губах играла привычная лукавая ухмылка.
Я постаралась отвести взгляд от лица, и обратила внимание, как ловко сосед орудует на кухне. Он одновременно помешивал готовящееся блюдо и добавлял приправу в стоящую на столе посуду. Переведя взгляд с рук, я обратила внимание на накаченное тело, и грудь, что вырисовывались под простой рубашкой.
Невольно я стала сравнивать моего мужа и соседа.
Первый был всегда собран, выдержан. Сюртук и рубашка были застёгнуты на все пуговицы. Причёска в идеальном порядке. Движения чёткие, властные.
Дионис же был расслаблен, вёсел и раскован. Волосы взъерошены, на губах вечная ухмылка. Рубашка расстёгнута на несколько пуговиц, а рукава закатаны. Сюртук он дома не носил и вообще обходился максимально комфортной одеждой. В нём чувствовалась какая-то небрежность с ленцой.
В то время как рядом с Дрейданом я ощущала лёгкое напряжение, и даже томление.
От мужа шла аура силы и власти. С Дионисом же было легко и свободно.
Кроме того, у соседа были такие знакомые и родные мне черты лица. Откуда-то из глубины памяти поднималось щемящее чувство нежности, когда я смотрела на Диониса. Все мои силы уходили на то, чтобы бороться с этим чувством, гасить его, растоптать в зачатке. Но иногда не получалось. Словно мне был ранее знаком этот человек. Его движения, мимика. Неужели, есть что-то, что я упускаю?
— Ты будешь завтракать, или так и продолжишь ворон считать? — насмешливо спросил парень.
Пока я витала в облаках, сосед подошёл ко мне и мягко подтолкнул к столу.
— Еды хватит на весь день. Это на случай, если я задержусь.
— Ты можешь уйти надолго? — забеспокоилась я.
— Видишь ли, жизнь без некоторых деталей памяти обязывает. Я встречусь с одним некромантом. Я не помню, откуда слышал о нём, но знаю, что парень очень силён. И, возможно, он сможет мне помочь.
— Вернуть память?
— Да. Я хочу попробовать обхитрить артефакт. Он забрал мои воспоминания. Не всё, но частично. Для чего-то они ему понадобились. Отменить сделку невозможно, как и вернуть то, что я отдал ему. Но, что если восстановить не свою память, а узнать, как я выглядел в воспоминаниях других людей?
— Что ты имеешь в виду? — не поняла я.
— Я жил здесь. Я точно знаю Даниэллу. Помню других людей. Я хочу найти артефакт, который вызовет у остальных воспоминания обо мне. И увидеть их. Тогда я узнаю о себе гораздо больше. Для этого мне нужна помощь человека, кто не брезгует самой тёмной магией.
Тут парень словно опомнился и прикусил язык.
— Прости, не хотел тебя пугать и тем более впутывать в это.
— Всё в порядке. Ты нисколько меня не напугал. Но как зовут того, кто тебе помогает?
— Фабиан Дрейк, — ответил Дионис.
Но, прежде чем это имя было озвучено, я уже знала, про кого говорит парень. Некромант. Невероятно сильный, и не страшащийся самой тёмной магии.
Да, в нашем городе был такой. Откуда его имя известно молодой, наивной домашней девочке? Просто он был тем, кого так невзлюбила Даниэлла. Об их стычках писали газеты. Вершительница правосудия, и господствующий над запретной магией её противник.
Откуда взялось это соперничество, я не знала, но читала в газетах, что они вроде бы учились вместе на курсе. Кажется, и Дрейдан в то время был студентом академии. Только у него я постеснялась расспрашивать о таких щепетильных вещах.
— Ты знаешь его? — заметил мою реакцию на это имя сосед.
— Нет. Но я о нём наслышана.
— Его репутация не самая приятная, — улыбнулся парень, — Но он согласился мне помочь. Мы даже думаем, что когда-то встречались. Так, Фабиан сказал, что моё лицо ему очень знакомо.
— Он не может вспомнить были вы знакомы или нет?
— Дрейк не особо расположен к живым. Как и большинство некромантов, если ты не знала. Завтракай, я скоро вернусь. Только не выходи одна в город. Сейчас там немного неспокойно.
И с этими словами парень поцеловал меня в щеку.
Его прикосновение обожгло. Сердце начало стучать, словно я пробежала целый квартал. Что это значит? Я нравлюсь Дионису? Или, может, он ко мне относится с теплотой и то был дружеский поцелуй? Стараясь меньше думать о произошедшем, я убрала всю посуду и уселась в гостиной.
На столе лежала уже знакомая мне книга по бытовым заклинаниям. А что, если потренироваться?
Вспышки магии меня больше не беспокоили. Может, опробовать простенькое заклятие? И я принялась листать книгу. Я обратила своё внимание на несколько, вполне безобидных строчек. В пояснениях говорилось, что это поможет очистить от пыли мебель. Прочитав, я вложила всю свою энергию в написанные слова.
Но увы. Ничего не произошло.
Прошлый раз я разозлилась и смогла воспользоваться заклинанием. Может, и сейчас это сделать? Я закрыла глаза и представила образ моего мужа. Если кто и мог вывести меня на эмоции, так это был он. Высокий темноволосый…
Только вот подсознание, словно издеваясь, подсовывало мне образ соседа. Лёгкий, полный нежности поцелуй стал вновь ощущаться на щеке. Я приложила руку на место касания губ и потёрла его. Нельзя сейчас отвлекаться. Тем более, размышляя о Дионисе.
Я почувствовала, как к щекам приливает жар. Нужно срочно отвлечься.
Подумаешь симпатичный парень. Помог мне, ничего не требуя взамен. Продлил моё существование, заставив выпить золотую жизнь. Кормит, возится со мной и даже готов пойти в закрытую ото всех библиотеку. Ну кто сказал, что он не преследует свои цели?
Действительно.
Вот я глупая. А ради чего парень помогает мне? Может быть, ему просто скучно?
Или? А что если он наврал мне про память, и всё прекрасно помнит? Где вообще гарантия, что ему можно верить?
Один раз я уже доверилась мужчине и своим чувствам. И ничего хорошего из этого не вышло.
Со злости я пнула столик, на котором лежали ещё парочку книг, и одна из них упала на пол. Возвращая её на место, я обратила внимание на корешок.
«Теория магии и её возникновение» — значилось на обложке.
Силу призвать всё равно не получилось, так может, почитаю хотя бы? И с этими мыслями я открыла первую главу.
Магия — это энергия нашего мира, воплощённая в человеческих телах. Зачастую считается, чем сильнее родители ребёнка, тем одареннее
