вещь. Их связывала любовь-ненависть. Взаимная зависимость, воспринимаемая как неизбежное зло.
«Нет, – сказала себе Ребекка. – Только не начинай!»
Чтобы отвлечься от нежелательных мыслей, она отправила эсэмэску Йенсу. Регистрироваться в «Вотсаппе» он ни в какую не хотел, поэтому приходилось общаться с ним допотопными способами.
Стрелка часов приближалась к двенадцати, но Йенс наверняка еще не ложился. Он вообще мало спал.
Ты не мог бы забрать меня прямо сейчас? Я здесь страдаю, как в аду, – написала Ребекка.
Йенс всегда отвечал не сразу, поэтому она зашла в интернет, чтобы посмотреть «Фейсбук»[5] Сандры Дойтер. «Первым делом проверяй соцсети!» – гласил один из основных принципов, которыми Ребекка руководствовалась в своей работе. А вот Йенс пренебрегал подобными вещами. И напрасно.
Аккаунт Сандры оказался удаленным. Но «Гугл» выдал кое-какие результаты. Щелкнув на заголовок «Бесследное исчезновение юной певицы», Ребекка начала читать газетную статью двухлетней давности.
Телефон завибрировал: пришел ответ от Йенса. Он послал ей фотографию, что было довольно неожиданно.
Я ранен, – прочла Ребекка и вздрогнула.
На нечетком снимке, сделанном явно впопыхах, был изображен сам Йенс: взгляд страдальческий, рука почему-то во рту, подбородок, шея и рубашка залиты кровью.
Господи! Что случилось? – быстро напечатала Ребекка.
Ответ опять пришлось подождать. То, как медленно Йенс управлялся с телефоном, действовало на нервы. Наконец он отписал:
Я поймал легендарную Белую Женщину. Теперь на земле одним привидением меньше.
И опять прикрепил фото – второе за несколько минут! Для него это был абсолютный рекорд. Человек посторонний мог бы подумать, что Йенс не в ладах с техникой. Но нет, он неплохо владел компьютером. Просто мессенджеры и соцсети сделали бы его слишком доступным, а ему не хотелось, чтобы кто угодно мог посягать на его время.
На второй картинке вообще сложно было что-нибудь рассмотреть. На фоне черного леса выделялась размытая человеческая фигура – голубовато-белая, светящаяся, с искаженным лицом, действительно похожая на призрак.
Что с тобой? Рана серьезная? – написала Ребекка.
Йенс всегда был отчаянным парнем. Такие мужчины не могут просто думать – им сразу нужно действовать. Поэтому они часто попадают в опасные ситуации.
Откусил себе кончик языка. Ничего, уже заживает. Сажусь в машину и еду к тебе.
Ребекка торопливо отписала:
Не выдумывай! Я вполне продержусь до завтра.
«А то кто его знает? – подумала она. – Вдруг действительно приедет прямо сейчас? Иногда он ведет себя непредсказуемо…»
На этот раз ответ пришел быстро:
Хорошо. Потому что Красная Леди, если честно, уже спит. Не хотелось ее будить.
Дурак!
Спасибо! А у тебя как дела?
Надо отсюда выбираться, а то разнесу весь санаторий. Жду к 16:00! Не опаздывай!
Мы с моей Леди готовы ради тебя на все. Но штраф, если что, оплатишь сама!
Не проблема. Я знаю одного парня из полиции, он все уладит.
Неужели?
А как же! Жду не дождусь завтрашнего дня!
На самом деле Ребекка хотела написать: «Жду не дождусь встречи с тобой!» – но не решилась, потому что толком не знала, испытывает ли Йенс какие-нибудь чувства к ней. Однажды они поцеловались, а потом завертелись события на Айленау… Может, для него это было просто недоразумение, и больше ничего? После, когда они раскрыли дело, Ребекка уже не решилась заговорить о том поцелуе.
Приеду вовремя! Обещаю! – написал Йенс в ответ.
Хоть бы раз сказал, что будет рад ее видеть!.. Но нет, такие любезности не в его стиле.
Ребекка знала: ему пятьдесят три года, он давно сформировался и перестал быть гибким. Зато ничего из себя не корчит. С ним всегда сразу понятно, чего он хочет и чего от него ждать. Йенс не пустышка в красивой обертке, а прямой человек, не привыкший оглядываться на всех подряд. При этом он способен проявлять чуткость, если сочтет нужным. Таких мужчин узнаешь по делам. А Йенс многое делал для Ребекки.
Ты точно сможешь вести машину? – написала она и еще раз взглянула на его фотографию. Ну и жуть! Как можно рассылать такое?!
Почему нет? Просто придется рулить без помощи языка.
Дурак!
Опять? Назовешь меня так в третий раз – поедешь в открытом кузове.
Ребекка улыбнулась.
Приведи себя в порядок. А то всех тут распугаешь.
Шрамы украшают мужчину. До завтра, дражайшая!
Стоило ли написать еще что-нибудь в ответ на это? Наверное, все-таки нет… Некоторое время Ребекка просто сидела, глядя в телефон, пока ее мысли блуждали. Потом вернулась к статье, найденной в интернете. Там говорилось, что двадцатилетняя Сандра Дойтер исчезла 23 июня 2016 года при невыясненных обстоятельствах – вскоре после того как ее имя появилось в этой же газете в списке молодых певцов, приглашенных на кастинг музыкального шоу. Цитировались слова агента Сандры, некоего Оливера Куровски, который превозносил ее как новую суперзвезду и выражал безутешную скорбь в связи с ее шокирующим исчезновением. Тут же было напечатано зернистое фото Сандры: красивая, очень стройная молодая женщина с длинными волосами, в облегающих джинсах и кожаных сапожках стояла на сцене в свете прожекторов. В момент, когда был сделан снимок, она подняла обе руки, и из-под кофточки показался голый живот.
Что, если эта фотография стала для Сандры роковой? Возможно, кто-то увидел ее и замыслил убийство? Сказать, что улицы кишат психопатами, насильниками, душегубами, было бы, пожалуй, преувеличением, но преступлений совершалось более чем достаточно. Иногда жертве хватало одного-единственного взгляда, жеста или слова, чтобы привлечь к себе внимание человека, превратившегося в чудовище.
Может быть, Сандру давно убили? И она лежит где-нибудь, кое-как закопанная?
От этой мысли Ребекке стало не по себе, она отложила телефон. Хватит на сегодня пропавших людей.
И почему она не стала продавщицей цветов? Или бухгалтером? Кем угодно, лишь бы не убеждаться каждый день в том, насколько этот мир до сих пор опасен для женщины…
Ребекка закрыла глаза, и ей приснилось, что за ней гонится одноногий сумасшедший. Он выкрикивает ее имя, раскатисто произнося звук «р», и ужасающе хохочет, а между зубов у него торчат остатки шпината.
13
За некоторое время до этого
Кисть его руки мучительно пульсировала. Боль отдавалась выше, как будто горячие иголки кололи предплечье. Он обработал рану антибиотиком и перевязал. Несколько дней она будет мешать ему работать, но более серьезных последствий он не опасался. Укус, в конце концов, был не настолько сильным.
Маленькая паразитка!.. Такого энергичного отпора он от нее не ожидал.
В те несколько недель, на протяжении которых он изучал и выслеживал эту девушку, ее зависимость от подруги явно давала о себе знать. Потом, когда он изолировал ее
