Читаем без скачивания Сахар… - Маргарита Резник

Чувствуя свою вину за вчерашнее представление, Илья дал выспаться своей рыжей бестии. Но расстроенным его назвать было трудно, он что-то радостно напевал под шум воды. Один только его голос уже раздражал молодую супругу, но требовалось держать себя в руках: сейчас нельзя вступать в семейные перепалки, ведь на кону свобода Агаты.

Девушка энергично спрыгнула на пол, халат скользнул на её плечи – нужно торопиться на кухню, встретить мужа тепло и отговорить от расследования.

– Доброе утро, моя самая добрая, нежная и ласковая жена. – На кухню зашел Илья, высушивая голову полотенцем. Сегодня он выглядел как кот, которому после долгой голодовки наконец-то попался обрезок буженины, и теперь он думает, что все мыши подчиняются ему, самому лучшему охотнику в мире.

Он подошёл поцеловать жену в губы, но та подставила щеку.

– А, понял. Ты злишься за вчерашнее. Но поверь, я не спал с этой женщиной. – Катю слегка затошнило от его оправданий. – Да, хоть она и красива и даже сексуальна, – Теперь позыв рвоты был уже у самого горла. Если её муж считает ту облезлую проститутку «красивой и сексуальной», то ему точно пора лечиться, а ей сматываться подальше, желательно через ЗАГС. – Но я люблю тебя…

Илья снова попытался поцеловать супругу, но та вскочила и, натянув широкую улыбку, сказала:

– Я тебя, так и быть, прощаю! – Она отошла от него, и, если бы можно было встать дальше окна, то точно переместилась, желательно на километр. – Лучше расскажи мне, чем ты так воодушевлён? Твои глаза просто светятся победой. Над кем это? Или – над чем?

– О, моя дорогая: я раскрыл дело! Моё первое дело! – Илья заметил её недоверчивый взгляд и уже менее восторженно пояснил: – Ну, почти раскрыл. Осталась пара нюансов.

Катя продолжала испытующе на него смотреть, ожидая продолжения, и теперь Илья уже полностью вошёл в раж. Он ходил по кухне туда-сюда, много жестикулируя, его глаза горели огнём одержимости. Казалось, он хочет в первую очередь не спасти мир от преступника, упрятав его в тюрьму, даже было очевидно, что он совсем не этого хочет. Ему важно лишь раскрыть дело, чтобы заслужить статус следователя, получить премию и овации сотрудников, несмотря на то, что у него есть ещё и напарник, который и нашёл первую зацепку, о чём, естественно, Илья даже не обмолвился в рассказе жене.

– Понятно. Тебе надо прекратить это расследование, – твёрдо сказала Катя, она подошла поближе к Илье, и положила ему руку на плечо. – Раскроешь какое-нибудь другое, а об этом забудь.

Мужчина в халате отдёрнул плечо, на его лице появилась гримаса непонимания, гнева и обиды одновременно.

– Почему это?!

– Потому что… – Катя на секунду замялась, она не придумала, что солгать, и поэтому сказала единственное, пришедшее в голову – правду: – Потому что я знаю убитого, я знаю, с кем он был накануне, но я могу отвечать за то, что эта женщина – не убийца.

Илья остолбенел, с его и так блёклого лица пропала последняя краска, он стал похож на призрака.

– Подожди-ка, что-то я совсем ничего не понимаю. Ты знаешь об убийстве, которое я расследую, имеешь ценную информацию и хочешь, чтобы я его не расследовал? И убийца, судя по всему – женщина. Ты что-то скрываешь от меня? – По белой помятой коже понемногу начала расползаться краска пятнами, лицо исказил гнев, он схватил её с силой за плечи.

– Отпусти меня! – Катя была особой породы женщина, такая, которая во времена оные спокойно могла бы сразиться с мужчиной в равном бою и победить. За что Илья иногда и называл свою супругу Жанной Д’Арк.

Она схватила утюг, стоявший на подоконнике и замахнулась на мужа. Тот пригнулся и отбежал в сторону.

– Придурок! Я тебе итак все расскажу, не нужно меня лапать! – сурово произнесла рыжая девушка, сдув выбившийся локон со лба. – Я тебе изменяла…

Илья снова напрягся и, сделал было движение в сторону Кати, но она тут же замахнулась утюгом, и он отпрянул.

– Не смей меня трогать! Я рассказываю… – Она старалась говорить ровно, сдерживая злобу. – В тот вечер перед убийством мы с Агатой познакомились с двумя мужиками. У одного она ночевала, а на утро он её выгнал. После этого она пришла ко мне, ты видел тогда нас, когда вернулся после смены.

Илья, хлопая глазами, сел на стул, вспоминая тот день, потом кивнул. Но по выражению его лица было видно, что большая часть сознания находится в состоянии шока и ненависти за предательство жены и только утюг его сдерживает.

– Так вот, – сказала Катя, – она не виновна.

