черт сдалась?
Зла не хватает!
— Госпожа Катарина, — недобро протянула я, складывая руки на груди. — У вас вопрос, касающийся жизни и смерти? Если нет, то я занята.
В ответ она сверкнула гневным взглядом и сжала пальцы в кулаки.
— Вы довольны?! — бросила она.
О, ради святых макарон… Я не готова к приступам истерики…
— Понятия не имею о чем вы, — ответила я и решила просто ее игнорировать.
Итак, Лейла… Где может быть эта проворная кроха? Проверю-ка я сначала берег, она любит прятаться там.
Я двинулась было вперед, но наглая любовница вдруг перехватила мою руку и резким движением развернула назад к себе.
— Вы все равно ничего не добьетесь! Он не полюбит вас! Ни вас, ни меня! — крикнула она, дрожа от переполняющих ее эмоций.
— Рада слышать, — резким тоном ответила я ей и попыталась было вырвать запястье, но она вцепилась в него намертво, как клещ.
По телу пронеслась волна негодования.
Да, чего она ко мне пристала?!
— Вы ничто по сравнению с Дафной! — продолжила выкрикивать какую-то бессмысленную чушь Катарина.
Нет, она начинает меня серьезно бесить. У меня там ребенок думает, что я его ищу во всю, а она тут ко мне с какими-то бабами пристает!
— Какой еще Дафной?! Отпусти меня! — возмутилась я.
— Ах, вы не знаете? — неожиданно пугающе улыбнулась Катарина, так что у меня мурашки по коже побежали. — Неужели вам никто никогда не рассказывал о ней? — не отрывая от меня взгляда, она кивнула каким-то своим мыслям. — Конечно, кто бы посмел вам рассказать? Вот, почему вы так разозлись, когда нашли ее портрет.
Ее портрет? Какой еще портрет?! Ничего я не…
И неожиданно я вспомнила слова Рыжего про Абигайль: «Ворвалась на пир с каким-то портретом и кинжалом на перевес».
Та-а-ак…
— Госпожа Дафна была невестой Келленвайна, когда он отправился на ваш остров. Я знаю, что вы вынудили его жениться на нем! Опоили травами, провели с ним ночь, а вскоре сказали, что беременны!
С каждым ее словом мои глаза от удивления раскрывались все шире и шире.
Серьезно?! Абигайль была чокнутой!
— Любой на его месте бросил бы вас опороченную, но ярл взял вас в жены. И когда бедняжка Дафна узнала об этом, она выбросилась из окна собственной спальни в башне!
Бах. Что-то взорвалось в моей груди, воздух выбило из легких, и я шарахнулась от Катарины, как черт от ладана. А перед глазами вспыхнула картина, которая постоянно преследовала меня в последние дни. Пустая комната. Помутившийся от боли взгляд Келленвайна.
Дафна… Даф.
О. Черт. Побери.
Лицо же Катарины перекосила злая усмешка.
— Но я вам была даже благодарна. Если бы не вы, ярл никогда бы не обратил на меня внимания. Я всегда была лишь жалкой тенью Дафны! Но теперь… Теперь и вы вставляете мне палки в колеса!
Я поймала ее переполненный злобой взгляд, и грудь внезапно сдавило от плохо предчувствия.
Лейла!
С непонятно откуда взявшейся силой, я резко оттолкнула от себя Катарину и угрожающе прорычала:
— Где она?!
А эта змея вдруг состроила на лице горестно-испуганное выражение и притворно всхлипнула.
— Госпожа Абигайль, вы совсем ополоумели… Настолько разозлись на своего мужа, что выместили гнев на ни в чем не повинной девочке…
Гнев вспыхнул и заклокотал в теле, жаром распространяясь по коже.
— Где она?! — заорала я. — Отвечай немедленно!
— Откуда мне знать, госпожа Абигайль? — всхлипнула мерзавка. — Это ведь вы сотворили с ней…
Дальше я уже не слушала. Словно ударом молнии, меня насквозь прошибло осознание, что если я сейчас не потороплюсь, случится нечто действительно ужасное, и я сорвалась с места и рванула вперед, крича во все горла:
— Лейла! ЛЕЙЛА!
Страх заполз под кожу, заполняя тело беспокойством и заставляя меня бежать быстрее.
— Лейла! Вы видели Лейлу?! — бросилась я к воинам, которые грузили на лодки вещи.
— Госпожа Абигайль… — удивленно отозвался один из них. — Нет, мы…
Не дослушав, я с бешено колотящимся сердцем понеслась дальше.
Что она могла сделать с ней? Что?
Время утекало стремительно, как песок меж пальцев, и ко мне все ближе и ближе подкрадывалось отчаяние. Остров вдруг стал казаться мне невообразимо огромным. Здесь были сотни мест, где можно было спрятать кроху и сотворить с ней все что угодно…
Нет. Даже думать об этом не хочу.
Тревога душила меня, я начала задыхаться, но все равно продолжала бежать.
— Госпожа Абигайль! — услышала я оклик Риики. — Что случилось? Почему вы…
Резко остановившись, я развернулась к ней и поняла, что была готова разрыдаться. Я тряслась, мои губы дрожали, а в голове не было ни единой связной мысли.
— Лейла… Лейла… Она… — выдавила я.
Глаза служанки испуганно расширились, и она крикнула:
— Я позову ярла!
Да, какой ярл?! Что он мог сделать?! Чем вообще мужчины могли помочь?!
Я всхлипнула, но тут же до боли прикусила губу и с силой сдавила ладонями виски.
Успокойся. Соберись. Нужно подумать… Нельзя поддаваться панике. Нельзя.
Туман! Это безумие, но в прошлый раз туман вывел меня к Лейле! Что если…
Даже не успев додумать мысль, я тут же развернулась и понеслась к отвесному берегу со всех ног. Я не видела перед собой ничего, кроме мелькающей впереди сапфировой поверхности воды. Берег становился все ближе и ближе, и, наконец, я рухнула на колени, царапая кожу о камни, но даже не обращая на это внимание.
Мой взгляд метнулся к клубящемуся на горизонте туману.
— Где она?! — крикнула я. — Пожалуйста! Пожалуйста! Помоги мне найти Лейлу!
Секунда летела за секундой, но не происходило ровным счетом ничего. Отчаяние подступило к самому горлу, и я готова была уже завыть от безысходности, но тут… Тут клубья Тумана зашевелились и стали уплотняться и собираться в единый вал.
Вцепившись в камни, я подалась вперед, почти сваливаясь в воду, и мое сердце сжалось и оборвалось, когда Туман стал стремительно удаляться в открытую воду, словно говоря, что Лейла была там.
Ужас взорвался в моей груди и заставил меня похолодеть.
— Нет… — прошептала я помертвевшими губами, и мои глаза внезапно стали болезненно сухими. — Нет… Она ведь… Она не умеет плавать…
Меня вдруг накрыла чудовищная слабость, а в груди вдруг стало болезненно пусто.
Как наяву, я увидела святящееся доверием и любовью лицо крохи, и внутри все сдавило. Я стиснула камни, сдирая пальцы в кровь.
— Нет…
Меня снова стало трясти.
Надо вытащить ее. Где бы она ни была, я должна ее вытащить.
В каком-то полубезумном бреду, я поднялась и принялась стаскивать сапоги, не отрывая взгляда от зовущего меня вдаль Тумана. Да,
