы сень,
Скрижали Тора,
Отца громов!
Давно знакомых
Озер краса,
Зубчатый берег,
Прости, прости!..