– Почему ты так уверена?

– Ты что, совсем идиот? – вскипела Катя – Она моя подруга! Я на сто процентов знаю, что она не убивала Костю.

– Ну и что, что она подруга? Если даже родная жена обманывает. В наше время никому нельзя доверять – съязвил Илья, особо выделив последнюю фразу.

– Послушай ты… – Катя поднялась над сидящим мужем, и сжав губы, процедила: – Если бы ты был мужиком, нет, настоящим мужчиной, я бы никогда не изменила тебе…

Но тут ей стало жалко этого сжавшегося, как щенок под палкой, молодого человека. Он не виноват в её изменах. Просто когда-то она пошла не тем путём. Если бы она не вышла замуж из страха остаться одной, она бы не испортила жизнь и себе, и ему.

– Прости, – выдохнула Катя и опустилась на стул. – Давай разведёмся.

– Разведёмся? Ты не можешь просто так взять и уйти от меня! – давясь слезами, заорал Илья. – Ты – эгоистичная сука! Если ты уйдёшь, то я не оставлю тебе ничего. Ты забрала у меня душу, я заберу у тебя квартиру.

Катя, до этого замершая как сова с широко открытыми глазами, теперь расхохоталась как на бенефисе известного юмориста. Она не могла становиться, колики сводили мышцы живота, но с каждым новым вдохом смех становился всё звонче, и он раздражал Илью всё сильнее.

– Что смешного? – шмыгая носом, хмуро кинул он.

– Ты, как всегда в своём репертуаре. Квартира тебе, слава тебе, жена тоже достанется тебе, – еле сдерживая новый приступ хохота она указала пальцем на шкаф с одеждой. – Тебе ведь не впервой сооружать жену из подручных материалов. – Катя взорвалась в очередной раз, а Илья безнадёжно опустил руки, получив удар ниже пояса.

– Я развожусь с тобой, лживая дрянь. Но… – Он не успел договорить, как в лицо прилетел утюг. Немного оправившись от удара, которым Катя всё-таки его пожалела: нос не сломан, хотя и сильно болел, он продолжил, но теперь на тон ниже: – Но дело я продолжу. Я найду убийцу. Я хочу повышения, я хочу премии, пусть даже твоя шлюхастая подружка сядет в тюрьму. Желательно вместе с тобой…

Последовал новый удар утюгом, но теперь он успел перехватить её руку, и они начали бороться.

– Если ты сейчас же меня не отпустишь, я клянусь, я убью тебя, и тогда хотя бы справедливо сяду в тюрьму! – Очевидно, слова Кати достигли места назначения – Илья ослабил хватку и отпустил запястья жены, словно стряхивая её с себя.

Спустя долгие двадцать минут молчания, пока оба собирались, они наконец-то вышли из дома.

– Ты что, тоже уходишь? – язвительно спросил молодой полицейский.

– Вообще-то, я иду с тобой. – хладнокровно произнесла Катя, закрывая дверь на ключ. – Я готова проторчать целый день в участке, но я не подпущу тебя к расследованию этого дела.

– Давай, попробуй, – хмыкнул Илья, который теперь был похож на злобного гнома-переростка, по ошибке наряженного в полицейскую форму. – Ну так тебя же кинут в клетку за препятствие ходу следствия.

Глава 12

– Чем ты думал?! – Мужчина в кожаной куртке похожий на цыгана нервно расхаживая возле решётки, за которой на серой скамейке сидел взъерошенный Прокоп.

Под футболкой у Саши нервно играли небольшие рельефности. Он резко жестикулировал и задавал один вопрос за другим:

– Какого чёрта ты пырнул ножом эту девочку? Ты хоть понимаешь, что она могла не выжить?.. Хотя, что я спрашиваю, ты же обдолбаный, как крот. Тебе что, не нужны бабки? Ты понимаешь, что если бы она умерла, ты бы сел на весь остаток своей поганой жизни? У тебя же поставка из Франции намечается от… как его там…? – Тут Саша сделал ход, который удачно вписался в ситуацию.

Конечно, Прокоп ему не рассказывал запретную информацию о поставщике, но в таком состоянии как сейчас, когда на мозги давят острая потребность в новой дозе, перевешивающая здравый смысл, и страх заключения вместе взятые, он может проболтаться, и тогда не придётся спасать его задницу. Но всё-таки какая-то часть его сознания все ещё работала.

– Я не говорил тебе его имя, – буркнул молодой мужчина сгорбившийся на скамейке; его пальцы запущенные в запутанные волосы, нервно их теребили, синяки под глазами от бессонной ночи оттенялись блестящими глазными яблоками. – Вытащи уже меня скорее отсюда. Пусть эта жаба отменит показания!

Саша прошёлся по коридору в участке рядом с клеткой, как бы обдумывая дальнейшие действия. На самом деле он прекрасно знал, какой шаг станет следующим.