Стук в дверь прервал их разговор. Няня принесла Элиаса. Сонный малыш тянул ручки к маме и повторял:
– Маус, Маус…
– Ты увидишь его попозже.
– Маус – это игрушка? – поинтересовался Леонидас.
– Собака.
– Ты должна была привезти пса сюда.
Мэрибел промолчала, сдержав вздох. Леонидас привык к тому, что все его желания мгновенно выполнялись, а она не хотела, чтобы ее сын вырос таким же.
– Я покажу ему конюшни, – холодно объявил грек. – Ему понравятся лошади.
Коротко кивнув, Мэрибел сказала:
– Я хочу поехать домой в шесть. Дорога долгая.
Когда она поставила сына на пол, он тут же подошел, к Леонидасу, и тот, подхватив малыша на руки, поднял его высоко над головой. Элиас громко засмеялся от удовольствия. И хотя Мэрибел понимала, что это глупо, она почувствовала себя отвергнутой.
ГЛАВА ПЯТАЯ
Леонидас мрачно смотрел на крышу старого фермерского дома, когда его вертолет подлетал к стоянке. День выдался ненастный и сырой. Мужчина пребывал в мрачном расположении духа.
После их размолвки в Хэйвард-Парке прошел месяц.
С тех пор Леонидас виделся с сыном дважды в неделю. Для этого ему пришлось сильно изменить свое рабочее расписание, и все же он не мог проводить с Элиасом дольше двух часов. Ездить туда-сюда в старый дом Мэрибел причиняло Леонидасу определенные неудобства, но он ни разу не пожаловался.
Во время его визитов Мэрибел постоянно избегала его, поэтому они никак не могли прийти к лучшему пониманию друг друга. Нанятая Леонидасом команда нотариусов тщетно пыталась достичь хотя бы каких-то результатов, чтобы пробить стену отказов, которую возвела Мэрибел. За месяц ничего не изменилось: Леонидасу было позволено видеться с сыном только в доме Мэрибел и отказано в том, чтобы брать его с собой куда бы то ни было. Леонидас был почти уверен, что Мэрибел ждет, когда ему все надоест и он исчезнет с ее горизонта.
Звук приближающегося вертолета застал Мэрибел в душе. Обернувшись полотенцем, девушка пулей бросилась вниз и увидела мигающую кнопку автоответчика, сигнализирующую о полученном сообщении. Мэрибел не стала даже прослушивать его. Очевидно, Леонидас в последний момент решил вдруг навестить сына. И, разумеется, ему и в голову не пришло, что у Мэрибел могут быть другие планы. Элиас, привыкший к тому, что шум вертолетного пропеллера предвосхищает появление папы, вертелся в предвкушении, словно сейчас через камин к нему свалится Санта-Клаус.
Мэрибел снова поднялась в комнату и причесала влажные волосы, одновременно одеваясь. Она успела надеть только трусики, когда раздался звонок в дверь. Второпях девушка влезла в джинсы. Звонок задребезжал еще дважды, пока Мэрибел старалась застегнуть молнию. Наконец она выбежала на лестницу и крикнула:
– Минутку!
Элиас в нетерпении стоял у двери. Мэрибел натянула футболку и босая спустилась в холл.
– Благодарю, – произнес Леонидас.
Не подумав, Мэрибел взглянула на него и тут же поняла, что совершила большую ошибку: он выглядел потрясающе. Капли дождя сверкали в его густых волосах и стекали по лицу. Темные глаза блестели из-под длинных ресниц. На волевом подбородке виднелась щетина. Мэрибел ощутила знакомое подергивание в животе.
– Я не ждала тебя. Была в душе, – пробормотала она.
Перестань, твердил внутренний голос, хватит пялиться на него и отвечать ему. Этот человек – настоящий сердцеед, и от него исходит опасность.
– Разве мои люди не связались с тобой?
– Я вернулась домой десять минут назад и еще не успела прослушать сообщения.
– А мобильник?
– Забыла зарядить его.
Мэрибел повернулась, чтобы закрыть дверь, и Леонидас заметил, как плотно футболка облегает ее аппетитные формы. Сквозь тонкую ткань явственно проступали соски. Леонидас тут же ощутил возбуждение, снова подумав о том, что было бы прекрасно, если б они с Мэрибел стали любовниками.
Элиас настойчиво дергал отца за штанину: он уже обожал Леонидаса. Тот наклонился и взял сына на руки. Обрадовавшись, малыш тут же обнял его за шею и принялся целовать в обе щеки. Элиас всегда бурно проявлял свои эмоции. Непривыкший к таким проявлениям теплоты и симпатии, Леонидас застыл от удивления, когда сын впервые поцеловал его. Но на этот раз мужчина даже попытался ответить мальчику тем же.
Мэрибел было больно смотреть на это. Она знала, что Леонидасу недоставало ласки в детстве. Если кто-то и сможет научить его любить другого человека, так это как раз малыш Элиас.
Это хорошо, но чем крепче становилась связь отца и сына, тем сильнее Мэрибел боялась того, что Леонидас может сделать в будущем.
Девушка нахмурилась и отвела взгляд, стремясь выкинуть из головы все мысли об этом человеке. У меня свидание, чуть больше чем через час я должна встретиться с мужчиной, напомнила она себе. Слоун, привлекательный и умный молодой человек, был на пару лет старше Мэрибел. Он работал ассистентом профессора. И сегодня, до неожиданного появления Леонидаса, Мэрибел с энтузиазмом ждала встречи с этим парнем.
Маус выполз из своего укрытия под столом и весело застучал мохнатым хвостом по полу. Леонидас потрепал пса по загривку, а тот с восторгом уставился на своего нового идола. Мэрибел считала, что вряд ли Леонидасу доводилось раньше иметь дело с собаками. Но, осознав, как много Маус значит для сына, мужчина проявлял недюжинную симпатию к огромному волкодаву, который, как это ни парадоксально, боялся незнакомых людей.
– Нам нужно поговорить, – тихо, но настойчиво произнес Леонидас. – У меня мало времени. Через пару часов у меня рейс.
– Это хорошо, потому что я скоро ухожу, – делано улыбнулась Мэрибел. – Я тебя внимательно слушаю.
Леонидас походил по комнате и остановился у камина.
– Ты должна поверить, что я не попытаюсь отнять у тебя Элиаса.
Мэрибел не смогла скрыть удивления.
– Поверить? Да ты же никогда ничего ни с кем не делил; тебе никогда и не приходилось этого делать. Во всех отношениях ты номер один. Таковы все Паллисы.
– Но сейчас речь идет о моем сыне, хотя мне и приходится довольствоваться ролью приходящего папы.
Девушка покачала головой.
– Рано или поздно ты можешь решить, что такая роль тебя больше не устраивает. Вот тогда-то ты заберешь Элиаса и просто выбросишь меня из вашей с ним жизни. И убедишь всех, и себя в том числе, будто я сама добилась этого своим поведением.
– С чего ты взяла, что знаешь, как я могу поступить? Научилась читать мои мысли? – с неприступной холодностью поинтересовался Леонидас.
– За семь лет, что я следила за твоими действиями, я многое поняла, – бросила в ответ Мэрибел.
Двумя неделями раньше она воспользовалась услугами дорогого адвоката, хорошо известного в Лондоне. Тот рассказал, что у Леонидаса слишком много связей и почти безграничная власть, и посоветовал девушке присматривать за Элиасом: закон будет практически бессилен, если Леонидасу удастся вывезти сына за пределы Великобритании.
